Счастливого Рождества

С неба медленно падали хлопья снега, покрывая дороги, машины и людей. Брайан стоял, наблюдая за происходящим из окна своего дома.
- Сегодня уже воскресенье! – прошептал он, глубоко вздыхая, немного вытаскивая руки из карманов при вздохе.
В коридоре послышались негромкие шаги, и дочка Лидия, подбегая, прыгнула на Брайана, а он тем временем взял ее на руки и тихонько ударил ее по носу указательным пальцем. Она на мгновение прикрыла глаза, а после начала говорить:
- Папочка, а папочка… Мама сказала, что пора зажигать свечи, потому что сегодня последнее воскресенье «Адвента» - Рождественского поста.
- Я знаю. Тогда пошли, – подмигивая, сказал он. Широко улыбаясь, они направились в комнату, где находился венок с четырьмя свечами. Брайан медленно поставил дочку на пол и взял спички, которые лежали рядом.
- Ну, вот и все, – тряхнув рукой, он тем самым затушил горящую спичку. – А теперь на ярмарку за сладостями! – радостно крикнул он, после чего дочка Лидия и сын Леон с радостными воплями начали прыгать от счастья, держась за руки.
- Все, хватит, идите одеваться, – потрепав волосы сына, сказала Виктория - жена Брайана и мать детей.
- А ты чего, в домашнем халате пойдешь? - слегка хихикнул Брайан.
- Да тоже сейчас пойду одеваться, – сказала она и пошла в комнату, по дороге развязывая пояс на халате. Брайан последовал за ней в комнату. Красный бюстгальтер с кружевами и такие же трусики. Если бы не обещание детям, то он точно затащил бы ее в постель, расслабились бы, как в молодости. Около минуты он внимательно смотрел на роскошную фигуру жены, пока не вспомнил, что ему необходимо переодеться.
Спустя некоторое время они уже стояли около дверей. Брайан помогал дочке надеть розовую шапочку с большим помпоном, сын завязывал шнурки, Виктория нервно топала ногой.
- Не нервничай, зай, – вежливо попросил Брайан.
- Ладно, – сухо ответила Виктория.
Брайан уже завязал шапку.
– Пойдемте!
Лидия, слегка повиснув на ручке коричневой лакированной двери, тем самым заставила ее открыться. Эта ярмарка находилась за углом, на улице Грабен. Не успели они выйти на улицу, как уже были слышны крики продавцов в ларьках: «Подходи, не жалей рублей, покупай леденцы и пряничные изделия! Каштаны, жареные каштаны!» За углом появилась большой длины очередь у ларьков, украшенных новогодними лентами. Около магазинчика, в котором продавали жареные каштаны, была слышна музыка из граммофона, который висел на столбе, но она играла тихо. Их семья уже накупила сладостей, но идти домой не было желания. Прелестная погода, снег медленно падал и создавал тем самым красивый вид.
- Может, нам в ратушу сходить? – спросила Виктория, улыбнувшись и вытянув свою руку вперед, наблюдая, как снежинки падали на ладонь и вмиг таяли.
- А что там? – озабочено посмотрел Брайан на жену, сводя брови в середину лба.
- Там же… кукольное представление, – расстроено ответила она и показала глазами на детей.
- Ну, хорошо… Пошлите, все равно сегодня последний день. Неплохо было бы детям посмотреть кукольное представление, – глубоко вздохнул он, перенося взгляд то на Лидию, то на Лиона. Дочь смотрела на него таким взглядом, что было сложно отказать, а сын стоял возле Виктории, он любил маму больше, чем отца.
Пожилая женщина в растрепанном пуховике, из которого торчал пух, а карманы и вовсе были оторваны, это было видно по ниткам, которые остаются, когда отрывают карманы, сильно вцепилась в куртку Брайана. Ее губы дрожали. Глаза были большие. Казалось, что она наркоманка. На щеках был румянец, хоть на улице и тепло, но ее румянец был слегка похож на то, что она обморозила щеки.
- Christmas damn, damn Christmas... Viisi nimiä, jotka ovat joutuneet pahan veli Santo, – говорила она на непонятном языке, из ее уст он был таким страшным, что у мужчины выступил пот, она говорила и то пододвигала свое лицо близко к Брайану, выпучивая глаза, то отодвигалась, но сжимала его куртку у себя в руке.
– Леон, Нико, Дэвид, Лаура, Эмили, – было удивительно, почему она не могла сказать прошлое предложение на нормальном языке, который понимал бы Брайан. Она злобно его оттолкнула и побрела вдоль тропинки перед ларьками, оставляя огромные следы от ботинок.
- Женщина, что вы имели в виду? – крикнул Брайан вдогонку незнакомке. А она даже не обернулась, побежав прочь. Он смотрел, как она все отдаляется от него, открыв рот.
- Все, пошли в ратушу, – грубо сказала Виктория, ей явно что-то не понравилось.
После просмотра они зашли в магазин, чтобы приобрести продуктов, ведь сегодня к ним приедут все родственники, чтобы отпраздновать Рождество и обменяться подарками, но Брайана волновали слова женщины, ведь она сказала имя его сына, а может, и нет.
Запахи, исходящие из кухни, были превосходны, они могли любого довести до того, что у него слюнки бы потекли. Брайан и Леон сидели и играли в «Mortal combat», как он ни пытался поддаваться, сын все равно проигрывал. Леон на это очень злился, он очень сильно нажимал на кнопки джостика.
Звонок в дверь.
Брайан положил джостик на край дивана и, кряхтя, встал с пола на ноги, вразвалочку двигаясь из комнаты, потому что ноги затекли. На пороге стояли Елена и ее муж Ник со своими детьми Диком и Дейвом.
«О, нет… опять эти пакостные дети. На этот раз, надеюсь, они не сожгут нашу мебель, а то в тот раз они кресло подожгли, после них его только на свалку выкинуть можно было», - подумал злобно Брайан.
Радостная Елена обняла его.
- Брайан, здоров, брат, как поживаешь? - Ник скинул лямку сумки с плеча и поставил ее на тумбочку для обуви.
- Да нормально, а я смотрю, ты все такой же любитель пива? – сказал Брайан, кидая взгляд на большой пивной живот Ника.
- Да, но он никому не мешает! – сказал он, стуча ладонью по своему «бочонку». – Ииии эээх! – вскрикнул он, ударяя Елену по «мягкому месту». Она на это только смущенно посмеялась.
- Привет, Дик, привет, Дейв, – пытаясь улыбнуться, Брайан поприветствовал детей. Дик, как всегда, скрутил губы трубочкой и молчал, а вот Дейв сказал: «Привет» и улыбнулся. Такую улыбку можно было увидеть только у Джокера. Она намекала на то, что у мальчика с психикой не все в порядоке.
- Ладно, пошли… те! Стол почти накрыт! – говорил Брайан, помогая снять Елене пальто и искоса глядя на Дейва.
«Лучше следить за ним, а то, не дай бог, всадит нож мне под ребро, от этих всего можно ожидать», - думал он.
- Леон! Леон! – крикнул Брайан.
- Да, что?
- Иди сюда, к тебе Дик и Дейв приехали! – крикнул он, чтобы явно не обрадовать сына. Ведь эти маленькие дьяволы все время издевались над ним: то игрушки рвали, то били его, а Ник только говорил: «Неправильный бросок, через себя кидай» или «Пусть дети играют, мы тоже так играли», когда Брайан был против этого. Леон, раскачиваясь, шел с «кислой» гримасой. Он спустился и протянул руку, чтобы поздороваться.
- Привет! – в унисон сказали оба брата, плюнув на руку. Леон отдернул руку и, развернувшись, ушел в гостиную, где стоял накрытый стол с сазаном и пряная выпечка: ванильные «подковки», венские рогатульки, марципановый штоллен и всеми любимый яблочный штрудель. Лидия несла маленькую коробочку, в которой лежали орехи и мелкие печенья, завернутые в фольгу, это было сделано для того, чтобы после повесить их на елку, как елочные игрушки.
- Принесите еще коробочку! – сказала Виктория, между тем обнимая Елену и целуя ее в обе щеки.
- Хорошо, мам! – вызвался добровольцем Леон. На его лице появилась незначительная улыбка. Дик и Дейв переглянулись и, хихикнув, пошли за ним.
Леон приоткрыл двери в свою комнату, ведь именно в ней его мама оставила коробку. Он взял коробку, но, когда попытался развернуться и идти, натолкнулся на Дейва и чуть не упал от столкновения. Дик взял его любимую игрушку и начал дразнить его. Леон поставил коробку на пол и начал забирать у него игрушку. В итоге все это закончилось очень банально: они порвали ее на две части. Дик толкнул Леона, дети взяли коробку с орехами и печеньем, перемотанные фольгой, и, смеясь на весь дом, побежали в гостиную.
- Ненавижу этих… и ненавижу Рождество, – со слезами на глазах сказал Леон и, поднимая окно, выкинул две части игрушки на улицу. После с разбегу упал на кровать и начал реветь.
Он задремал, посапывая, а слезы все еще текли, но это были, видимо, последние. Разбудил его только отец, когда звал за стол. Они тем временем украсили елку, а его не позвали, потому что Дейв сказал, что он не хочет идти украшать елку, а отец понимал, почему так. Вечер прошел хорошо, многие родственники не смогли приехать, но это не испортило праздник.
Ночью поднялась сильная буря. Стекла дребезжали, словно сейчас вылетят из рам, покрываясь коркой льда. Никто этого не слышал, все спали спокойно.
Наутро обнаружили, что Леон пропал. В его комнату попасть было невозможно. Родители решили попасть в комнату через окно. Всех повергло в шок увиденное: в его комнате было вырвано окно, не просто вырвано, а с клочком стены, словно стену выломали экскаватором. Окно было откинуто на пару метров от дома. Брайан и Ник поставили лестницу и по ней попали в дом. Стена, где находилась дверь, была в толстом слою льда.
- Видимо, из-за этого мы не смогли открыть дверь, – показал пальцем Ник, его рука тряслась, густые брови были нахмурены.
- Это что еще такое? – сказал Брайан, притрагиваясь ко льду рукой, но после резко отдернув ее. Брайан кричал, смотря на руку. Она посинела и быстро обморозилась.
- Все, Брайан, пошли отсюда! – Ник попытался подойти и схватить его, но наступил на орех из металла и, упав на спину, выдохнул из себя воздух, было настолько больно, что он перевернулся на бок, а затем на живот, попытался встать хотя бы на колени, но вдруг замер. На ковре были огромные следы от раздвоенных копыт, они были настолько вдавлены в пол, что казалось, словно это существо было весом в полтонны. Ник встал, и вместе с Брайаном они пошли в сторону лестницы. Они оба с трудом слезли.
Виктория быстро побежала в дом, а остальные медленно пошли. Рука Брайана уже покрылась волдырями, что означало вторую степень обморожения. При входе в дом Виктория быстро дала сухую тряпку, чтобы скорость отогревания уменьшилась, ведь от того, что рука быстро отогреется, будет только хуже. Все прошли в дом и думали, что делать дальше. И вот только тогда Ник рассказал об этих следах в комнате.
- Старуха! – выкрикнул Брайан.
- Какая старуха? Ты бредишь? – крутя пальцем около виска, говорил Ник.
- Старуха с ярмарки, они говорила про это, но на каком-то для меня незнакомом языке.
- Так надо найти ее! – подрываясь с дивана и округляя глаза, сказал Ник.
Брайан тоже поднялся на ноги, и они оба, несмотря на все, устремились к двери. Виктория пыталась пойти с ними, но они сказали, что они пойдут одни. На улице тем временем началась небольшая пурга.
Они решили проверить одно место, там очень часто бывают бедные люди, может, удача будет на их стороне.
Спустя некоторое время они были около старого заброшенного дома. Они толкнули дверь, которая с ужасным скрипом открылась. Ничего удивительного. Старая мебель, возможно, со свалки. Железная бочка, в которой все еще догорало пламя. В углу на кресле кто-то сидел, это была та женщина, но вид ее был ужасен: глаза ее были такие, словно она увидела призрака. Она была покрыта небольшой коркой льда, что удивляло наших героев рассказа, и они невольно открывали рот. Также у этой женщины на шее были следы удушения, не руками, а чем-то другим, потому что кожа была стерта до крови. По трупу можно было сказать, что перед тем, как удушить, ее били. Внутреннее кровотечение, еще была кровь изо рта и ушей. Брайан и Ник уже собирались уходить, как откуда-то послышался жуткий смех. Не было видно ничего, потому что света от бочки, в которой горел огонь, не хватало, чтобы осветить всю комнату, и это нагоняло больше ужаса. Они ожидали, что из темноты выбежит псих с ножом или топором в руках. В свете огня показалась кукла. Щелкунчик, разрисованный, как клоун, держал нож в руках. Его рот был широко открыт, как у зомби. Высота куклы была около метра. Она, продолжая страшно смеяться, двинулась на них. Кукла прыгнула на Брайана, у него неожиданно сработала реакция, он закинул ее в бочку с огнем, но кукла уже успела вонзить нож ему в руку. Его крики явно услышали все люди города. Брайан загнулся от боли, словно какая-нибудь дамочка хорошенько дала ему каблуком в пах. Ник резко подбежал и закрыл ему рот своей рукой.
- Так, сейчас ты заткнешься, а я попытаюсь его вытащить! – тихо произносил слова Ник, чуть ли не шепотом. Когда Брайан помахал головой, мол, хорошо его понял, Ник убрал руку.
- Итак, на счет три я его выдерну! Раз, два…
- Блин, ты сказал, что на счет три, а не на два! – орал Брайан, его глаза стали мокрыми и блестели в свете от огня.
В ответ он только увидел ухмылку брата. В этой комнате снова раздался смех, но он немного отличался от того, что был раньше. Над головами Брайана и Ника раздался тяжелый взмах крыльев, как у тетерева при взлете. Деревянная дверь резко открылась. Два брата невольно переглянулись и побежали к дверям. Нечто большое, похожее на уродливую игрушку, летело в воздухе. Первые метры полета, которые видели Брайан и Ник, были неудачны. Она падала, как подбитая птица, а потом вновь взмывала в воздух. Братья бежали за ней до самого леса, ноги невыносимо болели, в боку частенько покалывало, но они все бежали и не собирались останавливаться. Они считали, что игрушка приведет их к правде. Так и было.
В лесу они начали утопать в снегу, который был им выше колен. Брайан уже не обращал внимания на обмороженную руку, а просто смотрел вперед, чтобы не потерять из виду это существо, похожее на игрушку. За его спиной слышалось тяжелое дыхание Ника, который так же пытался пробраться через этот снег. Птица села на плечо какому-то огромному существу, который не тонул в снегу, видимо, потому что он там был уже не такой глубокий. В его волосатых лапах лежал синеватого цвета лица Леон. Они выбрались из этого снега, который напоминал зыбучие пески. У существа были сани, как у Санта Клауса, но в упряжке были далеко не милые рогатые олени, а волосатые козлы с огромными рогам. Да и существо, которое тащило Леона, не отличалось от них, разве только большими размерами. На холодном снегу лежали четверо детей, потом к ним кинули Леона, который после перевалился на другой бок. Брайан бежал и оскорблял существо разными некультурными словами. Раздался громкий рык существа, после которого на улице поднялась пурга. Ничего не было видно в пределах метра. Пурга сопровождалась морозом около - 45 градусов. Тела главных героев очень быстро начали замерзать. Последним, что они услышали, был удар хлыста - громкий звук цепей, как в фильмах про пытки.
Леона никто больше не видел. Брайана и Ника нашли весной лесники. Спустя месяц Виктория умерла от сердечного приступа, хоть и никогда не жаловалась на сердце, а Елена наелась таблеток и погибла от передозировки. Детей забрали в детский дом.

Новость отредактировал Sunbeam - 30-08-2016, 19:47
30-08-2016, 19:47 by тигр в галстукеПросмотров: 2 062Комментарии: 5
+2

Ключевые слова: Рождество игрушка нечто существо смерть авторская история

Другие, подобные истории:

Комментарии

#1 написал: Hakim Al-Malik
30 августа 2016 21:29
+3
Группа: Посетители
Репутация: (11|0)
Публикаций: 11
Комментариев: 109
Такое ощущение, что одну половину рассказа писал один автор, а вторую другой) Начало тянет на "лучшие истории", а конец хоть в раздел "дурдом" отправляй.
Без оценки.
#2 написал: Gatta_Black
1 сентября 2016 09:05
+1
Группа: Посетители
Репутация: (6|0)
Публикаций: 5
Комментариев: 211
Цитата: Hakim Al-Malik
Такое ощущение, что одну половину рассказа писал один автор, а вторую другой) Начало тянет на "лучшие истории", а конец хоть в раздел "дурдом" отправляй.
Без оценки.

Или просто автор начал писать с вдохновением, а заканчивал через силу.
#3 написал: kapamelka2000
3 сентября 2016 20:37
+1
Группа: Активные Пользователи
Репутация: (329|0)
Публикаций: 3
Комментариев: 106
Удивительным показалось то, что в рассказе про Вену (столицу Австрии) фигурируют американские имена (или американская диаспора там поселилась?). Потом — граммофон (но это можно списать на традиции, хоть я, до упоминания игровой приставки, и затруднялась назвать примерное время, когда эта история могла бы произойти).

«Подходи, не жалей рублей, покупай леденцы и пряничные изделия! Каштаны, жареные каштаны!»
Рубли в Австрии?

Christmas damn, damn Christmas...
По-английски в Вене говорили все, кому не лень, даже финны.

Да и существо, которое тащило Леона, не отличалось от них, разве только большими размерами.
Фраза очень «корявая».

И да, не «пошлите», а «пойдемте».

Мне все же показалось, что Автор хотел обыграть финского «Рождественского Козла»:

Википедия: «Йоулупукки (фин. Joulupukki) — в поздней финской традиции — Рождественский дед, который дарит подарки детям на Рождество Христово. Исторически сложилось так, что слово является омонимом финского языка, Йоулупукки в дословном переводе с финского также означает «Рождественский козёл». Последний изображается в виде соломенного козла и также сопровождает рождественские праздники. Традиция мало отличается от аналогичной в других скандинавских странах.

Сейчас Йоулупукки выглядит как привычный всем Санта-Клаус с белой бородой, в красной шубе и шапке, хоть и сохраняет некоторые национальные особенности. Но ещё в XIX веке его изображали в козлиной шкуре и иногда даже с маленькими рожками.»


Отсюда же и копыта, и финальная сцена. Насчет «пятерых братьев Санты» — затрудняюсь что-либо сказать, не знаю. Но думаю, что ту «финскую» фразу лучше было бы продублировать в рассказе по-русски.

Все равно за старание — плюс.
  
#4 написал: Эвиллс
3 сентября 2016 20:51
0
Группа: Авторы
Репутация: (1462|2)
Публикаций: 87
Комментариев: 2 612
Рогатый Дед Мороз с копытами размахивающий цепями и хлыстами! За это плюс! +
          
#5 написал: тигр в галстуке
5 сентября 2016 14:56
0
Группа: Посетители
Репутация: (12|0)
Публикаций: 16
Комментариев: 29
Цитата: kapamelka2000
Удивительным показалось то, что в рассказе про Вену (столицу Австрии) фигурируют американские имена (или американская диаспора там поселилась?). Потом — граммофон (но это можно списать на традиции, хоть я, до упоминания игровой приставки, и затруднялась назвать примерное время, когда эта история могла бы произойти).

«Подходи, не жалей рублей, покупай леденцы и пряничные изделия! Каштаны, жареные каштаны!»
Рубли в Австрии?

Christmas damn, damn Christmas...
По-английски в Вене говорили все, кому не лень, даже финны.

Да и существо, которое тащило Леона, не отличалось от них, разве только большими размерами.
Фраза очень «корявая».

И да, не «пошлите», а «пойдемте».

Мне все же показалось, что Автор хотел обыграть финского «Рождественского Козла»:

Википедия: «Йоулупукки (фин. Joulupukki) — в поздней финской традиции — Рождественский дед, который дарит подарки детям на Рождество Христово. Исторически сложилось так, что слово является омонимом финского языка, Йоулупукки в дословном переводе с финского также означает «Рождественский козёл». Последний изображается в виде соломенного козла и также сопровождает рождественские праздники. Традиция мало отличается от аналогичной в других скандинавских странах.

Сейчас Йоулупукки выглядит как привычный всем Санта-Клаус с белой бородой, в красной шубе и шапке, хоть и сохраняет некоторые национальные особенности. Но ещё в XIX веке его изображали в козлиной шкуре и иногда даже с маленькими рожками.»


Отсюда же и копыта, и финальная сцена. Насчет «пятерых братьев Санты» — затрудняюсь что-либо сказать, не знаю. Но думаю, что ту «финскую» фразу лучше было бы продублировать в рассказе по-русски.

Все равно за старание — плюс.

Спасибо, я сильно не знаю, что да как в вене, захотел историю написать разузнал маленько и написал, не думал, что тут будут настоль начитанные или проживающие там люди

Цитата: Эвиллс
Рогатый Дед Мороз с копытами размахивающий цепями и хлыстами! За это плюс! +

Спасибо

Hakim Al-Malik, Gatta_Black ну вот такой я странный
Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.