И пришла тьма 3: Спираль
«НЕНАВИСТЬ умирающего человека навсегда остаётся в мире живых, а иногда она становится чудовищным ПРОКЛЯТИЕМ, от которого НЕТ СПАСЕНИЯ»«Только ПРОТИВОПОЛОЖНОЕ действие может ОТМЕНИТЬ ПРОКЛЯТИЕ»
***
Максим подошёл к окну и открыл створку настежь – в квартиру тут же ворвался порыв весеннего ветра, всколыхнув герани, стоящие на подоконнике, пошуршав листами настенного календаря. Максим окинул отсутствующим взглядом свой двор, берёзы, уже покрытые зелёной дымкой молодых листьев, а затем резким движением влез на подоконник и сделал шаг в окно. С девятого этажа.
***
Я вошёл в подъезд и снял капюшон дождевика, за спиной поливал ливень, нетипичный для весны, просто стена воды, обрушившаяся с неба. Ручьи несли песок по асфальту, мутными ручейками стекая в стоки под дорогой, будто в другой мир. Я, доехав на лифте до своего этажа, вышел и уже сделал шаг к квартире, когда заметил мокрые следы на полу. Ну, следы и следы, что странного-то, при таком ливне на улице, который лил уже полтора часа, явно грозя подтоплением низких районов города, но странность была – чёткие отпечатки босых ног, которые возникали будто прямо посреди этажа и вели к двери квартиры, где я жил, прямо к двери. Вплотную.
По стене стекал тонкий ручеёк воды, явно протекла крыша, и он струился по перекрытиям вниз, с этажа на этаж, у стены была небольшая лужа. Я поднял глаза к потолку, откуда стекал этот ручеёк, и ошалело уставился на следы. Следы босых ног чётко отпечатались на потолке, прямо над следами на полу. «Офигеть», — подумал я, доставая смартфон. «Что за фокус?» Сфотографировав это, я быстро вошёл в квартиру и, не раздеваясь, прошёл к ноутбуку, намереваясь загрузить фото в групповой чат моего класса в «ВКонтакте» с вопросом: «Видали такое?» Можно было бы загрузить прямо со смартфона, но я хотел рассмотреть их получше на большом экране. Перекинув фото на ноутбук, я открыл их и… увидел просто два мокрых пятна на потолке, ничем не напоминающие следы. Секунду я смотрел на экран ноута, затем включил смартфон и открыл Галерею – просто мокрые пятна. Выскочив обратно в подъезд, я не увидел ничего, кроме двух мокрых пятен на побелке потолка и луж тёмной воды на полу. Осмотрев всё, я вернулся в квартиру, озадаченный этим фактом. «Как можно принять протечку за человеческие следы?» - думал я, - «Даже близко не похоже». Из соседней комнаты раздался скрип. Раз, второй, третий. В этой комнате никто пока не жил, мы заехали несколько дней назад, родители пока расположились в большой комнате, я в комнате с окнами во двор, но была ещё третья… Я прошёлся туда и осмотрелся. Кроме деревянного шкафа, который стоял в углу комнаты, и наших коробок с пакетами, которые мы пошвыряли туда, чтобы не мешались под ногами, там не было ничего. Подойдя к шкафу, я открыл дверцу. «Ссккрррррр» - запротестовала дверь. Закрыл дверцу – «сккрррр», открыл – «сккрррр». Именно этот скрип я слышал из своей комнаты, скрипела дверца шкафа в пустой квартире, в голове пронёсся анекдот: «Не так страшно идти по кладбищу в пятницу 13-го, как чихнуть в абсолютно пустой квартире и услышать над ухом: «Будь здоров». Секунду поразмышляв над этим и решив: «Может, вибрации какие, окна комнаты ведь выходят на улицу», я прошёл в комнату родителей, нашёл отцов ящик с инструментами и, вынув маслёнку, смазал петли. Проверил двери: «Вот, теперь порядок». Решив посмотреть из окна на вид на улице, увидел ещё одну странность – царапины на стекле. Тонкие, длиной около тридцати сантиметров. Параллельно идущие, сразу четыре штуки. Я потрогал пальцами их: «Нет, не внутри», открыл створку окна и убедился, что царапины были с внешней стороны. Я секунду размышлял, кто и зачем их мог сделать, это было больше похоже на детскую шалость, весьма странную шалость: «Интересно, а кто здесь жил до нас?», а затем закрыл окно.
- Пап, ты видел? – я показал царапины на стекле отцу, когда тот вернулся вечером с работы.
Отец открыл створку окна, осмотрел их, а затем, приложив руку провёл по ним пальцами.
«Будто следы… от ногтей» - подумал я. «У кого такие ногти, что способны поцарапать стекло?»
- На детскую шалость похоже. – заключил отец: - Другого объяснения я не нахожу.
Отец закрыл окно, и отправился на кухню, где мама уже приготовила ужин.
Ночь прошла неспокойно, с потолка раздавался топот, будто там кто-то бегал со всех ног. Я взглянул на часы – два часа ночи
«Бух-бух-бух-бух» раздалось с потолка, будто достаточно взрослый ребёнок перебежал через комнату. «У маленьких детей топот ног чаще. Два часа, это как, вообще, нормально?»
Но топот прекратился, и я уснул.
- Мам, а ты не знаешь, кто живёт над нами? – спросил я, накладывая в свою тарелку завтрак: гречневую кашу с яичницей.
- Дим, насколько знаю, там нет никого.
От услышанного я немного офигел:
- А в квартире по соседству? – я показал рукой за стену.
- Оттуда жильцы съехали два месяца назад, а никто новый не заселился.
- Мы что, одни на этаже? Дом-то не новый.
- В квартире напротив живет семья. – сказала мама. – Больше пока никого не знаю.
- А кто топал тогда ночью, я слышал, как кто-то бегал наверху? – у меня было ощущение, будто почву выдёргивают из-под ног.
- Дом панельный, – мама пожала плечами. – Слышимость хорошая.
Подойдя к шкафчику, она достала упаковку таблеток.
- Голова болит. – пояснила мама, поймав мой взгляд. – Что-то обострились после переезда. Стресс, новое место.
Мама прошла в прихожую и обула туфли, я надевал рубашку, собираясь в школу. На секунду мама замерла, уставившись на люстру, я проследил её взгляд. Люстра едва заметно покачивалась, но через долю секунды это прекратилось. Мама ни слова не сказала по этому поводу, просто мы вышли из квартиры, и она замкнула дверь.
День в школе прошёл как обычно, переехав в новый район, я остался в старой школе, привык к учителям, классу, да и вообще бессмысленно что-то менять, когда до окончания школы остаётся месяц.
Сойдя с автобуса, я пошёл по оживлённой улице с магазинами по обеим её сторонам, свернул во дворы, на выложенную разноцветной плиткой дорожку, пройдя по которой и миновав кусты цветущей сирени, пошёл к своему подъезду, где увидел мужчину лет тридцати, стоящего на крыльце. Поздоровавшись, хотя я и не знал его, чисто из вежливости, я стал рыться в рюкзаке в поисках ключей; «где ж они, блин?». Куча авторучек, клей-карандаш. Какого только дерьма в этом рюкзаке нет.
- Молодой человек. – окликнул меня мужчина, я оторвался от раскопок в рюкзаке и посмотрел на него. Бритый, худощавый, в джинсовых штанах и рубашке. – Это ты заехал в квартиру номер 60, ну, ту, в трёшку?
- Ага, всё так. – ответил я.
- Давно?
- Неделю как.
- Понятно, - проговорил мужчина и протянул руку. – Сергей.
- Дима. – ответил я.
- Что ж. Рад был познакомиться. – Сергей хлопнул меня по плечу.
- С родителями живёшь? - Продолжал он задавать вопросы.
- Да, - ответил я.
- Учишься?
- В одиннадцатом классе. – ответил я. – А вы кто?
- Сосед твой. – усмехнулся Сергей. – С восьмого этажа.
Быстрым, почти неуловимым движением Сергей вытащил из кармана джинсов ключи и поднёс брелок к считывателю домофона – дверь открылась.
- Спасибо. – сказал я, направляясь в подъезд.
Дверь за моей спиной медленно закрывалась и, почти закрылась, когда я услышал на гране слышимости, еле различимое:
- Мои соболезнования, чувак.
Я подошёл к лифту и нажал кнопку вызова: «Странный какой-то тип, вопросов задаёт, как следователь на допросе, и эти его последние слова, что бы это всё значило?». Двери лифта открылись передо мной, я вошёл и нажал кнопку пятого этажа. Свет в лифте загорелся ярче, а потом лампы освещения кабины потускнели, но через секунду уже восстановили свою обычную светимость: «Скачки напряжения», — подумал я: «Странный всё-таки этот Сергей». Двери открылись, и я вышел, направившись к своей двери. Внутри меня возникло странное чувство, что я не один, отмыкая дверь, я скосил взгляд в сторону лестницы: «А кого ты там хотел увидеть? Серёгу того? Да забей, мало ли любопытных и чокнутых». Я запер дверь за собой в квартиру.
Я прошёлся по квартире: «Всё не то, всё не так», — вспомнились мне слова из песни «3 сентября», уже на следующий день, точнее, на следующую ночь, как мы сюда переехали, начались кошмары. Первые ночи я не помнил, что снилось, зато помнил сегодняшний сон: «Моя квартира, моя комната и что-то чёрное, чернее ночи, выползающее из углов, ползущее вниз по стенам, перетекающее, как чёрная вода».
«Мама права: переезд, стресс, нервы. Всё», — я сел за ноутбук и запустил игру.
«Данилка сидел и с увлечением игрался в планшет, когда услышал царапание из шкафа, «крррррр», сперва Данилка вообще не обратил внимания на этот звук, но он повторился. Раз, другой. Планшет завис. Из шкафа что-то стукнуло, Данилка посидел, несколько мгновений размышляя, а затем, резко подбежав, открыл створку шкафа — от увиденного у ребёнка сердце рухнуло в пятки: на полке, где должны быть полотенца, простыни и прочее постельное бельё, была женщина с синюшным лицом и свисающими на полку ниже волосами, в самой неестественной позе, будто её тело скомкали, сжали и запихали в пространство полметра на метр. Она открыла глаза…»
Дико закричав, мальчишка рванул от шкафа, пронёсся через прихожую, и, распахнув деревянную дверь, дернул засов железной и выскочил в подъезд, оглянулся назад: никого и ничего. Никто за ним не гнался. Всё было тихо, но мальчик боялся сделать даже шаг в сторону двери».
Я услышал пронзительный детский визг, ребёнок орал так, будто его убивали. «Да, «весёлые» соседи в этом доме, то этот странный тип у подъезда, то теперь…». Раздался звук, будто кто-то распахнул входную дверь, да так, что она ударилась об стену, издав металлический стон. Я встал и, подойдя к дверному глазку, прильнул к нему: перед моей дверью стоял мальчик лет девяти, дверь в квартиру напротив была распахнута настежь, а ребёнок стоял и просто смотрел в ту сторону. «Спасибо, папа, что мы в этом доме квартиру купили» - я метнулся к комоду и вытащил оттуда ключи, отомкнул дверь. Ребёнок, резко обернувшись, снова вскрикнул и уставился на меня испуганными, полными слёз глазами.
- Пацан, что случилось? – почему-то этот вопрос мне самому показался нелепым, но он сам сорвался у меня с языка.
- Там женщина в шкафу. – мальчик показал пальцем на открытую дверь.
- Кто в шкафу? – охренело уставился на мальчишку. Не, глухотой я не страдал, но у меня что-то паззлы не сложились в голове.
- Там женщина на полке! Страшная!
«На полке??? В смысле?».
- Иди домой, там никого нет.
- Нет, не пойду. – мальчик дрожал и это было заметно.
Я просто стоял, вылупив глаза: «Две квартиры нараспашку, и я с этим перепуганным пацаном. Долбанный театр абсурда». Я хотел сказать ему: «Ну, сиди в подъезде». Но вместо этого сказал:
- Позвони маме.
- Телефон там. – указал взглядом на квартиру. – А номер не помню.
- Пошли. - я взял его за руку, и мы прошли в квартиру. Обычная двушка, спальня, открытый шкаф.
- Где?
- В шкафу! – мальчик прятался за мою спину. Я подошёл к шкафу: просто полки, детские шмотки, постельное бельё.
Увидев планшет на диване, я схватил его в одну руку, а ребёнка за руку в другую, и мы пошли из квартиры. Я повёл его к себе.
- Как тебя зовут? – спросил я.
- Данил. – пискнул мальчик.
- Звони маме. – я сунул ему планшет.
Прошло два часа. Я, завершив звонок, сунул смартфон в карман джинсов
- Мама твоя вернулась. – сказал я, – Пошли встречать.
- Двери лифта открылись, и Данилка бросился к вышедшей из них женщине, обнял её, да так и прилип, женщина погладила его по голове.
- Что-то напугало его там. Посидел у меня, - сказал я
- Спасибо, что присмотрели.
- Всегда пожалуйста, - ответил я.
Женщина тем временем отомкнула квартиру и подтолкнула туда мальчика «иди, мол», затем уже скрываясь за дверью, улыбнулась мне, но взгляд её скользнул за мою спину, на открытую дверь моей квартиры.
Дверь квартиры Данилки закрылась, замок сделал два оборота, я оглянулся на свою открытую дверь, потом глянул на их «что-то в этом доме всё не так» и пошёл к себе.
На следующий день, отправившись в школу, я вышел из подъезда и упёрся взглядом в машину скорой помощи. На крыльце стояли две женщины, полушёпотом что-то обсуждая, через минуту из подъезда вынесли… носилки, накрытые белой простынёй, под которой ясно просматривались очертания тела.
По мне пробежал холодок, я, поправив рюкзак, пошёл на остановку.
***
«Вика вышла из квартиры с ведром мусора, дабы опорожнить его в черную бездну мусоропровода, прикрыв дверь квартиры, она развернулась, и ясно увидела, как какой-то мальчик скользнул в нишу, где была труба мусоропровода, Вика слышала стук его кроссовок, который через секунду стих. Мусоропровод располагался прямо за лифтовой шахтой. «Кто-то решил поиграть в прятки», — подумала Вика, шагнув туда.
- Данилка, выходи. – Вика встала как вкопанная перед трубой. Никого не было в нише, а за трубой было невозможно спрятаться – слишком узкой пространство, не более пятнадцати сантиметров от стены. Виктория почувствовала, как между лопаток пробежал холодок: «Ну я же отчётливо видела мальчика».
Около шести вечера я решил прогуляться, осмотреть новый район и проветрить мозги, быстро собрался, сунув в рюкзак на всякий случай дождевик, вышел из квартиры. Замкнул дверь.
Я нажал кнопку вызова лифта – ноль реакции. «Сдох», – решил я. «Дом всего на шесть лет старше меня, но здесь уже сдохло всё». Побежал вниз по лестнице, но этажом ниже наткнулся на девушку с мусорным ведром в руке, которая пристально смотрела в сторону мусоропровода, затем сделала шаг, ещё шаг. Видимо, услышав мои шаги, она повернулась и вздрогнула, увидев меня.
- Извини, что напугал.
- Дело не в тебе. Я видела мальчика, который туда спрятался. Думала Данилка, а там нет никого.
Я подошёл и убедился, что в нише мусоропровода действительно никого не было.
- Там никого нет. – сказал я. – Давай ведро, вынесу на улицу.
По дороге к мусорке мы познакомились, Девушка представилась Викой, она была на пару лет старше меня. Мы обменялись телефонными номерами.
Вытряхнув ведро в контейнер, я хотел вручить его ей, но она попросила:
- Дим, проводи меня. Мне жутко в подъезде.
- Ладно. А сам подумал: «Какая-то эпидемия страха. Вчера Данилка увидел явно неживую женщину в шкафу и напугался до смерти, сегодня девушка видела мальчика, который будто растворился в воздухе». Я вспомнил про того типа, Сергея.
- А про Серёгу что можешь сказать? – спросил я у Вики: - Который с восьмого этажа.
- Да он нормальный мужик. Странный только немного. Неотёсанный. В общем, странный, но нормальный. Парадокс вот такой. – Вика слегка улыбнулась: - Безвредный.
Поздно вечером я вышел из своей комнаты и, включив свет, пошёл на кухню попить воды. В горле всё пересохло. «Это дома, ну то есть на той квартире, можно было ходить по квартире с закрытыми глазами в темноте. А на новом месте тут же с углом или стеной поцелуешься». Открыл кран, вроде открыл не сильно, но напор рванул с таким звуком, что я вздрогнул, но уже через секунду превратился в тонкую струйку. «Странно здесь краны работают». Напившись и поставив кружку на стол, я пошёл к себе, когда заметил, как в комнате родителей, где горел только ночной светильник, промелькнула высокая бледная тень. Дверь в их комнату была закрыта, но я видел тень через стеклянные вставки двери. Узорчатые, поэтому не удалось рассмотреть чётко.
«Мама ходит. Не спит ещё». Я шагнул к комнате, но меня догнала мысль: «Мама не высокая, а эта длинная, с тёмными волосами». Я пару раз стукнул в дверь и вошёл. Родители лежали на расстёгнутом диване: «А кто ходил тогда?» Они не спали.
- Папа, - начал я, - там краны плохо работают. Чуть открываешь, а напор хлещет, будто на полную открыл.
- Я гляну завтра – ответил отец. – Починю.
- Ладно. Спокойной ночи.
- Спокойной ночи, – ответила мама.
«Кто же это ходил тогда?» Я подошёл к своей комнате, выключил свет, вошёл к себе.
«Бух-бух-бух-бух» раздалось с потолка и наступила тишина. Я прислушивался, но было тихо. «Дом панельный, слышимость хорошая», — вспомнил слова мамы.
Долго ворочался на диване, сон не шёл, за окном снова поливал ливень
- Вот тут я посмотрел. – сказал папа, крутя кран, и наблюдая, как реагирует струя воды. – Да, не отрегулировано было. Вот, смотри, резко не поворачивай, потихоньку открывай.
Отец полностью закрыл кран, а затем чуть приоткрыл, наглядно мне демонстрируя, как это делать. Будто я клинический идиот, меня это всегда несколько раздражало.
Из крана просто бешеным напором хлынула вода, которая мгновенно стала ржавой, какой бывает, когда воду отключают на месяц, а потом дают, и через секунду - тёмно-коричневой. Клубы пара поднялись от мойки. Кипяток. Вместо холодной воды из холодного крана хлынул ржавый, тёмно-коричневый кипяток.
Отец отпрыгнул от раковины, крикнув мне «Не подходи» раковина стремительно наполнялась почти чёрным кипятком. Который через пять секунд начал переливаться через край.
Мама только что вышла из туалетной комнаты и собиралась на работу в прихожей, слышалось журчание воды, набираемой в сливной бачок… «Пкрррхх!» - оглушительный треск, будто что-то разломилось. Я отступил к окну, отец кинулся в туалетную комнату. От хлынувшего вместо холодной воды в сливной бачок кипятка, сливной бачок треснул. Чёрная горячая вода текла из трещины, и переливалась через край, а затем, кусок бачка вообще отвалился, воды хлынула водопадом залив туалетную комнату, заполняя клубами пара воздух.
- Затопим всех соседей внизу! – прокричал отец, метнувшись к кладовке, и, одев перчатки, подскочил к трубе в туалетной комнате и перекрыл вентиль.
- В системе холодной воды – кипяток. – прокомментировал он происходящее. – ждите здесь.
- Бери ведро вычерпывай воду. - скомандовала мама. Я, вынув из мусорного ветра пакет, другого ведра не нашлось, начал черпать в пола воду, сливая в унитаз.
Мама с тряпками металась по кухне, пытаясь собрать как можно скорее все эти литры, десятки литров обжигающей воды с пола.
Отец звонил в дверь соседей снизу – никто не открывал. Затем начало стучать. Стучал долго
- Они месяц как съехали. – раздался старушечий голос, отец оглянул и увидел высунувшуюся из квартиры напротив бабулю. – Месяц как съехали, сынок, там никого нет.
Отец побежал на этаж ниже и стал звонить в квартиру, находящуюся по тому же стояку.
- Кто? – раздался голос через дверь.
- Сосед с пятого этажа – сказал отец – В системе холодной воды кипяток. Надо вызывать аварийку. Не открывайте краны, не спускайте воду в туалете.
Дверь щёлкнула, на пороге была худощавая женщина средних лет: - Нет никакого кипятка. Я только что помыла посуду.
- Можно гляну?
Женщина отстранилась, отец первым делам пощупал трубу стояка в туалете – холодный. Вообще. От такой горячей воды он не мог так быстро остыть. Открыл кран на кухне – потекла прозрачная холодная вода.
- Извините, что побеспокоил – отец вышел из квартиры.
- Все нормально у соседей. Квартира под нами не жилая, а ещё ниже не протекло, и там всё нормально, ничего не лопнуло.
«Этот дом – полупустой» - стучало у меня в голове. – «Где соседи, где все?»
***
«Вика отомкнула квартиру и так и замерла на пороге, она не верила своим глазам, по её квартире будто пронёсся торнадо. Вещи были разбросаны, создавалось впечатление, что кто-то ходил и целенаправленно выбрасывал их из шкафа. Книжки были сброшены с полок. На люстре в зале качался свитер, на полу блестели разбитые подвески люстры. Вика, поколебавшись, входить или не входить, вошла. Преодолевая растущее чувство страха, прошла в другую комнату – такой же беспорядок. Она заметила, что люстра слегка покачивалась.
«тхххх, тхххх, тххх» - Вика не могла понять, что это за странный звук, будто чьё-то дыхание. Солнечный свет в комнате вел себя как-то странно, его стало меньше в углах, будто его что-то оттесняло от одной из стен.
Хлопнула межкомнатная дверь, от чего Вика подскочила как на пружинках, а затем, она увидела, что обои отсыревают, напитываются непонятно откуда взявшейся водой, а сквозь них проступает тёмный силуэт, который обрёл черты женщины с длинными волосами и синюшным лицом и выпученными глазами. Дерганными, конвульсирующими движениями она будто вылезала прямо из стены. Струйки тёмной воды стекали на пол. Вика бросилась к межкомнатной двери, дернула ручку вниз – заклинило, Вика навалилась всем весом и дёрнула её вниз и на себя – дверь открылась, и девушка со всех ног побежала из своей квартиры».
Вернувшись из школы, я сел за ноутбук, но просидел не долго.
Звонок в дверь заставил меня подскочить на компьютерном кресле, настолько неожиданно и резко он прозвонил. «В старой квартире звонок был тише, тут прямо колокол», — думал я, быстрым шагом подходя к двери. Взглянул в глазок — там стояла Вика.
Я открыл дверь и вместо «Привет» услышал:
- Дим, у меня какой-то ужас в квартире. Мне страшно. Я что-то видела.
Мне было жутко, но я пошёл смотреть, что там у неё стряслось, может ещё потому, чтобы хоть какое-то время быть не одному.
Я вышел, и мы спустились на этаж ниже. Дверь в квартиру была открыта, а за дверью… Одного взгляда было достаточно, чтобы понять – по квартире будто пронёсся торнадо. Или что-то вроде того. Вещи были разбросаны по всей квартире, книжки выброшены из шкафа, свитер качался на люстре.
У меня не было слов.
- Не входи туда. Я всего лишь на пять минут вышла за хлебом. – пояснила Вика: - Квартира была закрыта. Я её закрыла. А когда вернулась… Я увидела… женщина вышла из стены – Вика почти плакала.
– Из стены? Вик, вызови полицию.
- А что мне ей сказать? Что за пять минут кто-то разгромил мою запертую квартиру, не оставив следов взлома? Я побуду у подруги и подожду моего парня с работы. – проговорила Вика. В её голосе был испуг и непонимание.
- Нормальная идея. – ответил я. – Если что, позвони мне.
Вика захлопнула дверь и замкнула квартиру, после чего побежала вниз по лестнице.
«Данилка видел женщину в шкафу, у Вики женщина вышла… из стены. И кто-то разгромил квартиру, я видел тень в комнате родителей. Зачем она вообще ко мне обратилась, эта Вика. Что за чертовщина тут творится?»
Я вернулся к себе, выключил ноутбук, который уже перешёл в спящий режим, посидев немного в кресле, решил уйти, мне было жутко в этом доме. В своей новой квартире.
«Крииииии, крииии» донеслось непонятно откуда, я не понял, где источник звука, звук будто одновременно был везде. «Это что такое? Нафиг!». Выходя из прихожей, я увидел мелькнувшую бледную тень в зеркале. Сердце заколотилось как у зайца, я посмотрел в зеркало – там не было никого, кроме моего отражения, пятясь вышел из квартиры – запер дверь и пошёл к лифту.
Лифт остановился на моём этаже и открыл двери, я слегка вздрогнул, увидев того самого Сергея в лифте.
«Только этого типа мне не хватало! Что сказать ему? Езжай, я не спешу?»
Вместо этого я поздоровался и зашёл в лифт, двери закрылись. Проезжая четвертый этаж, я заметил, как свет кабине вспыхнул ярче, а затем потускнел, кабина дёрнулась и остановилась, я почувствовал какой-то странный, леденящий холод. Сергей нажал несколько раз кнопку открытия дверей, обвёл взглядом кабину, а затем, оттолкнув меня в сторону, шагнул к дверям и, вытащив из заднего кармана нож с коротким, но толстым клинком, за долю секунды вбил его в щель между дверями, а затем, используя как рычаг, начал давить на него, когда между дверями образовалась щель в два сантиметра, вцепился в двери пальцами, стал их пытаться разжать, раздвинуть их руками. Уперевшись в одну створку рукой, он начал давить на вторую створку другой рукой, я увидел, что мышцы на его руках напряглись как тросы… И двери поддались, мужчина, разжав их руками проговорил мне: «Быстро отсюда». Я выскочил, осознавая, что кабина стоит на третьем этаже. Следом за мной оттуда выскочил Сергей.
Свет в лифте погас, а двери остались открытыми, будто пасть хищного зверя, на секунду я увидел бледное лицо женщины с длинными волосами, а затем, оно растворилось во мраке.
Я и Сергей стояли у подъезда, Серёга приводил себя в порядок после возни с лифтом, заправлял рубашку в штаны, я же на свой внешний вид решил забить, меня волновало другое
- Почему вы сказали: «Соболезную, чувак». - Поинтересовался я.
- Ты. – сказал Сергей: - Меня тут одна штука. Поэтому «ты». Я так сказал, потому что вы поселились в квартире с приколами. В прочем, тут весь дом интересный.
Я почувствовал озноб: - Что прикольного? Что в ней произошло?
Сергей улыбался: - Риэлтор ничего не рассказывал твоему бате? Ну, правильно. А то хату хрен кто купит. - Сергей посмотрел в сторону и начал рассказывать:
«Много лет назад здесь жила семья: муж, жена и пацан – твой ровесник. Муж ей рога наставил, а жена… - Сергей сделал движение рукой будто обматывает что-то вокруг шеи.
…повесилась у вас в квартире. При этом она искупалась перед смертью и позвонила своему мужику, чтобы сказать о намерении. Думаешь, конец? Хрена! Тот пацан с отцом уехал. А через два года сюда заехала другая семья…. Сергей помолчал, а потом продолжил
… Муж с женой и мальчишка. Второй пацан тут у них родился. Жили они тут долго, и я не знаю, какого хрена там у них произошло. Но парня нашли мёртвым на дамбе. За день до этого отец семьи попал в ДТП и умер в больнице. Мать впала в коматозное состояние на работе и в тот же вечер тоже умерла. В больнице. Младший их мальчишка просто пропал без вести. Зато подругу этого чувака с дамбы нашли. Мёртвой. В ванной. Любителя ходить по бабам нашли мёртвым на следующий день, а их сына выловили вместе с машиной из реки. Кстати, дружбан того исчезнувшего, вышел в окно… - Сергей показал такой жест, что сразу стало ясно, с каким исходом. -…В доме после было несколько самоубийств. Прошло полгода, и заехали вы. Цикл повторяется. Опять: муж, жена и ты – звездюк-подросток. Там на ручку табличку бы повесить: «не входи, а то кранты». В доме творится просто лютая дичь. В этом доме уже куча народу скопытилась. И эпицентр всего этого – твоя квартира, куда твои старики вместе с тобой заехали. Всё идёт по спирали, цикл за циклом. Понимаешь? Твой батя хоть бы поинтересовался, куда переезжает, что ли.
Я слушал и у меня волосы вставали дыбом, везде, где только они были.
- Что-то можно сделать? – спросил я.
- А что ты сделаешь? – Сергей стал надвигаться на меня. – А что ты сделаешь, чувак? Ты думаешь, что, открыв ящик Пандоры… - Сергей сделал жест обеими руками, будто что-то открывает. - … его можно снова закрыть? – жест руками будто он что-то закрыл.
- Кто открыл ящик Пандоры? – меня уже колбасило от всего услышанного.
Сергей остановился и отвёл от меня взгляд, потом снова посмотрел на меня:
- Я не знаю. Та семья жила здесь почти пятнадцать лет… А потом все умерли. Но я знаю точно, что вы запустили новый виток, приехав сюда. И всё происходящее связано с той удавившейся женщиной. И ещё кое-что. Всех, кто входит в ту квартиру… Через какое-то время их ногами вперёд выносят.
- Ты говоришь, что все, кто туда входит, умирают? А как же полицейские, ведь они должны осматривать место происшествия. Санитары, кто там ещё? – я пытался как-то это всё осмыслить.
- Не знаю, чувак. - Сергей опёрся спиной на стену. – Но я думаю, они все кони двинули. Знаешь, сколько людей в день умирает в городе? Знаешь, сколько у тебя возможностей за день просто тупо сдохнуть? От банального подавился колбасой, до падения на тебя куска Боинга 737.
- Нам сбежать, съехать из этой квартиры?
Сергей покачал головой: - Не факт, что поможет. Проклятие привязывается как к месту смерти, так и к человеку, который там побывал, либо как-то пересёкся с теми, кто… - Сергей запнулся. Подумав, продолжил… как вирус. Злоба проклятия поглощает всех, кто окажется рядом. Однажды зародившись, оно расширяется по спирали. И каждый следующий виток больше предыдущего. Плетёт паутину ужаса. Теперь и я под ударом. Я помогаю тебе, я тоже уже заражён. Возможно.
Сергей помолчал, а потом добавил: - Пошли ко мне. Поговорим.
Я сидел у Сергея в квартире на кухне. Идя сюда, я наивно ожидал увидеть что-то странное и необычное. Что именно? Я не знал, Серёга странный тип, значит, и квартира у него должна быть странной. Но нет. Обычное жильё, обычного холостяка.
Сергей поставил передо мной здоровенную кружку с горячим чаем. Я чувствовал, что надо начать говорить, но не знал как. Затем вдохнув-выдохнув сказал:
- Сергей, расскажите о доме.
- Меня тут одна штука. – отозвался Сергей. – В глазах двоится? Ну, не чо. Бывает.
Сергей улыбнулся будто своим мыслям, глядя куда-то мимо меня: - Я жил в соседнем районе. В нескольких кварталах. Отсюда. Микрорайоны строились один за другим, город разрастался. Дом построен в 2003. Мы сюда переехали из старой квартиры в 2005. А в 2008 случилось то, о чём я тебе рассказывал на улице. Эта женщина, Тамара… Знаешь, что за неделю до того, как ей повеситься, я ей помогал сумки до двери тащить? Мне тогда было шестнадцать. Я был немного в шоке, когда узнал это от мамы. Вот ходит человек, дышит, разговаривает с тобой, да? А потом. Потом раз, и всё…
Я отхлебнул из кружки.
… мужик у неё был козёл. Она его терпела, ради сына. Ну, в общем, ничего нового. Кстати да, пацана того я знал, но мы как-то не общались. Потом похороны, муж даже ревел на них. Они уехали. Он и сын. Переехали куда-то. А спустя два года в ту квартиру новая семья заселилась. Их старший у меня на глазах вырос… - Сергей опять улыбнулся: -…приехали сюда он под стол пешком ходил. Тут младший родился. А потом. Потом кто-то открыл ящик Пандоры. Знаешь, Дима. – Сергей посмотрел на меня: - Вот, когда лавина вниз идёт, она же с небольшого участка начинается, а по мере продвижения захватывает всё новые участки. Я не знаю, что у них случилось. Но всё это произошло за двое суток. Допустим, я ещё в понедельник утром ничего не замечал, а уже в среду в обед всех ногами вперёд несут, грубо говоря. Вся. Вся семья просто тупо умерла за двое суток. А одного не нашли. Я думаю, он до сих пор здесь. В этих стенах. В этом доме…
От этих слов мне стало реально жутко. Я вспомнил Вику, и то, что она говорила: «Я видела мальчика… а там нет никого. Я увидела… женщина вышла из стены», следом вспомнился Данилка: «Там женщина на полке! Страшная!»
- …А потом в этом доме, началась хренотень. Антон повесился. С третьего этажа. Илья, мой ровесник, жил на десятом этаже. Умер. Я не знаю от чего. Ещё вечером со мной поздоровался, а уже утром его ногами вперёд вынесли. Максим в окно вышел. С девятого этажа, который, хотя, ты один хрен его не знаешь. Чуть младше тебя… Вчера умерла женщина, моя соседка из квартиры напротив, не знаю, от чего. Вроде не связанные случаи. Но я их связал: сначала семья, потом эти разрозненные, и, якобы случайные происшествия. Я начал копать: новости, статьи, историю дома, и узнал, что тот мужик, который наставил рога Тамаре, и их сын, умерли в один день, вместе с семьёй, которая тут жила. А потом нашёл новость о том, что девушка утонула в ванной, это было в другой части города, но она – подруга того самого парня, старшего, который тут жил. Кажется, Саша его звали. У меня сложилась картинка. Все умерли почти в один день, и все были связаны либо с квартирой, либо с Тамарой. И это действует на всех жильцов дома. Знаешь, я провёл небольшое расследование. Статистику самоубийств по городу. И она значительно ниже, чем в этом доме. И озарение на меня снизошло только пару месяцев назад. Теперь приехали вы. И ЭТО будто активировалось. Всё всегда начинается с твоей квартиры. С заезда новых жильцов. Мне кажется, что появление семьи, похожей на семью Тамары, и есть тот самый спусковой крючок. Затем следует виток спирали. Все это чувствуют, но не говорят. Они не понимают, что в натуре происходит. Я знаю. Оно воздействует на весь дом.
Чай я не пил, просто слушал этот прорвавшийся как из трубы поток откровений, периодически прищёлкивая на место отпадающую челюсть.
- Почему вы не уехали? – спросил я.
- Ты…. Меня тут одна штука. Вы – это обращение к двум и более. – сказал Сергей: – Была мысль, но я думаю, что оно привязывается не только к месту, но и к людям. И я думаю, оно привязано ко мне, а теперь уже уверен в этом. Бегство проблему не решит. Тебе не снятся кошмары?
Я хотел сказать «нет», но почему-то ответил «да».
Сергей кивнул: - Мне тоже. Оно, оно раскалывает твоё подсознание, доводит до грани, пока кукуха не дает течь, а потом… убивает.
- Оно – это кто? – я чувствовал, как внутри всё холодеет. Меня пугало всё. Квартира, странности в последние дни происходящие, рассказ Сергея. Сам Сергей.
- Оно – это онрё. – ответил мой сосед: - Концентрированный сгусток злобы, в который превратилась Тамара. Как паук плетёт паутину ужаса.
- Оно может выйти за дом? – спросил я. – Ну, за пределы дома.
- Преследуя кого-то – да. Создать новое гнездо – нет. Чтобы пауку плести паутину, ему нужна ветка или стена. Опора. Для онрё – этот дом, и есть опора. Твоя квартира.
- Серёг, неужели совсем полная безнадёга? Неужели ничего нельзя сделать? – я подался вперёд. – а если всё-таки попытаться? Попытаться закрыть ящик Пандоры?
Сергей минуту смотрел на меня, а потом сказал:
- Я подумаю над этим, но времени мало. – а через несколько мгновений добавил. – Ещё меньше, чем ты думаешь. Дни. Может, часы. А потом… - он резко хлопнул ладонью по столу. – Крышка. Это зависит…
- От чего? – выдавил я.
- От того, как сильно вы обосрётесь. Со страху. Таймер… включён.
Я спустился к себе с чётким ощущением, что горизонты широкие, но бежать некуда. Я не хотел входить в свою квартиру, но, в голове всплыло услышанное десять минут назад «Бегство проблему не решит», постояв на пороге, вошёл. Сел в компьютерное кресло. Не знаю, чего ждал, хотел, чтобы отец быстрее вернулся с работы. Я снова чувствовал себя как маленький ребёнок, которого будто заперли в чулане.
«Владимир поднялся с дивана и, покачиваясь, прошёл на кухню чтобы попить воды. Всю последнюю неделю он усиленно бухал, надеясь утопить свой кошмар в водке. Войдя в кухню, и, сперва ничего не заметив, затем увидел, что за занавеской стоит темная тень с бледным лицом. За окном был весенний солнечный день, но здесь за спиной мужчины сгущались тени, но он их не видел, его взгляд прикипел к неведомой хрени стоящей в пространстве между занавеской и подоконником, в пространстве, шириной в три сантиметра, при этом никак не влияя на положение занавески, Владимир почувствовал, как его затапливает жуткий страх и паника, то, что снилось ему последние полгода в жутких снах, теперь стояло прямо перед ним, а тьма из углов будто щупальцами, тянулась к его ногам. Схватив первое, что подвернулось под руку – хрустальную пепельницу, Володя метнул её в тень за занавеской, пепельница пролетала сквозь силуэт, на котором появились белые закатившиеся глаза, и, разбив окно, вылетела на улицу. За ноги мужчину что-то дернуло, рывок. Темнота. В кухне никого не было. В квартире абсолютно никого не было».
Окно в комнату было приоткрыто. Примерно через полчаса я услышал звон стекла и мимо окна что-то пролетело, стукнуло об асфальт у дома, будто что-то выбросили в окно. Я посмотрел на окно и убедился, что это не моё окно разбито.
«Сергей зашвырнул в микроволновку кусок пиццы, и ещё ничего не успел нажать, как на табло сами по себе засветились все нули, мигнули и, вместо них высветилось: РО:ЕР РЕ:ГС, затем мигнули ещё раз и сложились в слово Еnd. Сергей вытянул правую руку, и показал цифрам на табло средний палец: «фак»
***
«Данилка, ожидая во дворе своего друга, играл, кидая мяч в стену и ловя его. Звон стекла, а затем раздавшийся звук удара об асфальт, привлекли мальчика, взяв мяч под мышку, Данил зашёл за угол и увидел то, что лежала на земле – разбитая хрустальная пепельница. Мальчик поднял голову и посмотрел на дом, вроде не было никаких изменений, но затем, он заметил разбитое окно на шестом этаже. Больше ничего не происходило, и Данилка вернулся к своей игре, после очередного броска, не сумел поймать мяч, и он укатился на травянистый газон. Подойдя к мячу, ребёнок замер в нерешительности мяч почему-то стал чёрным, затем начал пульсировать, терять очертания, вытягиваться вверх обретая человеческие контуры. Тхххх, ттхххх, тххх -стучало в ушах, будто чьё-то прерывистое дыхание. Мальчик бросился подальше от этого ужаса, куда угодно, главное подальше. Удар, он ощутил, что летит, ещё удар. Темнота.
Самокатчик-курьер даже отреагировать не успел, когда прямо под колеса ему выскочил мальчишка и он на полном ходу влетел в ребёнка сбив его и опрокинувшись сам. «Твою мать!» - самокатчик поднялся, и сильно хромая подошёл к лежащему без сознания ребёнку. «Твою мать» - он вытащил смартфон и увидев, что он разбит и не работает, сунул на автомате в карман, вытащил из другого кармана кнопочную Nokia, набрал 103».
Я услышал сильно приглушённый звук удара из-за угла дома, но проверять не пошёл, загремел замок, затем раздались тяжёлые шаги и грохот ключей о комод – папа вернулся. «Что-то рано сегодня» - подумал я: «Но, это хорошо»
- Папа… начал я, выходя из комнаты и осёкся. Осёкся потому, что отец как-то неестественно дёрнулся. – Папа, с тобой всё нормально? Голова отца непроизвольно дёрнулась.
- Папа.
-Иди в комнату сукин сын: - Проговорил злобно отец, глядя на маня исподлобья. Его голова временами дёргалась в тике.
Я опешил, отец никогда так себя не вёл. Никогда.
- Ты, щенок, что, оглох?! – в его голосе была такая ярость, что я действительно решил уйти в комнату, абсолютно не понимая, что происходит.
Отец ходил по кухне, гремел посудой, я слышал звук бьющихся тарелок. Потихоньку выйдя из комнаты, я прокрался ко входной двери: «надо бежать отсюда». Начал отмыкать дверь и уже отомкнул, когда отец вышел из кухни: - Ты куда, ушлёпок?
- Пойду прогуляюсь.
- Вернись к себе! – его тело передёрнулось, рука дёрнулась будто от тока.
Я чувствовал, что меня пронизывает ледяной, парализующий холод, собрав волю в кулак, вдохнув и резко выдохнув, я выскочил за дверь, побежал вниз. Отец ринулся следом.
Он настиг меня, когда я выскочил из подъезда, на улице, вцепился мне в горло и начал душить, пальцы сомкнулись словно тиски, через секунду перед глазами заплясали разноцветные круги. Ещё секунда и… резкий толчок, давление прекратилось, и я упал на газон, с хрипом втягивая воздух и заходясь в кашле.
Сергей, ударом обеих рук снизу разорвал хват отца и оттолкнул его от меня. Отец попытался его схватить, но Серёга оттолкнул его руку с одновременным ударом кулаком другой руки в лицо, тут же скомбинировав апперкотом и хуком. Три удара, которые нокаутировали бы быка, не смогли нокаутировать моего отца, а ведь он могучим телосложением и крепкой головой не отличался. Отец упал на траву, но тут же начал вставать.
- Быстро к моей машине. – скомандовал Сергей – Это не твой отец.
Боковым зрением, я заметил, что Сергей сделал быстрый шаг левой ногой в сторону, и перенеся на неё вес тела, с разворота ударил правой ногой отца в живот, сбив с ног. Удар, который вынес бы дверь, не «вынес» моего отца, тот снова начал вставать, Сергей побежал к машине, до которой я добрался на две секунды раньше, открыл, запрыгнул на водительское сиденье, разблокировал двери, я заскочил на соседнее пассажирское.
- Онрё завладело им, это не твой отец.
Сергей сдал, назад, а я видел как мой отец побежал в сторону машины и закричал:
- Он приближается!
Сергей, развернув свою Митсубиси Галант, молча рванул с места.
Сергей вёл машину, периодически кидая взгляд на стрелку спидометра, я сидел на соседнем пассажирском сиденье и уже в десятый раз пытался дозвониться до мамы, чтобы предупредить её о том, что у отца слетела кукуха, чтобы она не шла домой, но каждый раз получал ответ: «Абонент вне зоны обслуживания». Открыв чат в Телеграмм, я набрал: «Мама, не ходи домой. Отец напал не меня и пытался задушить. Он не в себе» - отправив сообщения, я сунул смартфон в карман джинсов.
- Куда мы едем, Серёга.
- Черт его знает, куда мы едем. Подальше от этого долбанного дома и этой твоей долбанной квартиры. - в очередной раз взглянув на спидометр он прилип к нему взглядом, и я увидел то же, что видел Сергей – 20 км/ч, на фоне мелькающих за окном столбов, а затем всё закрутилось как в калейдоскопе: из автомагнитолы раздался треск помех, а потом раздалось: «Ты беги, беги. Беги на край Земли. Из последних сил беги. Слышишь…» на электронном табло автомагнитолы я увидел вместо частот: TF:HP которые превратились в надпись «Time Fails: Hope Perishes» (Время подводит: надежда погибает), а ещё через секунду прямо перед машиной возникла женщина с бледным лицом и неестественно повёрнутой головой: «тормози!» хотел закричать я.
- Собью нахер. – прорычал Сергей, нажав на акселератор. Я и женщина встретились глазами, из которых струйками стекала кровь, а ещё через секунду раздался удар, от которого меня швырнуло по кабине. Потом всё прекратилось.
Стук в голове, нецензурный возглас, а затем вопрос: «Живой?». Я сначала кивнул, а потом открыл глаза, и понял, что произошло – мы на скорости влетели в зад едущей впереди машины. Осмотрел кабину – нас не сильно покорёжило. Сергей, сдув подушку безопасности, дёрнул дверь машины: раз, второй – дверь заклинило.
- Попробуй у себя. – показал пальцем на мою дверь.
Я попробовал – с моей стороны дверь открылась, отстегнув ремень безопасности, вылез из машины, Серёга вылез за мной следом. Капот и бампер были разбиты, фары разлетелись брызгами по асфальту. Багажник стоящей боком на обочине машины выглядел примерно также: желтые, красные стеклянные осколки на асфальте. Из кабины вылезал водитель, держась рукой за шею, и говоря что-то нецензурное, пошёл к Сергею. Но я видел то, что не видели они – в двадцати метрах позади машины, в которой мы ехали, была цепочка мокрых следов от босых ног, которая медленно исчезала.
***
- Когда будет лавина, о которой ты говорил? – спросил я. Сергей не ответил.
После оформления ДТП, которое заняло почти полтора часа, и эвакуации машины Сергея, мы шли по асфальтированной дорожки, с клумбами, за которыми росли пирамидальные тополя.
Я снова набрал маму: «Абонент вне зоны обслуживания», проверил сообщение в Телеграмм – мама его не прочитала. Я чувствовал, как во мне нарастет тревога, она будто лавина заполоняла моё сознание.
- Надо позвонить Вике. Ты знаешь, что кто-то её квартиру за пять минут разгромил?
- Позвони. – согласился с моей идей Сергей, ничего не ответив про квартиру - Скажи… чтобы она шла к ТРЦ «Звезда». Давай.
Как ни удивительно, до Вики я быстро дозвонился, от которой узнал, что и в квартире подруги Вика чувствовала что-то странное и что сейчас она в ближайшем парке.
Я быстро рассказал о произошедшем и сказал, чтобы она шла в торговый цент, что мы с Сергеем тоже туда идём. Мы договорились встретится на втором этаже у обувного отдела. Я завершил вызов, снова набрал маму: «Абонент вне зоны обслуживания».
- Ты не ответил на мой вопрос. – решил вернуться я к прежней теме. – Та «лавина», про которую ты говорил, когда будет?
- Чувак… она только что была, если ты не заметил. Следующая будет… Я не знаю когда. Скоро.
- Почему ты мне помогаешь?
- Потому что, чувак, ты заехал в квартиру 60, если ты сдохнешь – проклятие усилится, тогда… бесконечный кошмар. Я хочу разорвать цикл... Я под ударом… Как и ты. Я помогаю тебе, я воюю с ней. С ним. Мы вместе связаны теперь.
- Что будет с моим отцом?
- Не знаю. Надейся на лучшее.
Я чувствовал, что совсем один, вот люди ходят туда-сюда по улице, а ты совсем один. В толпе.
«Людмила чувствовала сильную головную боль с утра, таблетки не помогали, все последние дни ей снились дикие кошмары по ночам – какая-то чёрная бесформенная субстанция, заполняющая квартиру и тянущая щупальца в другие квартиры, просачивающаяся повсюду через все щели. По ночам она слышала странные звуки, какие-то хрипы, скрежет, доносящиеся из углов, шлепающие шаги по линолеуму. Сперва думала, что Димка ходит, но, когда отправилась посмотреть, оказалось, что Дима спал в своей комнате, возвращаясь к себе, она увидела тёмную тень с бледным лицом на кухне, но не поняла что это, через мгновение видение исчезло.
Люда сидела, перед ворохом офисных бумаг, еле соображая, что от неё хотят, она не заметила, как её телефон разрядился.
Люди ходили туда-сюда, что-то говорили, подкладывали ей одни бумаги, забирали другие. Люда пыталась сосредоточится, но мысли разбегались как тараканы.
Кап-кап-кап. – Люда осознала, что у неё носом пошла кровь, она зажала нос салфеткой и медленно пошла в туалетную комнату. Наклонившись над раковиной, Люда умывала лицо, смывала кровь. Боль пульсировала в висках, отдавала в затылок.
«ххрррах, эээйййххррр» - Люди сразу узнала этот звук, она попятилась от раковины. Кровь с носа капала на пол, оставляя красную дорожку из капель. Её взгляд упал на зеркало, и в отражении она увидела темную тень с бледным лицом и длинными волосами, тень стояла прямо за её спиной. Люда выскочила из туалетной комнаты, и насколько могла быстро, побежала в свой кабинет, открыла дверь, кровь стучала у неё в висках, капала из носа. Сзади ей схватили холодные склизкие руки, она оглянулась и увидела, то, что точно не могло быть живым человеком. Посиневшее лицо, голова, неестественно повёрнутая на бок, жуткие хрипы, свисающий распухший язык из приоткрытого рта. Дико заорав, Люда начала что есть сил отбиваться от этой твари, а потом силы кончились, и она просто орала.
*
Руслан увидел, как мимо него пробежала Люда, из её носа капала кровь, она оглядывалась назад, добежав до лоджии, Люда открыла створку окна и начала вылезать наружу. «Восьмой этаж» - только и подумал Руслан, ноги сами понесли его к лоджии, он схватил женщину, когда она уже вылезла наполовину и втащил обратно, она истошно орала и била его руками, взгляд у неё был совершенно сумасшедший, казалось, что она видела вместо него что-то кошмарное. «Люда, люда» - но она продолжала дико орать, вытаращив глаза. Руслан, применив силу, усадил ей на пол: «Что вы уставились?» - проорал он на столпившихся коллег: «Скорую вызывайте!», Люда перестала бить Руслана, она просто сидела на полу и орала, орала, пока прибывшие медики экстренной психиатрической помощи не вкололи ей сильное успокоительное и не увезли в больницу».
Я, Вика и Сергей сидели на мягком диване в ТРЦ «Звезда» на втором этаже. Люди сновали туда-сюда, и никто из них не задумывался, что мрак, мрак он рядом, возможно, в соседней квартире, возможно, уже в твоей.
- Серёг. – нарушила молчание Вика. – До каких спираль может расширяться?
Сергей сделал странное движение плечами, будто пожал ими, или размял.
- Да звезды Альфа Центавра. – решил ответить он. – Я не знаю.
- Ты говорил, оно плетёт паутину на опоре. – вступил в разговор я.
- Угу. – Сергей кивнул.
- А если убрать опору?
Сергей минуту молчал, а потом резко встал и сказал:
- Сидите здесь. Чем больше людей вокруг, тем меньше вероятность атаки. Смотрите в зеркала, они отражают реальность, а не иллюзию, - он бросил мне на колени целлофановый свёрток: – Соль может её задержать, и, ещё, на перекрёстке оно может сбиться и вас потерять. Дай ключи. – Сергей протянул руку.
- Ты куда? – я встал за ним, но он указал пальцем на диван: «сядь на место», а затем проговорил: - Дай.
Я вынул из кармана куртки ключи и дал ему.
- Есть идея. Как закрыть ящик Пандоры. За девкой смотри.
После чего, быстрым шагом, не оборачиваясь, пошёл к эскалатору.
Я проводил его взглядом, надо было что-то сказать Виктории, но что? Типа: «всё будет хорошо» или «он справится, мы выживем». Всё это будто из дешёвого кино, лучше молчать. И я молчал. Проверил Телеграм – сообщение, отправленное маме, не было прочитано.
- Дима, смотри. – девушка указало на огромное панорамное окно. Я развернулся и сразу понял на что смотреть. Сине-фиолетовая туча надвигалась с северо-запада, а за ней что-то низкое, белесое. Передний край тучи будто заворачивался вниз, образуя вал. – Ты знаешь, что это значит?
Я покачал головой: «Я что, метеоролог?»
- Это ураган. – сказала Вика, сейчас будет шквал.
Туча надвигалась даже не по минутам. Я досчитал до двадцати, а она уже закрыла половину небе. Природа замерла, полная тишина за окном, облачный вал был прямо над ТРЦ, а потом обрушился удар, ветер рванул деревья, ломая ветки, через секунду упали первые крупные капли, а ещё через несколько секунд плотная стена воды накрыла город, резко снижая видимость.
Шло время, за окном продолжал поливать ливень, а через какое-то время раздался стук, который перерос в сильный шум. Дождь сменился градом, градины размером с перепелиное яйцо устилали землю, я снова подошёл к окну – потоки воды лились реками по асфальту, неся лёд, который накапливался на газонах, обернувшись, я не увидел Вику. Куда её понесло? Я посмотрел за углом – никого. Странно, что НИКОГО, этаж ТРЦ был пустым. Взгляд упал на настенные часы, секундная стрелка замерла на мгновение, а затем, пошла в обратную сторону.
«Надо стоять у окна» здесь больше света. Никуда не надо бежать»
- Вика! – проорал я, но ответом было «Криииии», «крииииии», будто скрежет гвоздём по стеклу, он резал барабанные перепонки. «Шлёп-шлёп-шлёп-шлёп» - звук мокрых босых ног по линолеуму.
«Зеркала, зеркала не отражают иллюзию» только вот зеркальных витрин тут не было. В углу тьма начала сгущаться, выдавливая оттуда свет, концентрируясь у пола, а затем из этого сгустка выросла чёрная фигура, которая начала принимать очертания женщины, она будто детализовалась, на лице появилось два выпученных, красных от полопавшихся капилляров глаза, лицо приобрело синюшный цвет, одновременно появилась бордовая борозда на шее, с которой свисал обрывок верёвки. Эта тварь медленно пошла в мою сторону.
- Ви-ка. – еле выдавил я из себя.
Голова призрака дернулась и наклонилась в сторону под неестественным углом. Соль. Я достал пакетик из кармана, но руки тряслись так, что я уронил его на пол. А это оказалось прямо передо мной. Она будто телепортировалась.
«В больничной палате тело Данилки изогнулось дугой, а потом начало дёргаться. Приборы запищали, сообщая о критическом падении артериального давления и аритмии, уже через двадцать секунд возле кровати ребёнка работала медбригада. Лампочки в палате начали странно светится, сперва набрав яркость, затем потускнели над кроватью мальчика, зато в других местах палаты светились в полную силу и даже превышая её, предметы отбрасывали странные тени, которые перетекали, двигались, экран кардиомонитора вырубился, по телу мальчика шла конвульсия за конвульсией, а затем… Всё прекратилось. Лампочки засветились как обычно, ребёнок расслабился, и, врач, проверив рукой пульс на сонной артерии, почувствовал, что ритм сердца приходит в норму. Странный приступ эпилепсии миновал. Посмотрел на приборы – кардиомонитор сгорел»
Приложив усилие, я развернулся, чтобы побежать, но упёрся в онрё взглядом, она оказалась за моей спиной. Хрррэ, хррейэйэ» - хрипы заполняли мою голову.
Я ощутил ледяной холод от этого существа, оно схватило меня руками. Удар-Удар-удар. Я видел всё звезды без телескопа. Не понял, как я оказался на полу. Встретился взглядом с разошедшимися в разные стороны глазами жуткого призрака. «Хрррэрэххрррэээрххррррэ» – стояло у меня в ушах: «Это конец» - пронеслось в голове. А потом меня будто накрыла волна шума.
- Парень, что случилось – мужчина потащил меня к скамейке, усадил. Я осознал, что у меня сломана рука, она была под неестественным углом, и возможно, рёбра, было больно дышать. Кругом были люди, подошла ещё женщина, протянула бутылку с водой. Я попытался встать, но от дикой боли в ноге перехватило дыхание, и я сел. В голове стучало: «Призрак…исчез. Иллюзии растаяли. Он закрыл ящик… Пандоры»
Со стороны лифта ТРЦ раздался женский крик. Вику обнаружили там. С остекленевшими глазами, отсутствующим взглядом уставившуюся в одну точку. Когда её нашли, Вика едва дышала, находясь в состоянии глубокого шока.
«Николай, обхватив голову руками, сел прямо в глубокую дождевую лужу, он действовал как в тумане, он не всё помнил, что происходило, но, кажется, он пытался задушить сына. Димку. И, кажется, он с кем-то дрался. На его лице расплывались гематомы. Он не понимал, что происходит, он был будто сам не свой. Как марионетка»
***
Сергей
Сергей спустился на эскалаторе на первый этаж ТРЦ, выйдя на улицу, и увидев свинцовую туче с белесой за ней пеленой, побежал на трамвайную остановку. Трамвай – самый безопасный транспорт. Практически исключено столкновение с чем-либо.
Когда Сергей добрался до микрорайона, с неба уже лилась стена воды: «Дождичек, дождичек – это хорошо». Ветер дул с такой силой, что пригибал деревья, но Сергей упорно шёл максимально быстрым шагом по глубоким лужам к своему дому, к гаражу, отомкнув который, он добежал до угла и взял две стоящие там канистры с бензином. Одна была полная, вторая заполнена на две трети, выбежал из гаража он в тот момент, когда дождь сменился градом, пригибаясь, он, сопротивляясь порывам шквального ветра, дошёл до подъезда и открыл дверь.
Сергей решил идти пешком. Пролёт, ещё пролёт, ещё пролёт… ещё пролёт. Снизу раздался скрежет и появился силуэт с бледным лицом, который дёрганной походкой, хватаясь руками за перила, начал подниматься по лестнице.
Квартира 60. Сергей, ожидая, что замок заест и дверь не откроется, сунул ключ и повернул, но ключ провернулся, раз, второй. Замок открылся, Сергей отомкнул второй замок, и прошёл в квартиру. «Всех, кто сюда входит – ногами вперёд выносят» - вспомнил он свои собственные слова и сказал громко вслух: «Хрен тебе!»
Открутив крышки канистр, он начал щедро заливать квартиру бензином. «ххррхрррээй»
- Хрен тебе. - Сергей, вылив весь бензин и бросив канистры у порога, дёрнул засов входной двери – бесполезно, приложил все силы – бесполезно. Железную входную дверь не выломать.
«Криииии» раздалось со стороны окна.
«Шлёп, шлёп, шлёп, шлёп» - шаги мокрыми босыми ногами со стороны из ванной. Оно шло сюда
- Ладно. – Сергей окинул взглядом квартиру. Канистры на полу, разлитый бензин и достал из кармана зажигалку: - Ты никого не заберёшь.
Прямо перед ним с потолка спускалась вниз головой жуткая фигура с посиневшим лицом, свисающими волосами, выпученными закатившимися глазами. Тут и там на потолке начали появляться пятна сырости, по стене пробежала струйка воды.
- Тебя нет. – Сергей чиркнул колёсиком зажигалки, высеклись искры. – Ты – ничто.
Снова щелчок и искры. Ещё щелчок, ещё.
- Без этого места ты не существуешь. – из зажигалки вырвался язычок пламени, и Сергей поднёс огонь к луже на полу – Фигура с потолка, резко удлиняясь, кинулась на Сергея вцепившись мокрыми, склизкими руками в горло, но бензин уже вспыхнул, пламя рванулось во всю стороны, пожирая квартиру. Сергей и призрак смотрели друг друга в глаза, - Сергей чувствовал, что не может пошевелиться, а огонь заполнял пространство. «хххррхрхрхрррхрхрхрхрхррхрх. Йээээйээххрххр» раздались хрипы и скрежет, квартира наполнилась звуками под рёв пламени. В какой-то момент давление на горло исчезло. Дым разъедал глаза, лёгкие. Огонь и дым были повсюду.
Пламя уничтожало, переваривало гнездо призрака, сжигало точку начала спирали, становясь для него погребальным костром.
Эпилог:
Квартира №60 выгорела полностью, не осталось ничего, кроме голых стен, огонь перекинулся и на квартиры по соседству и на этаж выше. Ураган, начавший стихать вскоре после возгорания в квартире, не стал препятствием для распространения огня, из-за вызванного им наводнения в городе, пожарные расчёты не смогли оперативно добраться до дома и устранить пожар. В новостях передали об одном погибшем в том пожаре, больше жертв не было.
После ликвидации пожара, при последующем осмотре дома, дабы дать оценку его состоянию, в подвале было найдено тело Владимира, как было позднее установлено, скончавшегося от острой сердечной аритмии, а также разложившееся тело подростка. Экспертиза установила, что это пропавший без вести полгода назад ребёнок, проживавший в этом доме.
Дом был признан аварийным и определён под расселение и снос.
Новость отредактировал Летяга - Сегодня, 10:02
Причина: Стилистика автора сохранена
Ключевые слова: Спираль ненависть злоба смерть призраки онрё японские ужасы ящик Пандоры переезд заброшенный этаж вода ливень потоки одержимость авторская история