Кукла
«Мы всегда будем вместе»Выйдя утром из подъезда, я мельком пробежал взглядом по объявлениям, наклеенным не только на доску объявлений, но и на входную дверь в подъезд, и уже собрался идти на автобусную остановку, когда моё внимание привлёк предмет в цветах палисадника: среди лилий и декоративных вьюнков лежала большая пластиковая кукла с прямыми черными волосами и в вязаной кофте с матерчатыми штанами. Я к ней прилип взглядом. Её взгляд будто притягивал, и я не мог отделаться от чувства дежавю, будто я уже её видел когда-то. Очень давно. Я постоял, а затем, быстро наклонившись, поднял куклу и сунул в рюкзак.
«Ну и на хрена она тебе?» — пронеслось в голове.
«Не знаю», — ответил я сам себе. «Поставлю рядом с плюшевым мишкой, которого подарила жена моего дядьки, когда мне было пять лет. Этакий музейный экспонат».
Я застегнул рюкзак и, закинув его на спину, поспешил на автобусную остановку.
***
«Громада завода выплывает из утреннего тумана, я пролезаю сквозь дыру в заборе и иду по территории завода. Он отчасти заброшен, я чувствую, что был здесь когда-то. Когда? Кажется, тысячу лет назад, а может, десять лет назад. Здесь будто нет времени. За одним из недостроенных цехов огромный котлован, над которым опасно нависает гора песка. Двое детей, которых я не мог никак разглядеть детально, но было видно, что это мальчик и девочка, играли, что-то лепили из глины и земли на краю жуткого котлована. Я чувствую, что что-то произойдет, что-то нехорошее».
Проснувшись от жуткого и тягостного сна посреди ночи, я осмотрелся. Привычная полутёмная комната, кромешную тьму разгоняли огни уличных вывесок и фонарей. Что-то было у окна, кто-то там сидел, в свете вывески я увидел фигуру с длинными волосами, которая сидела на корточках, опустив голову. Комнату наполняли звуки всхлипываний и прерывистого дыхания.
- Кто? Кто ты? – спросил я. «Самый тупорылый вопрос, который я задавал когда-либо», - пронеслось в голове. Один ведь живу. Тень резко рывком встала, движение было настолько резкое и быстрое, что выходило за рамки реальности. Человек не может так быстро встать. Фигура начала двигаться толчками. Толчок-шаг, рывок-шаг. Тень двигалась неестественно, свет уличной вывески осветил её, и я увидел искаженное в агонии лицо. Движение рывками, как при переломах. Ещё рывок-шаг. «Мы всегда будем вместе», - донеслось со стороны тени. Я зажмурился: «Это сон. Я не проснулся, я ещё сплю» - открыл глаза: никого, но у стены сидела кукла, которую я притащил с улицы несколько часов назад с улицы. Она казалась мне уже не просто «будто знакомой», а до боли знакомой. В свете неисправного уличного фонаря, который периодически потухал, я увидел надпись грязью на полу: «помоги мне», я стоял как вкопанный, фонарь потух, а затем снова осветил мою квартиру свет – надписи уже не было. Кукла была на месте и её взгляд будто был живой. «Ну, нахрен». Я, взяв игрушку, отволок её в другую комнату, посадив на старый деревянный стул со спинкой. Почему-то просто выбросить её мысли не было.
***
На следующий день по дороге из университета домой я решил заскочить на старое кладбище, находящееся рядом с не менее старой церковью практически в центре города, за кладбищем был парк – без аттракционов, но зелёный и тенистый летом, с асфальтированными аллеями. Я шёл мимо могил, делая фото с разных ракурсов, одно, второе, третье. Сделав снимков около тридцати, я вышел с кладбища с другой стороны и пошёл через парк, стремясь выветрить из головы ночной сон. «Бывает такое, сон во сне, думаешь, что проснулся, а это продолжение сна. Бывает», — думалось мне.
Придя домой и подсоединив фотоаппарат к ноутбуку, стал просматривать фото. Обычно отбираю несколько самых качественных, а остальные отправляются в «Корзину».
И вот один не самый качественный снимок привлёк моё внимание. Среди могил стояла, судя по росту, девочка. Лица было не разглядеть, смазанное белое пятно с черными пятнами на нем вместо рта и глаз, длинные волосы, платье. Так бывает, когда фото получается «не в резкости», но остальные объекты вокруг: надгробия, кусты, получились просто отлично.
«А что она держит в руках? Кукла», — пронзила меня догадка: — «Она держит куклу».
Я решил на следующий день зайти на кладбище ещё раз и внимательно осмотреть место с фото, но даже не нашёл его. Круг за кругом я ходил вокруг того места, возвращаясь то к главной аллее с фонарями, то к ответвлению, считая шаги, пытаясь определить, как я стоял, куда смотрел. Я так и не нашёл то место, оно осталось лишь на моём фото.
***
Войдя в квартиру, я запер дверь и почувствовал себя в ловушке: «заперся, и не выйдешь в случае чего». Бросив рюкзак в зале, я усадил свалившуюся куклу на стул («интересно, почему она свалилась») и, пройдя на кухню, засунул кусок пиццы в микроволновку. Ощущение, что в доме кто-то есть, навалилось с новой силой, на секунду мне показалось, на грани слышимости, что я слышу всхлипывания. Выключив микроволновку, я прошёл в зал.
Я стоял у куклы и смотрел на неё. Обычная большая кукла с прямыми волосами и в белом платьице, но её глаза, они будто притягивали.
«Тебе не кажется, что у неё глаза как будто живые?» - я не мог отделаться, что она следит за мной.
«Началась паранойя? Или шизофрения?». Тут же на ум пришла мрачная шутка: «Если у вас паранойя, это не значит, что за вами не следят».
А я не мог отделаться от чувства, что все последние дни кукла буквально следит за мной взглядом своих стеклянных глаз. Более того, вот не далее пятнадцати минут назад я усадил её на стул прямо, повернув голову вперёд, а теперь она смотрела в сторону, в сторону прихожей, где я ходил. «Сама что ли голову повернула?»
Я подошёл к тумбочке и взял фотоаппарат: «Гугл всё знает, загружу фото – погуглю. Может, найду что путёвое».
Щелк, щёлк, щёлк, щёлк – я делал кадр за кадром, сделав больше десяти, решил про себя: «Всё, хватит. Надо выбрать самый лучший». Выйдя в «галерею», начал листать кадры: первый нечёткий. «Ладно». Второй – смазанный. «Но всё вокруг чётко, всё, кроме куклы. Не сфокусировался?» Третий кадр ещё сильнее смазан – вместо глаз чёрные круги, вместо рта – размазанная чёрная полоса. Я присматривался к кадру: «Что за хренотень, она…» Следующий кадр более чёткий, но очертания изменились, они стали будто другими. Окружающие предметы на фото выглядели нормально. Следующий кадр – я чуть не выронил фотоаппарат. На стуле сидела девочка лет девяти в обычной вязаной кофте и матерчатых штанах. Я протёр глаза, однако девочка с фото никуда не исчезла, переместил взгляд на стул – кукла. Следующий кадр – эта же девочка с разбитым лицом и головой, на кофте были капли крови. «Боже мой» - только и проговорил я. Следующий кадр – чернота, просто чернота, ничего нет. «Боже мой» - снова повторил я.
Я смотрел на неё и не мог вспомнить, где её видел, она мне казалась знакомой и в то же время попытки вспомнить, кто она, не вызывали никаких ассоциаций.
Я подошёл к ноутбуку и подключил к нему фотоаппарат, дав команду: «Печать». Первые две минуты ничего не происходило, я уже решил, что что-то там зависло, но затем принтер начал печатать. Первое фото — кукла, второе — кукла, третье — кукла, но уже не в резкости. На четвёртом фото была девочка, но также будто не в резкости, черты лица были несколько смазаны, но, в то же время, достаточно различимы. И всё, принтер остановил печать. Я посмотрел галерею фотоаппарата, там было всего четыре снимка.
«Но я ж сделал десять кадров, куда делись шесть?» Проверил удалённые снимки — «корзина» пуста.
Принтер загудел снова, хотя я не давал команду «печать» и вообще его не трогал. Вышел лист — чернота, второй лист — какие-то светлые пятна на фоне сплошной черноты краски, третий лист — очертания какого-то здания, на четвёртом стало видно, что это — завод. Пятый — чёткий. Это действительно был завод, завод в моём городе, расположенный в отдалённом районе у реки. Принтер загудел снова. Я нажал кнопку «Пауэр», но техника не отреагировала — новый снимок: точно, это он, тот самый завод. Ещё вышел лист бумаги с изображением завода и какого-то тёмного человеческого силуэта на переднем фоне. Я выдернул вилку из розетки: «Дьявольщина какая-то». Резким движением я схватил со стола распечатки, скомкал их и пихнул в корзину для мусора.
***
«Мальчик стоял на залитой солнцем детской площадке спиной ко мне, руки он держал за спиной, а в руках была кукла, мальчик двумя быстрыми шагами приблизился к девочке и протянул ей куклу со словами: «С днём рождения, Вика!». Девочка обняла мальчика, засияв от радости, а мальчик сказал: «Мы всегда будем дружить. Мы всегда будем вместе».
Это был сон, но сон до жути реальный, как будто это произошло только что, и в то же время было чувство, что это не просто сны. Это было. Это всё будто было на самом деле. Я встал с постели, протер лицо руками, решив сходить на кухню, чтобы попить воды, включил свет и чуть не вскрикнул от ужаса. Кукла стояла прислонённая к шкафу и смотрела на меня стеклянными глазами.
«А. Разве я не оставил её в комнате? На стуле. Что за бред. Что вообще за бред?» На меня накатила волна страха и ощущения присутствия в квартире, именно чужого, жуткого присутствия. Свет люстры начал тускнеть, будто лампочки вдвое потеряли в мощности.
- Что ты хочешь от меня. Что ты от меня хочешь! – это вырвалось почти против моей воли.
Раздался звук работающего принтера: «Он не включен в розетку, Боже, он же не включен в розетку». На приборе не горел ни один индикатор, но он работал, через минуту из него вышел лист бумаги. Мне было жутко подойти и посмотреть, что за лист, что на нём. Я просто стоял, чувствуя, как у меня сердце из груди выпрыгивает, и таращился в сторону принтера. «Так и будешь стоять?» подумалось мне. Медленно подойдя, я трясущейся рукой взял вышедший из принтера лист. На нём была написана среднего размера шрифтом лишь одна фраза: «Помоги мне».
***
Весь следующий день я чувствовал себя как зомби недоделанный. Ну а как иначе, если какую ночь подряд мне снятся вроде не страшные сны, но почему-то я их воспринимаю как кошмарные, кошмарнее некуда, а днём не отпускает чувство присутствия в квартире.
На автомате сидел на парах в университете, что-то записывал, но мыслями был я далеко. Я устал. Кукла, всё началось со дня, когда я её притащил домой. У меня была мысль её просто выкинуть, но каким-то непонятным, необъяснимым интуитивным чувством я понимал, что это не решит проблему, а возможно, станет ещё хуже.
- Тёмка, у тебя вид убитый, всё в порядке? – поинтересовалась Татьяна Ярославовна. Доцент средних лет.
- Не совсем. – честно ответил я. – Сплю плохо последние ночи. Нервяк словил.
- Знаешь. – преподавательница улыбнулась. – Ты нормальный парень. Завтра у тебя в основном мои пары, так что, если ты не придёшь, я это не замечу.
- Завтра ещё Андрей Алексеевич. – я слегка поморщился.
- С ним я договорюсь. Объясню, что ты приболел. Нормально всё будет.
Я поблагодарил преподавательницу и пошёл к гардеробу: «Значит, завтра у меня полуофициальный выходной».
Придя домой, я, даже не ужиная, сразу лёг спать.
Призрачный свет молнии осветил комнату, заставив люстру отбросить тень на потолок, а через секунду всё снова погрузилось во мрак под стук проливного дождя за окном. По оконному стеклу дорожками стекали струи воды.
Я проснулся от сильной грозы, бушевавшей за окном: «Долго, значит, проспал. Ночь уже».
Тук-тук-тук. «Что за странный звук?» - подумал я, приподнимаясь на кровати. Через тройной стеклопакет слышались раскаты грома, даже пластиковые окна не изолировали комнату от шума мощной грозы.
«Кто-то есть, кто-то есть в прихожей». Очередная вспышка молнии осветила комнату и высветила темный силуэт в дверном проёме комнаты, свет на мгновение отразился в будто стеклянных глазах.
«Какого хрена?» - я таращился во тьму, пытаясь понять, что я только что увидел.
«Тук. Тук. Тук.» - будто кто-то стучит чем-то твёрдым об пол. Снова вспышка молнии, странный силуэт был уже прямо рядом с кроватью, женская фигура, будто стеклянные глаза, она вытянула руки вперёд.
Я вжимался спиной в стену, к которой был прислонён разложенный диван, не мог вдохнуть, горло свело спазмом. Ещё вспышка молнии, и я увидел струйки крови, стекающие из глаз этого существа, длинные волосы, будто пластиковую кожу, жуткое существо двигалось толчками. Вспышка молнии отразилась в неживых, будто стеклянных глазах. Раскат грома прорезал тишину.
При очередной вспышке молнии жуткий силуэт метнулся ко мне, и я закрыл лицо руками, как ребёнок, чтобы не видеть кошмара.
«Раз, два, три… двадцать» - я медленно убрал руки. Ничего и никого. Быстро метнувшись к выключателю, я включил свет. В комнате всё было на своих местах, кроме стула, который был опрокинут. Переведя дыхание и уже почти убедив себя, что это страшный сон, а стул... потом разберусь со стулом, увидел капли крови на полу и на диване. Они дорожкой вели к двери и яркими сочными каплями виднелись на линолеуме в дверном проёме.
За окном продолжал поливать грозовой ливень.
У стены напротив дивана стояла прислонённая к стене кукла, которая должна сидеть на старом стуле со спинкой в другой комнате.
«Чтоб тебя» - выдохнул я.
Трогать куклу я не осмелился, обходя её так, словно это была ядовитая змея, подошёл к столу, включил лампу и сел на компьютерное кресло. Хотел включить ноутбук: «Что его включать?» — не стал. Взгляд упал на корзину для бумаг под столом, на скомканные распечатки. Я их ещё не выкинул. Вытащив их из корзины, разгладил руками. Завод. Посмотрел на куклу, затем взгляд упал на кровавые капли на паласе и линолеуме в дверном проёме. Они не исчезли, они всё ещё были на месте, только стали темнее. Снова посмотрел на распечатки: «Да, это точно тот самый завод, административное здание. Заброшенный цех». Снова посмотрел на куклу, она всё также смотрела куда-то своими стеклянными глазами, но это был не пустой взгляд, я это чувствовал. Снова посмотрел распечатки: «Завод. Девочка, кукла, котлован» — всё это смерчем пронеслось в моей голове под очередной раскат грома с улицы. «Завтра съезжу туда», — решил я про себя: «Не знаю, как это себе объяснить, но съездить нужно. Это всё связано».
За окном продолжала бушевать гроза, тряся деревья, освещая окно всполохами молний, я не решился выключить свет, незаметно для себя уснул на стуле.
***
Утром, проехав на трамвае до восточных окраин города, я, пройдя через дворы, вышел к заводу. Это был старый металлургический завод, на котором выплавляли чугун, давно полузаброшенный. Пара цехов ещё продолжала работать, но весь остальной завод стоял будто призрак, по нему гуляли сквозняки.
Найдя пролом в старом бетонном заборе, я оказался на его территории завода и медленно пошёл по ней. По пути мне попадались трактора. Груды битого кирпича под стенами, захламлённая промзона, ветер качал уже успевшую вырасти полынь.
С самого рождения я жил в этом городе, правда, несколько раз переезжая с квартиры на квартиру, но совершенно точно был уверен, что никогда не был на территории этого завода, хотя лазил по заброшенным домам, как и большинство мальчишек.
Я шёл, смотрел во все глаза и не мог отделаться от постоянного ощущения дежавю. Будто это уже всё было, будто когда-то я уже был здесь. Но не помнил, когда, я был уверен, что никогда не был здесь. И не жил в этой части города. Или…
Я вдруг почувствовал странное ощущение, что из меня что-то вынимают, я вытянул руку вперёд: «завод, девочка, завод, тропинка вдоль стены, мелькнувшая ящерица, ящерица в банке» — это всё проносилось в моей голове, картинка сменялась картинкой. «Девочка, идущая впереди меня, она оглянулась». Я вздрогнул, узнав, что это девочка с фото, которое я делал, когда фотографировал куклу на стуле. Я не вполне осознавал, что иду вперёд, выставив руку, как карикатурный зомби, захваченный картинками. Флешбэками.
«С днём рождения, Вика. – мальчик протягивает куклу девочке, которую назвал Викой, оглядывается, и я понимаю, что это… я».
«Я, эту куклу подарил ей я, но когда? Как будто в другой жизни».
Захваченный не то подавленными воспоминаниями, не то ещё чем, я незаметно для себя миновал здание завода и вышел на открытое место, там, за небольшим травянистым участком, был старый котлован.
Несмотря на середину мая, солнце пригревало и раскаляло всё вокруг. Я шёл по краю огромного котлована, на дне которого была внушительная лужа из жидкой грязи, один из его склонов имел такой вид, словно случился оползень много лет назад. Я чувствовал, не могу понять что, это не передать словами, какую-то связь между котлованом и собой.
«Эти дети из сна. Играли здесь. Я. И та девочка, которую назвали Викой».
Почувствовав пристальный взгляд сзади, настолько пристальный, тупой иглой протыкали затылок, я обернулся, из травы выползала девочка, вся в грязи, явно не живая, со следами разложения, с застывшим, будто стеклянным взглядом. Вытянув руку, она скрюченными пальцами вцепилась в грунт и подтянула себя, другой рукой вцепилась в траву и двумя рывками снова подтянула себя, ползя ко мне, мокрые от грязи волосы падали её на лицо, волочились кончиками по земле. Неуловимое мгновение, и она оказалась прямо передо мной, ещё какая-то доля секунды, и призрак толкнул меня руками в живот, толчок был такой, что я упал на бок и на боку заскользил вниз в котлован.
Стараясь хоть за что-то зацепиться, чтобы предотвратить падение в жидкую грязь, как-то задержаться на склоне, я изогнул пальцы на манер когтей и вцепился в склон, сумев зацепиться на склоне этого котлована, и теперь, перебирая руками и ногами, пытался выбраться из этой ловушки, но лишь скользил по глине, размокшей после ночного ливня. Вывернув рукой кусок грунта, я увидел нечто невероятно жуткое — человеческие кости, нога и рядом ребра. Я не патологоанатом, всего лишь студент кафедры медико-биологических дисциплин, но моих знаний по анатомии хватило, чтобы понять, что именно я вижу. Они были почти наверху.
Я, поддавшись нахлынувшему ужасу, инстинктивно дёрнулся и плавно соскользнул вниз, оказавшись по пояс в жидкой грязи, в трясине. Я сделал попыток десять выбраться оттуда, это было непросто, грязь засасывала ноги не хуже болота, а потом меня накрыло.
И я сел в это грязевое болото, из головы сперва выбило все мысли. Страшная головная боль, да такая, что перед глазами вспыхнули разноцветные круги, а из носа струей потекла кровь.
«Я и Вика играли на склоне котлована. Я привёл её сюда ловить ящериц, затем мы что-то лепили из глины и грязи, рядом была куча песка, а затем она поскользнулась и рухнула вниз. Пыталась выбраться, я пытался ей помочь, чуть спустившись, я протягивал ей руку, но не доставал. Ещё чуть спустился вниз. Ноги девочки уже застряли в грязи так, что она, как ни силилась, не могла их выдернуть: «Помоги мне», попросила она, протягивая руку вверх: «Помоги мне». «Позвать взрослых? Нет. Отец убьёт её. Просто убьёт. Он совсем чокнутый» — грунт под моими ногами пошёл вниз и в сторону, я зацепился руками за склон, расплатившись на нём. Вылез из ямы, думая: «Сейчас, сейчас ещё раз попробую» и увидел, что девочки нет. Её накрыло обвалившимся грунтом и песком. Я бегал по заводу, никак не мог найти выход, мне повсюду мерещился плеск и чваканье грязи. Я вышел не понял куда, было уже темно, кусты, какие-то заросли, я куда-то лез, куда-то полз…»
Воспоминания стали совсем хаотичными и оборвались. Я почувствовал, что что-то холодное обхватило меня в жидкой грязи и начало утягивать, тянуть ко дну.
Это что-то, держа меня то за ноги, то перемещая хват поперёк туловища, медленно утягивало вниз: «Хочет утопить. Утопить как котёнка» — я не мог сопротивляться из-за сильной головной боли и накатившей слабости. Страх исчез, появилось чувство умиротворения, как будто так и должно было быть. «Мы всегда будем вместе» — прозвучал шелест в голове. Меня уже почти утянуло на дно, в жидкую грязь. «Кукла, грязь, Вика, кукла, завод, грязь, смерть, лист бумаги с надписью «помоги мне» — всё это пронеслось в моей голове как в калейдоскопе, мой взгляд упал на край котлована и на нём я увидел… куклу. Которую подарил Вике, которая осталась дома, теперь она была здесь, смотрела на меня стеклянными глазами. Невидимая сила рванула меня вниз, погружая в жидкую грязь с головой, она заслонила свет солнца, вязкими пробками набилась в нос, заливалась в рот, последнее, что я услышал было: «Мы всегда будем вместе».
По грязной жиже котлована пошла рябь как от ветра, затем началось бурление, будто кто-то засунул туда огромный невидимый кипятильник. Вода бурлила как в гейзере.
***
Дождевые капли шумели по листьям пирамидальных тополей и разбивались о грязь, мутными ручейками стекая в траву, которой поросла территория завода. В одном из заброшенных цехов в полутьме виднелась фигура – молодой человек сидел на полу, привалившись спиной к стене, его левая рука была странно вывернута, голова безвольно свалилась на грудь, одежда была покрыта слоем грязи. В полуметре от него лежала кукла, ей стеклянный взгляд был устремлен в потолок, туда, откуда из-за худой крыши текли ручейки мутной воды. Парень не подавал признаков жизни. Крупные капли барабанили по крыше заброшенного цеха, наполняя помещение шумом ливня. Парень рывком поднял голову и открыл остекленевшие глаза, из которых стекли струйки крови, оставляя капли на бетонном полу цеха, его пальцы механически скребли пол, ломая ногти.
А снаружи всё также шумел дождь, тогда как внутри завода пробуждалось нечто кошмарное.
Новость отредактировал Летяга - Сегодня, 11:58
Причина: Стилистика автора сохранена
Ключевые слова: призрак ливень проклятие кукла травма воспоминания забытое паранормальные явления призраки прошлого вина заброшенный завод яма авторская история