Тьма
«Тьма может тебя поглотить»За окном наступали серые летние сумерки, солнце уже давно скрылось за крышей дома, стоящего по диагонали от дома, в котором жил я. «Не солнце скрылось, а Земля повернулась. К чёрту астрономию» - Я включил лампу и осмотрел комнату критическим взглядом. «Бардак» - так зовёт её отец. «Бомж-хата» - так называет старший брат.
«В моём бардаке всегда порядок», - подумал я, задвигая стопку газет «Аномальные новости» в тумбочку, куда они решительно отказывались задвигаться по причине просто невероятного количества. Пришлось приложить немного усилий, чтобы как-то их там притаранить и закрыть дверцу, после чего я открыл окно, впуская вечернюю духоту в комнату, и устроился на диване, созерцая обои на стене. Телом я был в комнате, но мыслями я был далеко, в голове прокручивались события месячной давности.
«Я хотел отметить своё последнее свободное лето перед девятым классом чем-нибудь запоминающимся. Ибо потом свобода мне будет только снится: экзамены, решение вопроса о поступлении в колледж или продолжения учёбы в школе. Отметил. Дальше уже просто некуда. Решил сходить, на ночь глядя, на давно заброшенное кладбище, расположенное в полях, далеко за городом, у полузаброшенных деревень. Сходил. Да так, что теперь до конца жизни, наверное, будет сниться всё это дерьмо. Ночью я экстренно убегал от кого-то на этом кладбище, не знаю, правда, от кого. Там кто-то был. Или это моё воображение? Да нет, там точно кто-то был. Затем, преодолев забор с пиками, я с этого кладбища, таки сбежал. До утра сидел у поваленного дерева, боясь отклеиться от него спиной. Казалось, что стоит только оторваться мне спиной от ствола, как между мной и деревом кто-то материализуется. И этот кто-то – Тьма».
Я поднялся, и включил люстру в комнате: «так-то лучше»
«…а потом я, почти до предвечернего времени сидел на яблоне, с разорванной ногой, куда меня загнала стая вторично одичавших собак. На сорокаградусной жаре»
Я поднял руку к свету и увидел, что волосы на моей руке встали дыбом. В самом что ни на есть прямом смысле. Провёл рукой по вспотевшему лицу: «Если бы можно было установить в комнате прожектор – он бы уже стоял». Я чувствовал, как сердце ускорило бег, одна мысль о том, что произошло месяц назад заставляла пульс несколько подскакивать, а волосы… Я уже проделывал этот эксперимент и каждый раз с одним и тем же итогом – стоило только вспомнить события тех жутких суток, так всегда волосы на руках вставали дыбом. На голове – нет. Проверял.
«Полиция нашла меня случайно. Я сказал родителям, что пошёл к бабушке, но вместо этого я пошёл на то самое заброшенное кладбище, а у бабушки давно барахлил дверной замок и, в тот вечер, он вообще решил накрыться медным тазом, бабушка позвонила моему отцу… Вот тут и вскрылось, что меня там совсем не было. Отец многократно пытался мне позвонить, но всё безрезультатно. Ну, правильно, я же уже был вне зоны покрытия сети. Эта сеть вообще как-то странно покрывает. В одном месте ловит, через пятьсот метров уже нет, а ещё через пятьсот снова ловит. Из дома я никогда не сбегал, к одиннадцати вечера всегда возвращался. Родители обратились в полицию. Как ни странно, поиски организовали довольно быстро. Короче, пока я шарахался по старому кладбищу, убегая от собственных страхов. А страхов ли? Здесь, в городе, всех уже на уши поставили»
Я лёг на диван, вытянув ноги. Нет, собак тех самых я ни в чём не винил, я для них – ходячий сочный гамбургер. «Стоп» - в голове будто загорелся стоп-сигнал: «Нет хищников, которые специализируются на охоте на людей. Ну, леопарды могут охотиться. Вот реально демоны ночи. Из плоти и крови. Но, всё равно, люди – не основная часть их рациона. Ты же знаешь из биологии»
- Собаки не едят людей. – сказал я вслух: «Но именно это они с тобой пытались сделать. Они не защищали территорию, они охотились. На тебя. На меня. Они несколько часов сидели под деревом, ожидая, пока ты свалишься. И ты сам прекрасно это понимал в тот момент» – это уже думал про себя.
Я, оторвав пятую точку от дивана и, прихрамывая на правую ногу, прошёлся до компьютера, запустив его и выйдя в интернет набрал в поиске: «Едят ли вторично одичавшие собаки людей?»
Просидев в интернете почти час и перелопатив кучу статей, я пришёл к выводу, что нет. Не едят. Были лишь единичные случаи нападения динго в Австралии на детей с последующим поеданием тел, а также единичные подобные случаи в Юго-Восточной Азии, в частности в Бангладеш. Я и сам знал из биологии, что хищники защищают территорию. «Тебя они сожрать хотели»
- Возможно. - ответил я своим мыслям и передислоцировался на диван. Компьютер через двадцать минут погас, переходя в режим сна. Стрелки часов отмеряли секунды, минуты, медленно приближаясь к полуночи. «Пять минут – это много или мало? Смотря, с какой стороны туалетной двери ты находишься» - вспомнилась мне старая шутка. «Когда ты сидишь на полусухой яблоне с рваной раной на ноге и неостанавливающимся кровотечением, а солнце тебя медленно поджаривает, пять минут – это чертовски много. Это может быть грань между…»
«Я вспомнил, свой разговор со старшим братом, мне тогда было лет двенадцать, и я, начитавшись про всевозможных ядовитых пауков и змей Австралии спросил его: «Блин, как там люди живут, если в твой дом может заползти тигровая змея, в твой тапок – ядовитый паук, а в твоём бассейне может оказаться гребнистый крокодил. На что брат ответил: «Да спокойно они живут и не парятся. Ты никогда не задумывался сколько раз в день ты можешь сдохнуть? От банального подавился колбасой за завтраком, до встречи с неадекватным наркоманом, который вместо тебя видит чёрта с рогами. Да мы стопятьсот раз за день можем помереть, мы просто об этом не думаем. Не паримся. Так вот и они не парятся»
- За пять минут можно помереть раз сто, наверно. – сказал я вслух, и мысленно посчитав «раз, два…» на счёт «три» встал и выключил свет.
Тьма обрушилась на меня и окутала словно паук своей паутиной, она была почти осязаемой. «Скорее бы добраться до дивана» - споткнувшись обо что-то по дороге «у меня же бомж-хата» я нырнул под простыню. «Вот. Так лучше» - глаза начали привыкать к темноте: шкаф, стол, силуэт окна. И ещё был страх. Я не мог назвать кого или чего я боюсь. Если бы меня попросили бы назвать, что вызывает страх, я бы ответил «Тьма». Этакая олицетворённая тьма. Я закрыл глаза и отвернулся от двери комнаты. Страх темноты преследовал меня с десяти лет, возможно, он был и раньше, но именно в десять лет, лёжа в этой самой комнате, я кое-что увидел. Я так же лежал, смотрел в стену, в комнату вошёл отец, и я ещё успел подумать: «Хорошо, что папа тут», но он исчез. По частям, сначала ноги, потом руки и туловище и у окна исчезла голова». Не обмочился со страху я тогда, разве что, чудом. Я не орал, никуда не бежал, я окаменел будто. А потом сразу утро, как будто фрагмент фильма вырезали при монтаже.
Мои родители уверяли, что это был сон, брат отреагировал иначе, пожав плечами, сказал: «Бывает. Иногда случаются некоторые странности, но от этого не умирают». Я же был уверен, что всё это было абсолютно реально, я видел призрака. Чуть позже, находясь в гостях у своей крёстной, и увидев среди книг её сына книгу «Монстры, привидения, НЛО», я открыл её и в разделе про призраков прочитал, что бывают призраки не только мёртвых, но и живых – двойники. С одной стороны я начал увлекаться всем мистическим, с другой – страх стал усиливаться, и вскоре вырос до такой степени, что, моясь в ванной, будучи один в квартире, даже днём, оставлял открытой настежь дверь.
В голову пришла мысль: «А почему ты подумал тогда: «хорошо, что папа тут»? Значит, уже тогда были какие-то страхи? Возможно, не знаю». Незаметно для себя заснул.
«Я прижимался спиной к ограде, увенчанной острыми пиками, а из провалившейся могилы выбирался полусгнивший труп, в лохмотьях одежды с часами в руке. Я покрылся испариной, а мертвец протягивал руку ко мне, и тут у меня за спиной раздаётся рычание…»
Я проснулся от того, что резко дёрнулся на диване. «Чёрт» - я провёл обеими руками по лицу. «Кошмар, просто кошмар приснился». Было жаль часы, которые я потерял в ту ночь на заброшенном кладбище, бегая по нему кругами от… «От своих собственных глюков» - я усмехнулся, встал, и пошёл на кухню пить кофе и завтракать. Родители уже были на работе.
***
Я шёл про асфальтированной пешеходной улице по обеим сторонам которой росли вязы. «Вот и улица Вязов. Теперь не уснуть бы» - подумалось мне. Книжка «Кошмар на улице Вязов» так вообще жуть, когда фильм смотрел, даже расстроился, книжка, написанная по фильму, оказалась гораздо страшнее самого фильма. И вот теперь я снова шёл в книжный магазин за очередной книгой ужасов.
Несмотря на то, что была уже вторая половина августа, и тропические ночи прекратились, в полдень жара поднималась за тридцать, так, что воздух дрожал над асфальтовым покрытием, а городским службам по благоустройству приходилось поливать цветочные клумбы из шланга, иначе, кирдык цветам. Вон, кстати, и поливалка стоит, пока шёл, и смотрел по сторонам, вспомнил ещё кое-что, рассказ брата. Брат тоже встречался с нечто, с тем, что я называю Тьмой.
«Это было прошлым летом. В тот день я с братом отправился в лог, туда, где древние известковые породы вышли на поверхность, чтобы поискать окаменелости. Мы живём на дне древнего океана, и в каменной породе можно найти окаменевших гребешков и другую океанскую живность.
Брат, обычно всегда что-то рассказывающий и травящий анекдоты в этот день молчал, но по всему его виду видно было, что он хочет что-то рассказать и решает, стоит ли или нет. В итоге, решил, что стоит:
- Помнишь, ты рассказывал, что видел что-то в комнате. Тогда, ночью?
- Да, призрак отца. Призрачный двойник.
- Я тоже кое-что видел. – сказал брат: - Когда служил на субмарине. И не только я. Около одного из отсеков у матросов было чувство, что там что-то или кто-то есть. Очень многие из команды чувствовали на себе чей-то взгляд и по одному там старались не ходить. Несколько человек видели какой-то неясный силуэт. И я видел, один раз было. Мы искали, может, кто прикалывается, но там никого не было. Во время одного учебного автономного похода у нас заклинило горизонтальные рули. Ты всё равно не понимаешь, как устроена подводная лодка… Короче. Мы могли погружаться, но не могли всплыть. В какой-то момент мы оказались на критической глубине и в субмарину стала протекать вода, начал мигать свет, мы начали заваливаться на бок. А там есть такие батареи, которые обновляют воздух, превращают как бы углекислый газ обратно в кислород, которым можно дышать. Если вода до них доберётся, то нам всем будет крышка. Один из матросов побежал, чтобы включить систему откачки воды и встретился лицом к лицу… Я не знаю, как это назвать. Он говорил, что это было в тельняшке. И без лица.
- Что значит, без лица? – я малость опешил.
- Ну, будто лицо было смазано. Будто ластиком стёрли. Вот нарисуй лицо карандашом, а потом сотри. Примерно так. Через секунду ЭТО исчезло. Нам удалось починить горизонтальные рули, и мы экстренно всплыли. Но, понимаешь… Подводная лодка – это, по сути, замкнутая бочка. Одни и те же стены, одни и те же рожи, переборки. Когда ты в «автономке» дни идут, а ничего вокруг не меняется. Это влияет на психику, нервы на пределе. Начинаешь терять счёт времени… Замкнутое пространство. Над тобой сотни метров воды и давление. На глубине много странных звуков… Я не знаю. С одной стороны может правда, что было, с другой, может из-за нервов глюки начались, чертовщина мерещится начала. Поэтому я допускаю, что может быть что-то такое, что-то, что мы не можем объяснить.
Брат посмотрел на меня, потом сказал: «Зря я рассказал тебе это, ещё сильнее трястись начнёшь. Но, просто подумал, что тебе, может, стоит знать, что я тоже что-то видел».
После этого резко сменил тему, и мы стали искать тропу, чтобы спуститься лог. В тот день мы нашли несколько отлично сохранившихся ракушек.»
Пройдя мимо центрального автовокзала, я свернул в проулок к книжному магазину, по пути заскочив в бутик часов, но лишь только для того, чтобы убедиться, что они мне не по карману. «Зачем часы, когда есть телефон?» подумалось мне. «Хрен знает. Привык как-то ходить с ними».
В книжном магазине, в разделе художественно литературы, вместе с романами Стивена Кинга мне попалась одна книжка, которая, казалось, попала сюда по ошибке: «Энциклопедия нечистой силы». Минуту поразмышляв, я резко, будто боясь передумать, взял её и отправился на кассу.
День начинал угасать, и между домов пролегли длинные тени, которые залегли за кустами, сгущаясь. «Будто леопарды готовые к прыжку. Леопарды» - моё сознание зацепилось за это слово. «Леопард – это демон ночи. Настоящий кошмар для жителей Индии и близлежащих стран. Леопард-людоед мог терроризировать жителей деревни годами, и его не удавалось убить». Я читал рассказы о том, что едва солнце заходило за край земли, двери в хижинах запирались, жители прислушивались. Кто? Кто следующий? Страх, приходящий с тьмой, становился осязаемым, обретая облик крупной дикой кошки, которая обходила ловушки, расставленные людьми. Жители Индии верят, что колдуны могут превращаться в леопардов.
«А что, если собаки, пытавшиеся меня сожрать, тоже не простые? Ты ведь уже думал об этом? На том заброшенном кладбище, куда ты припёрся, ты был не один. Когда ты шарился среди могил, сзади тебя хрустнула ветка. Помнишь, какой звук был? Будто баранья кость переломилась, нахрен».
Я ускорил шаг, ибо уже сгущались сумерки. Страх темноты никогда не проявлялся на открытом пространстве, только в замкнутом, но сегодня, похоже, был день-исключение, а поток мыслей роящийся, в голове продолжался. «Когда ты стоял у кладбищенской ограды, помнишь, что ты чувствовал? Что сзади кто-то есть, что Тьма наступает, ты чувствовал это прямо за своей спиной, потому и полез на пики, несмотря на угрозу быть пропоротым насквозь. Там кто-то был. В местах, покинутых людьми, поселяются призраки»
Я подошёл к подъезду своего дома уже в густых сумерках, травмированная нога из-за чрезмерно долгой прогулки болела, поэтому решил не идти пешком по лестнице, а ехать на лифте.
Лифт спускался откуда-то сверху, а я косил глаза в сторону лестницы, туда, куда практически не доставал свет от лампочки, горящей над входом в одну из квартир, там…
Двери открылись, я нажал кнопку этажа «быстрее закрывайтесь» двери закрылись, а затем открылись, выпуская меня на своём этаже.
«Ключи, где ключи» - я рылся в рюкзаке, при этом ощущая, что в районе желудка образуется ледяной ком, а сердце куда-то проваливается. «Где, сраные ключи» - взгляд скосился в сторону лестницы, пальцы плясали будто всю ночь крал кур, мне казалось, что там стало темнее, будто тьма сгущалась, вытесняя, поглощая свет. Ещё темнее. Всколыхнулось.
«Ну, нахрен» - я принялся звонить в свою квартиру. Открыла мама, и я, с квадратными глазами, не говоря ни слова, проскользнул в квартиру. Мама закрыла дверь.
Проскользнув в комнату, я сунул купленную книжку в тумбочку, потеснив другие книжки, не в ту, заваленную газетами «Аномальные новости «и «НЛО», а в другую. После чего сел на компьютерное кресло спиной к двери. Взъерошив волосы, я сидел в своём бомжатнике: «Нет, это всего лишь твоя буйная фантазия, она способна даже в ванной крокодила материализовать»
«Вдох-выдох». Дверь в комнату открылась, от чего я вздрогнул всем телом, но это был лишь отец, а не нечто из темноты.
- Всё нормально? – осведомился папа.
- Да. Ага. Всё хорошо. Полный порядок. Жизнь прекрасна и удивительна. За исключением того, что меня чуть не сожрали месяц назад, а в остальном, всё зашибись.
- Мама говорит, что ты напуган был, будто за тобой кто гнался.
- Папа, я темноты напугался, померещилось, что там кто-то есть.
- Послушай меня. – отец сел на диван. – мы с тобой ещё не поговорили на эту тему. Ты солгал что пошёл к бабушке, а сам отправился на заброшенное кладбище. Ты понимаешь, что тебя нашли просто вот чудом. Полиция могла не начать поиски так быстро, они могли бы не найти в твоём бардаке карту, на которой ты отметил место, куда собираешься пойти. Если бы они приехали позже хотя бы на полчаса…
- Меня бы сожрали, папа – перебил я отца.
- Ты совсем головой не думаешь? Дать бы тебе в лоб.
- Пап, последние мозги выбьешь.
- Что у тебя вообще с головой? – отец начинал заводится, хотя, по-видимому, изначально хотел поговорить спокойной.
- Я. Я не знаю. Острых ощущений хотел.
- Ты вообще головой не думаешь! Вообще мозгов нет. В квартире боится, по кладбищам шастает. Звездец! Я думал, ты умнее. – отец встал, и обо что-то споткнувшись на полу, вышел из комнаты, пробормотав ещё что-то про мою бомж-хату.
Вот так, я прямо ждал день за днём, когда ж батя на меня наедет. Вот, наехал. Ну, правильно. Батя не может выговор не сделать.
Включив компьютер, я увидел сообщение в ВКонтакте от своего дружбана – Славки: «Привет, как сам?»
«Не сдох ещё» - подумал я, «только тебя мне сейчас не хватает», но вместо этого написал: - Привет. Да всё нормально».
- Ты так и не рассказал про тот поход ночью.
«Не, ну нахрена ты на ночь глядя об этом помянул?» - я включил лампу. «Надо бы лампочку помощнее ввернуть – света мало»
- А чо рассказывать? – я почувствовал, что начинаю психовать, и отпечатал ему: – Сходи – узнаешь. Только сковороду в штаны засунь, а то с пришитой задницей жить грустно.
Представив, как Славик запихивает в штаны сковороду, я начал тихонько смеяться, закрыв лицо руками: «всё, ку-ку, крыша поехала»
Взглянув на экран, я увидел следующее сообщение:
- Ты пошёл туда привидений искать или я неправильно понял?
На меня накатила волна злости: «Правильно ты всё, блин, понял, чтобы тебя» и вообще выдернул вилку компьютера из розетки. «Черт» - сжал кулаки.
Есть вещи, которые человек прячет даже не от чужих, а от себя самого. В одной из книг по психологии, которые я тоже читал, я вычитал примерно следующее: «События жизни откладывают отпечаток на последующие действия». Там было много чего написано, из чего я не так уж много понял, но эта фраза мне запала в голову. События, которые с тобой произошли в прошлом, могут влиять на твои поступки в настоящем, причём таким образом, что ты не вполне отдаёшь себе отчёт, почему поступаешь так, а не иначе. «Действительно, ты пошёл на кладбище к ночи, но только лишь за острыми ощущениями? Ты сам сказал, что хочешь сделать то, что как бы проведёт черту. Черту под чем? Под беззаботной жизнью, в которой тебя никто всерьёз не дергает и всё стабильно».
Я, сбросив с дивана на пол штаны, сел на него, уставившись в стену, продолжая страдать от приступа самоанализа.
«Я, подсознательно, действительно хотел там что-то встретить. Что именно? А я не знаю, что-то необычное, что-то, что подтвердит. Подтвердит то, что исчезающий призрак-двойник отца – это был не сон, а реальность. Или же опровергнет это. Ну, разумеется, где искать ещё призраков, как не на старом заброшенном кладбище?» Но тут же пришла очередная мысль, нагло вытеснив предыдущую: «А что, если собаками, напавшими на тебя, тоже что-то управляло? Или кто-то?»
- Ну, вот. – сказал я вслух. – Ты хотя бы сам себе признался, за каким хреном ты туда на ночь потащился. А насчёт собак я как-нибудь разберусь.
Переместившись с дивана за компьютер, я, воткнув вилку в розетку, запустил компьютер, получив на экране предупреждение, что предыдущая работа была завершена некорректно – вышел в интернет и набрал: «Места, где встречаются привидения». Как ни странно, кладбища, даже старые, не были в числе таких мест. Полазив по просторам всемирной паутины, я выяснил, что призраки встречаются в местах, где произошло какое-то событие, повлекшее внезапную смерть человека.
«А что, если», подумал я, «это не призраки, а Тьма. Некая сущность, которая питается энергией страха и может принимать облик того, кого ты боишься больше всего». Я читал об этом, что есть НЕЧТО, которое может питаться страхом, но может поглощать и электромагнитные волны. И свет. Поэтому в домах с подобными сущностями, может быть холодно, при жаре на улице; тусклое освещение, при ярком солнечном дне, и, часто возникают перебои с электричеством.
«Если смотреть долго в зеркало, можно увидеть что-то жуткое» - я не помню, кто мне это сказал, или, быть может, я это где-то прочитал. «Родители дома. Почему бы не проверить?»
Я почувствовал, что в районе желудка как будто затягивается узел, руки начали мелко дрожать. «Делай». Я, оставив лампу включённой, сел на пол напротив зеркала-трюмо. Сел, потому что буквально начали трястись коленки и… стал смотреть. Секунда, вторая, третья... Я чувствовал, как у меня ускоряется дыхание, а ещё как волосы встают дыбом. Боковое зрение будто стало исчезать, смазываться, комната будто выпала из поля зрения, погружая меня в ощущение нереальности всего происходящего. Я смотрел в глаза своему отражению. Глаза- в глаза, стараясь не моргать. «Здесь кто-то есть!» Черты лица моего отражения в зеркале будто поплыли. Это было уже слишком для моих нервов, шарахнувшись к выключателю, я включил люстру с четырьмя лампочками. Теплый свет залил мою комнату. Разобранный диван. Подушка. Разбросанные где попало вещи, стопки книг на тумбочке и столе, местами отклеивающиеся обои. Никого. Я снова взглянул в зеркало – обычная, бледная, перепуганная рожа. Часы показывали 23:30.
Я снова сел за компьютер и набрал в поиске: «Почему может искажаться образ в зеркале в полумраке, если долго смотреть?» Открыв наугад несколько статей, которые были первыми в поиске, я, прочитав их, понял, что наука и психология вполне объясняет этот феномен, даже не прибегая к мистике. При недостаточной освещённости и однотипности получаемой информации, мозг начинает «дорисовывать» образы, периферийное зрение «отключается», а глазные яблоки, совершая микродвижения, создают иллюзию движения.
Я открыл следующую статью, но там было примерно то же самое. В третьей статье говорилось о влияние культуры на восприятие: если человек верит в бесов или джиннов, то воображение их нарисует, если желает увидеть давно умершую бабушку, то подсознание подкинет этот образ.
Минуты бежали, складывались в часы, а я продолжал читать статью за статьёй в интернете, но подсознательно я понимал, что делаю – надо досидеть пока не начнёт светать на улице. Жутковато сегодня выключать свет, родителям признаться в этом было неудобно. Я впился в монитор, чувствуя, что глаза слипаются. «Нет. Не спать» - приказал я себе. Спиной почувствовал: «Сзади кто-то есть», а боковым зрением на долю секунды, выхватил что-то… что-то непонятное. Будто, какая-то тень. Я резко развернулся в сторону тени, но не увидел ничего, страшнее шкафа, самодельной штанги сделанной из обрезка трубы и баклажек с песком на полу, часов на стене. 1:30. Я, потерев лицо руками, пошёл пить кофе. Спать лёг, когда забрезжил рассвет.
***
- Змеи не едят людей.
- Ошибаешься. Анаконда – это огромная убийца. Она улавливает тепло. И для них тело Матео обнаружить – пара пустяков. Она вас обвивает и сжимает в своих объятиях, точно вы любовника… - вспомнился мне диалог из фильма «Анаконда», того самого, что с Дженифер Лопез в главной роли. Я сидел за столом, доедая пшённую кашу с подливой и куриной грудкой, приготовленный мамой. «Леопарды точно едят людей» - думал я, жуя курицу. «И львы с реки Цаво. И собаки, судя по всему. Очень даже»
Щёлкнул замок – мама ушла на работу, снова предоставив меня самому себе. Доев кашу и помыв посуду, я взял ключи и, спустившись на лифте вниз вышел из подъезда и окунулся в солнечный августовский день. Проходя мимо железных гаражей, которые стояли несколько в стороне от дома, взглядом зацепился за яму-подкоп под одним из них. «Ну, конечно, как же ты забыл свою любимицу. Найда жрать хочет» - я повернулся и пошёл обратно домой.
Захватив несколько сосисок из холодильника, я вернулся к гаражам: «Найда! Найда!» - звал я собаку, позади услышал шуршание и стук коготков об асфальт, я и оглянулся и… У меня сердце рухнуло в пятки – позади меня была огромная, чёрная с желтоватыми лапами дворняга, очень крупная, чуть поменьше немецкой овчарки. «Черт, Найда. Нельзя блин так со спины подкрадываться. Подошла почти не слышно» - я говорил, но не собаке, скорее себе чтобы успокоиться. «Как же она похожа на тех, что напали на тебя».
- Найда. – я сделал шаг к ней, но она отступила от меня, я сделал ещё шаг, но собака снова отступила. – Найда, ты чего, это же я. Я никогда тебя не обижал.
«Она всё чует» - подумал я: «Она чует, что ты боишься, боишься её, но она не знает почему. И тоже начинает бояться. Страх, он заражает. Как чума. Или может, что-то во мне, может, она чует нечто другое?»
Я присел на корточки протягивая руку с сосиской: «Только по локоть не откуси», травмированная нога отозвалась тянущей тупой болью. «Найда, иди ко мне. Ко мне».
Найда подошла, взяла сосиску у меня, и отойдя на пару шагов в два глотка проглотила, а потом вернулась за следующей. Всё норм. Стена, возникшая, между нами, рухнула. Страх сжался в комок, и спрятался где-то внутри меня, и Найда это почувствовала, что это, тот самый парень, который часто кормил её сосисками.
Я протянул руку: «Найда, дай лапу». Собака вложила свою немаленького размера правую лапу мне в ладонь, я слегка пожал её «Молодец, умница» - почесал за ушами и дал ещё сосисок.
«Найда, она добрая. Любимица местной детворы, никого не обидит. Умная»
Через пару часов, когда солнце уже было в зените и августовская жара достигла максимума, я свернул с парковой аллеи и пошёл среди деревьев по грунту. Парк представлял собой, по сути, лиственный, довольно густой лес, который, будто артерии, прорезали пешеходные асфальтированные аллеи с фонарями, были и тропки, они, тут и там, убегали под тень деревьев. Если сфотографировать локацию с определённого ракурса, так, чтобы не попадались столбы освещения, можно будет потом втирать знакомым, что был в лесу. Среди деревьев, тут и там, свет ложился пятнами, создавая узоры на земле. Я искал палку, желательно максимально сухую. А вот и она, достаточно толстая, я подошёл и наступил на неё – она не сломалась. «Ладно, поищем другую, эту возьму с собой» - взяв палку в руку я стал дальше искать взглядом среди деревьев. Вот. Нашёл. Эта потоньше. Наступил, раздался сухой хруст разламывающейся древесины. «Ты такой звук слышал на кладбище, когда позади тебя хрустнула палка?»
- Нет. – ответил я сам себе. – Был громче.
Разломав таким Макаром ещё с пару десяток палок и потратив на это больше пары часов, я наконец, бросил ту, что до сих пор таскал в руке, на землю – прыгнул на неё. Ничего. Ещё раз – раздался громкий хруст. «Похоже» - задумчиво оценил я звук: «возможно, не то же самое, но похоже».
Я направился к выходу из парка: «Вот теперь и думай. В тебе около 60 кило, эта палка не разломилась с первого раза, значит, тот, кто был сзади тебя на кладбище, во тьме, был больше тебя. И тяжелее». Секунду я переваривал вывод: «Ага, зомбак Лючио Фульчи специально откопался, чтобы припереться за тобой. Счас» Но хруст то был, и это явно не суслик, да и собака так не хрустит палками. «Ещё один придурок по кладбищу шастал?» - я допустил эту мысль и сразу отмёл - «Маловероятно, чтобы двое отправились в одно и тоже весьма отдалённое место, в одно и то же время, причём, фонарик был только у тебя»
«Там точно кто-то был, я чувствовал присутствие за спиной. И вообще. Как связано ненормальное поведение собак, треск сломанной ветки на заброшенном кладбище и легенды о леопардах-людоедах?» - мысли водили хороводы. Я чувствовал, что в моей голове достаточно частей, фрагментов, чтобы сложить из неё полную картину, но, она не складывалась. Она снова разваливалась на фрагменты.
Уже начало смеркаться, когда я, погружённый в размышления, неспешно спустился с холма, прошёл по улице, параллельной реке, и снова повернул в сторону холма, только теперь, чтобы на него взобраться. Пройдя мимо церкви, купола которой золотыми искрами отразили лучи уходящего солнце прежде, чем оно скрылось за домами, стоящими на вершине холма.
Путь наверх пролегал через частный сектор, узкой тропкой между двумя высокими заборами. Не люблю я такие места, в случае чего, абсолютно некуда свернуть. Я пошёл вверх, и где-то на полпути почувствовал взгляд в затылок. «Это сзади» - я ускорил шаг, затем побежал, прихрамывая на правую ногу «Сзади». Кто сзади? Сложный вопрос. Я не мог назвать его, я не боялся вампиров, или кого-то конкретного, я не мог назвать конкретный образ или существо. Я боялся Того, Кто Во Тьме. Саму тьму. Она сгущалась позади меня. Захотелось оглянуться: «Не оглядывайся, не оглядывайся. Беги». Я вбежал на вершину холма, частный сектор расступился, выпуская меня с узкой дороги на простор перед несколькими двенадцатиэтажками, стоящими на вершине холма. Я оглянулся. Никого и ничего, просто проулок, с высокими заборами по обеим сторонам, погружающийся в вечерний сумрак. Я согнулся, опершись руками о колени, переводил дыхание, а затем, пошёл к остановке, посчитав, что идти домой пешком – это слишком трудно в данном случае. Слишком жутко.
Я ехал в полупустом автобусе, час-пик уже прошёл, и теперь больше половина сидячих мест были свободны, по салону пробегали световые пятна, когда автобус проезжал уличные фонари, я таращился в окно, но не видел, что за ним, я был в мыслях далеко:
«Значит, ты вообще заметил, что чем сильнее ты пытаешься размотать этот клубок из страхов и непонятных ситуаций, тем сильнее погружаешься… во тьму. Как субмарина брата в воды Ледовитого океана. В легендах народов Индии, леопарды-людоеды – это оборотни, или же звери, в которых вселились духи колдунов, что, если вторично одичавшие собаки, которые на тебя охотились, также были под воздействием какой-то силы. Ими могла управлять некая сила – Тьма. Ведь сейчас не зима, да и вид у них явно не был как у умирающих от голода. Им там зайцев, что-ли, не хватает? Но они охотились на тебя»
Очередной световой зайчик-пятно пробежал по салону автобуса, который повернул на перпендикулярную улицу. Оторвавшись от своих мыслей, я взглянул в окно, а то так, уйдя в себя, можно приехать не домой, а на конечную остановку – вот прикол-то будет.
Взглянув в окно полупустого автобуса, в котором неясно отражался салон, я увидел высокую тёмную тень рядом с моим сидением, прямо в проходе автобуса, я резко обернулся, так, что захрустели позвонки в шее – никого. Достал телефон, и стал набирать отца, одновременно встав и переместившись к кабине водителя – салон почти опустел. Длинные гудки. Один, второй. «Давай, давай, папа. Возьми телефон, возьми телефон». Пятый гудок. Моя остановка, двери открылись и я пулей вылетел из автобуса, после чего, насколько мог быстро пошёл по дворам, стараясь не цепляться взглядом за черноту открытых подъездов, большая их часть была закрыта на кодовый замок, но некоторые, с открытыми дверями, зияли чернотой, будто черные пасти тьмы, готовые поглотить, будто… «Леопард-людоед». «Вызываемый абонент не отвечает, вы можете оставить сообщение после сигнала».
«Твою мать» - я снова набрал номер отца. Один гудок, второй… «Слушаю»
- Папа. – почти проорал я в трубку, насколько позволяло моё сбившееся дыхание, - встреть меня.
- Ты где?
- На двадцатом микрорайоне, через пять минут буду дома «только бы не очутиться одному в своём подъезде»
- Сейчас спущусь.
Через пять минут я уже подходил к своему дому, отец ждал меня на крыльце, стоя в световом пятне от уже зажёгшегося настенного фонаря над подъездом.
- Всё нормально? Что случилось?
- Какая-то компания меня преследовала – я решил солгать, не рассказывать же ему что я бегу непонятно от чего, в самом то деле.
- Давай в дом – отец на секунду замешкался на крыльце, явно пытаясь рассмотреть, не идёт ли кто за мной, а затем шагнул в подъезд закрыв дверь.
Я лежал на диване и не мог уснуть, темнота давила, сжимала в своих объятиях, точно анаконда, стремясь задушить, я чувствовал, что мне и впрямь будто не хватает воздуха. Тьма, она окутывала, она была осязаемой. «Это всё твой воображение» - попытался объяснить я себе – «чем больше об этом думаешь, тем сильнее накручиваешь».
В тумбочке, стоящей у дивана, грохнуло что-то так, что я замотался с головой в простыню, как маленький ребёнок. «Надо включить свет», но было страшно даже выглянуть из-под простыни. «Там Оно. Оно здесь. В тумбочке нет ничего кроме газет, что там так может грохнуться?».
«Если я пойду долиной смертной тени,» - зашептал я: «не убоюсь зла, потому что Ты со мной, Твой посох и Твой жезл успокаивают меня». Время тянулось как резиновое. «В сторону и в бок. На счёт три. Раз, два… ТРИ» - я рванул по дивану, даже не выпутавшись из простыни, свалился с него, вскочил на колени и начал шарить рукой… где, блин лампа. Я уже не мог сказать, справа ЭТО или слева, я ощущал себя внутри тьмы, будто она меня проглотила. Как анаконда. Щелчок. Свет лампы разогнал тьму. Обычная комната, всё на своих местах. Взяв из второй тумбочки фонарик, я отправился проверять прикроватную, протянул руку, взялся за ручку – распахнул. Все газеты лежали как обычно: «Что ж там грохнулось то, а? Будто камнем по дереву. Это было прямо над ухом. В тумбочке»
Я сел на пол, прислонившись вспотевшей от напряжения спиной к прохладной стене, провел руками туда-сюда по волосам: «Страх тебя поражает, но не поглощает целиком. Ты не оказываешься парализованным ужасом, прикованным к месту, ты что-то можешь делать. Найда похожа на тех псов, но ты покормил её, ты переборол страх, подошёл к ней и покормил. Значит, с тьмой можно бороться, чем сильнее ты трясешься, тем сильнее она тебя сдавливает, но ты сможешь этим управлять»
- Не смогу. – ответил я вслух сам себе: - Я не могу.
«Можешь» - пронёсся поток мыслей в голове: «Ты же не обмочился ни разу, когда тебе казалось, что ЭТО здесь, ты находил силы добраться до выключателя. Не оборачивайся. А если обернуться?»
- Сдохну от инфаркта. – сказал я, глянув на своё отражение в трюмо. – Или совсем дураком стану.
Я вытянул ноги и взгляд упал на багровые рубцы – следы от укуса на правой голени: «Если бы ты сжала челюсти посильнее, или подёргалась бы, то смогла бы вполне вырвать кусок мяса, и я свалился бы к вам раньше». Вспомнил рассказы стариков о том, что зимой, бывало, находили мёртвых людей на деревьях, а под деревьями множество волчьих следов. Люди спасались от волков на деревьях, а волки ждали внизу, но люди вцеплялись в дерево намертво. Они замерзали насмерть. Они так и умирали, вцепившись сведёнными судорогой пальцами в ветви. Я представил эти пальцы, посиневшие, обмороженное лицо, прижавшее к стволу, остекленевшие глаза – по мне пробежала волна дрожи, а волосы на руках встали дыбом. Жуть. Я, оставив настольную лампу включённой, лёг на диван, накрывшись простынёй. Мне снился заснеженный лес, волки, полу обглоданные покойники на деревьях… Я просыпался, а когда засыпал, то снова погружался в кошмар, но уже в другой его вариации и так до утра.
Родители ушли на работу, а я, позавтракав, собирался. Нужно было сходить в поликлинику. Я взял рюкзак и бросил в него ключи от квартиры, несколько сторублёвых купюр засунул в карман джинсовых штанов. Ночные кошмары с покойниками на деревьях и волками не выходили из головы: «От леопарда-людоеда ты хрен спрячешься на дереве. От него вообще хрен спрячешься», уже отмыкая дверь, я вспомнил, что забыл телефон – вернулся, нашёл его на диване и засунул в задний карман джинсов.
Оборот-второй. – закрыв дверь, я вышел в подъезд и начал спускаться внизу по лестнице. Один этаж, второй, третий… дальше был мрак. Света не было и этаж погрузился в глубокую тьму, я остановился, чувствуя удары сердца, чувствуя, как зашевелились волосы, везде, где они только есть. Мне стало казаться, что лестница вниз будто удлиняется, а сама тьма была не пустой. Я вглядывался во тьму, и, казалось, что тьма тоже вглядывается в меня. «Мне показалось или там реально кто-то двигается» - присмотрелся, и увидел, как от тьмы отделяется рука, будто тень. Тянется куда-то вверх… На этаже выше начал мигать свет: лампочка то светила как обычно, то почти потухала, то опять светила как положено. «Если свет исчезнет. Тогда… Ну, нахрен» - я рванул по лестнице вверх, периферийным зрением заметив, что будто бледное лицо растворилось во тьме. Один этаж, второй, третий, четвертый… Проскочив свой, я остановился на самом ярко освещенном этаже. «Я туда не пойду. Не пойду. Ну нафиг» - нажал кнопку лифта, через несколько секунд передо мной открылись двери ярко освещённой кабины, вошёл, нажал на кнопку первого этажа: «Давай вниз».
Я шёл по залитой солнцем улице, антициклон не отступал и, хотя лето уже приближалось к концу, а ночи становились чуть прохладнее, днём жара возвращалась, заставляя листву на пирамидальных тополях желтеть раньше времени. Миновав общагу, я пошёл по улице в сторону поликлиники, до которой было около двадцати минут ходьбы. «Что это за хрень была там на лестнице? Ты реально видел эту хрень. Свет, оно поглощало свет лампочки» - я споткнулся об бордюр и чуть не пропахал носом по асфальту. Выругавшись, посмотрел по сторонам и перешёл на другую сторону подъездной дороги. «Хотя, хрен его знает, это могло быть твоё долбанутое воображение. А лампочка? Скачки напряжения. Ага. Совпадений до хрена. А почему все видят одно и то же?»
«Это было в детском лагере, года два назад. И так же в конце лета. День уже склонялся к вечеру, и я с Димкой сидел на прогнутой к центру скамейке с надписью «Скамья примирения» возле спортивной площадки, на который мы, ещё пять минут назад гоняли мяч, а теперь решили просто перевести дух.
- Здесь неподалёку есть заброшенные корпуса, они давно брошены. Там, наверное, привидения есть. Ты веришь в привидений? - заговорил Дима.
Я пожал плечами: «Скорее верю», ответил я, рассматривая лучи солнца, пробивающиеся через листву деревьев и золотыми пятнами ложащиеся на стенах корпуса. «Я кое-что видел»
- Я тоже видел - Дима чуть подался ко мне.
- Расскажешь?
- Да. Только обещай, что не будешь смеяться. – попросил Дима.
- Нет, не буду.
- Я проснулся глубокой ночью, мне показалось, что в комнате кроме меня и родителей был кто-то ещё, я чувствовал взгляд. Повернулся и увидел тёмную тень посреди комнаты. Я спал вместе с родителями. Я просто смотрел на неё, а она просто стояла. – Димка замолчал
- Что было потом? – поинтересовался я.
- В какой-то момент она просто исчезла. Когда утром рассказал маме, она сказала, что это был отец, скорее всего, вставал зачем-то. Но это был не отец.
- Может ты не рассмотрел? – предположил я.
- Нет. Комната хорошо освещалась от уличных фонарей, я отчётливо видел комнату. Тень была высокой почти до потолка, выше папы. У этой тени были глаза. Белые глаза. Они прям…
Жестом Дима попытался описать, как они выделялись на фоне тени».
«Вот так», - сказал я сам себе, уже подходя к поликлинике. «Детали различаются, но все описывают одно и то же. Темная тень, являющаяся ночью. Я видел исчезающего отца, почти отчётливо, брат видел неясный силуэт, сослуживец брата видел нечто без лица на субмарине, я видел тень на лестнице и что-то вроде лица, исчезающего во тьме. И тень в отражении в автобусе. Димка видел тень с белыми глазами, ростом до потолка в комнате. Ощущения тоже одинаковые. Чувство присутствия, чувство страха, ощущение, что на тебя смотрят. Если это фантазии, то почему так много сходств? Во всех случаях проявляются нечеловеческие черты. Может потому, что люди боятся одного и того же?». Я поднялся по видавшим виды порожкам, взялся за дверную ручку и вошёл в поликлинику.
***
Придя домой, я, даже не переодевшись, открыл тумбочку и вынул засунутую между «Кошмаром на улице Вязов» и «Кладбищем домашних животных» С. Кинга, Энциклопедию нечистой силы и, принявшись листать эту умеренно толстую книгу, дошёл до раздела с заголовком «Призраки». Помимо обычных оседлых привидений, которые являются в местах своей смерти, там описывались призраки-посланцы, проходящие в мир живых, чтобы предать какую-то информацию, уже знакомые мне призрачные двойники живых людей и… тени. Непонятные сущности, которые являются по ночам, питаются страхом, теплом и электричеством, могут влиять на поведение животных, и, несмотря на призрачную природу, не являются призраками. Многое из этого я уже знал, знал про существование неких тёмных сущностей, названных в этой книге «Тенями», но здесь, на одной из страниц, был рисунок тёмного силуэта с красными глазами, стоящего в комнате. «Почти как в Димкином рассказе». И про призраков-посланцев я читал впервые. «Это не призраки-посланцы» - подумал я, - «это Тьма»
Перелистнув несколько страниц назад, я взглядом запнулся за подзаголовок «Как увидеть призрака?». Предлагались различные версии: посещение мест, где обитают привидения, спиритический сеанс и… зеркальный коридор. Нужно в полутёмной комнате установить два зеркало одно напротив другого и зажечь свечи, тогда, в одном из зеркал, материализуется обитающий в доме призрак. Я засунул книжку на её место и пошёл ужинать, но где-то в голове застрял этот способ с зеркалами, деревянной занозой засел в мозгу.
***
Последний луч заходящего солнца скользнул по крышам домов, и город начал погружаться во тьму. Тьма сгущалась и в квартире, переходя в наступление. Вскоре зажглись огни в окнах домов.
Мои родители уехали на дачу с ночёвкой в этот день. Такое бывало и раньше, и я, оставаясь дома один, включал свет во всех комнатах, в кладовке, ванной, везде, где были лампочки, а рядом с собой держал фонарик. И всегда стремился бодрствовать до утра, играя в компьютерные игры. Отцу каждый раз становилось малость хреново, когда он вынимал из почтового ящика квитанцию за свет. Далее шли объяснения, что в темноте нет ничего необычного, что пора бы уже взрослеть и меньше забивать голову всякой мистической хренью. Этот раз ничем особым не выделялся.
Я зажег свет в прихожей и своей комнате, и, поиграв в Painkiller до боли в лобной части головы, я вышел из игры. Несколько минут просто смотрел в заставку на рабочем столе, а затем зашёл в интернет и набрал: «искажение в полутьме в зеркале — это призраки или оптические иллюзии?». Меня терзал этот вопрос, хотелось разобраться, сопоставить написанное в Энциклопедии нечистой силы с научными данными из интернета. Найти что-то ещё, что-то новое. Различные статьи предлагали различные варианты. С научным объяснением я уже был знаком, но прочитал ещё раз, другие сайты предлагали объяснение мистические и приводили рассказы очевидцев паранормального. Но, статей с научным, рациональным объяснением было больше, я ввел в поиск: «Тени. Сознание. Объяснение» и выскочила статья, которая была мне не особо понятна, но общий её смысл я уловил: Карл Юнг говорил, что человеческое сознание содержит некий элемент, который человек неосознанно прячет даже от самого себя и называл он это – «тень». Эксперимент с зеркалами, о котором я узнал из Энциклопедии, подробный рассказ с рисунком в ней о призрачных тенях и эта статья, подтолкнули меня к идее ещё раз провести эксперимент с зеркалом, с зеркалами, чтобы точно расставить все по местам.
Сняв с креплений зеркало в ванной, я притащил его в свою комнату и, откинув ногой попавшиеся на полу шорты, установил напротив трюмо, оперев на стул: «Вот так. Стой».
«Ты уверен, что хочешь это сделать?»
- Вполне, - ответил я сам себе. «А что, если это будет не иллюзия, а действительно что-то придёт». Я задумался, остановился, оглядел комнату: палас, неубранный диван, две тумбочки… Всё как обычно. В глубине души с одной стороны, я надеялся, что увижу всего лишь оптическую иллюзию, с другой… я пошёл и оставил дверь в свою комнату открытой, а входную закрыл на засов, отперев замок – на случай, если придётся очень быстро сматываться из квартиры. Взглянул на настенные часы – 1:20. Включив настольную лампу, чтобы не было полного мрака, и, поставив её на пол за диваном, я с фонариком в руке дошёл до выключателя. Щелчок, комнату погрузилась в почти полный мрак, лишь лампа, стоящая за диваном, слегка разгоняла тьму, освещая путь фонариком, я сел между зеркалами, спиной к трюмо и лицом к зеркалу из ванной. Выключил фонарик.
Я таращился во все глаза в зеркало, стоящее передо мной, разглядывая в нем зеркало, стоящее позади меня, отражение в нём. Лампа полу едва разгоняла темноту, я старался даже не моргать, когда увидел в зеркальном отражении, как вокруг меня сгущается мрак, он был живой, шевелящийся, казалось, что он ходит как волны, меняя очертание, разливаясь как… «как приливные волны». Черты моего лица начали расплываться в зеркале, периферийное зрение успешно поделилось на ноль, теперь были только я, зеркальный коридор и… что-то ещё. Я не мог оторвать взгляд, на секунду, мне показалось, что позади меня в зеркале что-то похожее на собаку, огромная чёрная собака с единственным глазом во лбу, но не успел я её рассмотреть, как образ исчез и, вот это уже тень, с светящимися глазами во мраке, протягивает руку. «Оно. Оно воплощает твои страхи. Ты ви…» И тут я увидел, что у моего собственного отражения, глаза стали черными, в них плескалась тьма, она будто проникала в меня. «На… Страх…» Я чувствовал, что не могу сжать руку, я будто превращался в тряпочную куклу, голова ещё пыталась соображать, но потоки тьмы топили разум. Голова дёрнулась сама по себе… Раз, второй, наклонилась в бок. «Тьма – она часть тебя, она – ты. Куда ты денешься с подводной лодки? Как победишь то, что часть тебя?». Грудь будто сжимало кольцами огромной анаконды, стоило выдохнуть, как невидимые кольца сжимались сильнее и вдох уже не получался. Я передёрнулся всем телом, меня будто ломало, наклоняло в сторону, рука передвинулась куда-то за спину, и ещё раз, выворачиваясь ладонью вверх. Приложив усилие и судорожно вдохнув, я с силой пнул зеркало, разрушая зеркальный коридор. Сделав ещё усилие, я вскочил, и как ошпаренный шарахнулся из комнаты. Дверь я оставил открытой, но в дверной проём не вписался, приложившись лбом о косяк. «Лампа», - мелькнуло в голове, «она не горит, она потухла». Фонарик остался на полу в комнате.
Тут же пришла следующая мысль: «Свет в прихожей. Он горел или нет?». Я услышал, как скрипнули петли двери в мою комнату: «Оно здесь, оно идёт за мной. Оно – это я» - трясущимися руками я пытался нащупать засов входной двери, «Ну, давай, давай, давай» - чувствуя за спиной сгущение тьмы, «ДАВАЙ. Вот» - я вывалился в подъезд и шарахнулся к лампочке, горящей над соседней квартирой. Прижавшись спиной к стене, я смотрел на открытую дверь в мою квартиру и тьму за ней, сделав прыжок и захлопнув дверь, чтобы не видеть Тьмы, я рванул на другой этаж, там, где был ярче свет.
«Живущий под кровом Всевышнего под сенью Всемогущего покоится» - проговаривал я полушёпотом трясущимися губами. «Позвонить в дверь к соседям? Ага. Среди ночи. И что я им скажу?» Решил ждать рассвета, сидя на корточках, прислонившись спиной к стене под светом яркого светильника над входной дверью. «Мрак внутри меня» - носилось в голове, взгляд постоянно косился в сторону лестницы, туда, где было темно.
***
Утренний рассвет постепенно проникал в подъезд, вытесняя сумрак, заставляя его сжаться за трубой мусоропровода, за лифтом, по углам, куда не доставал свет. Я не знаю, дремал я или нет, возможно, дремал, ибо не уловил момент, когда начало рассветать. Спина затекла, ноги почти ничего не чувствовали. Медленно разогнувшись, я постоял, и так же медленно, словно зомби из ужастика Лючио Фульчи, прихрамывая уже на обе онемевшие ноги, спустился на свой этаж. Слегка приоткрытая дверь в мою квартиру, ночью никто из людей тут не выходил и не проходил, наверное. Я подошёл к двери, открыл – в прихожей был полумрак, но не тьма, включил свет. Часы, стоящие на комоде, показывали 1:30. Они стояли «Когда переходишь грань, время останавливается» - пронеслось в моей голове. «Откуда это? Не знаю. Не знаю». Я быстро прошёл в свою комнату, включая везде свет, часы на стене показывали 4:40 – они шли. Я выдохнул, чувствуя, как накатывает усталость, будто из меня выдернули стержень, вытащили позвоночник. Я дошёл до того места, где был зеркальный коридор, поднял зеркало из ванной: «Как объяснить это отцу? Не знаю». Посмотрел на своё отражение в трюмо – можно сниматься в фильме ужасов. Без грима. Сел, на диван, обхватив голову руками, вспомнил, где слышал фразу про остановившееся время – в фильме «Константин».
Ещё раз осмотрев место ночного происшествия, я решил, что всё, хватит, больше не стоит проводить никаких экспериментов. Всё. С меня хватит. Харэ.
«Иногда», - думал я: «Иногда будут являться тени. Но они уже давно часть твоей жизни. Часть тебя. Куда ты денешься с подводной лодки? Куда денешься от призрака без лица?»
Я сидел, а солнечный свет заливал квартиру, прогоняя тени. Наступал новый день.
Ключевые слова: тени тьма призраки Юнг зеркало собаки кладбище страх