И пришла тьма 2
И пришла тьма 2«Есть вещи страшнее самой смерти»
- Ну, располагайтесь – Алёна показала жестом на спальню: - Кирюша со мной ляжет, ты на полу поспишь.
Алёна слегка улыбнулась: - В зале спать не надо на диване. Все вместе будем.
Я осмотрел квартиру, хотя был уже не в первый раз тут. Комод, шкаф, ковровая дорожка через прихожую до ванной.
- Завтра придумаем план дальнейших действий. Ну, ладно, ребят , ложитесь пока спать, я пойду помоюсь. – сказала Алёна и зайдя в ванную, закрыла дверь.
Я и Кирилл проследовали в комнату, оставив дверь за собой открытой, я зажёг люстру и… через пару секунд лампочки вспыхнули ярче, затем одни так и остались ярко гореть, а другие будто окутал мрак..
«Криииии хррр ххрррээй» – раздалось из прихожей,
Я почувствовал, что меня парализует ужасом, рядом, как изваяние, замер Кирилл, через пару секунд раздался щелчок замка – дверь в комнату закрылась. Сама по себе.
Лампочки вспыхнули в последний раз нереально ярко, и разом погасли, погрузив квартиру во мрак. Сгустившуюся темноту прорезал крик из ванной и звук плещущейся воды, затем на секунду наступила гнетущая, осязаемая тишина, которая давила, душила физически. Я попробовал пошевелиться и не мог. Вновь раздались шаги, шлепки босых мокрых ног. На этот раз уже в комнате, прямо за спиной. «Крииииии» - раздалось со стороны окна. В комнате возникло движение, будто кто-то дёргался: «хррр ххрррээй ээйэхррри». Я скосил взгляд на Кирилла, но… его рядом не было: «Ка… Как???» Передо мной возникла темная фигура с бледным лицом, распущенными перепутанными волосами и красными, выпученными глазами. Со зрением что-то происходило, я начал видеть необыкновенно отчётливо: видел свисающий из открытого рта распухший язык, синюю полосу от верёвки на её шее, лопнувшие кровеносные сосуды в глазах, домашний халат на ней. Ощутил ледяные мокрые руки, сжимающие моё горло… И тьма поглотила всё.
Засветился экран поставленного на зарядку Сашиного смартфона, вместо цифр на экране было: E:nd.
***
В темной квартире была тишина, Нарушаемая лишь звуком льющейся из крана воды, Переливающийся через край ванны и растекающейся лужей по кафельному полу»
В доме напротив зажегся яркий фонарь, осветивший комнату и вырисовавший силуэт молодого человека, лежащего на полу. Юноша дышал сбивчиво, с хрипами, иногда дыхание замирало, по телу пробежала конвульсия. Его левая рука была неуклюже подвёрнута под тело, правая же была вытянута вдоль. Юноша открыл глаз, стеклянные, не выражающие ничего крому пустоты. «Хрээё, хрхрхрхрхр» - раздалось из его глотки. Вытянув левую руку из-под себя, он скрюченными пальцами схватился за стул, подтягивая тело, потом схватился за тот же стул правой, а левой за край стола. Рывок, ещё рывок. Парень поднимался рывками, будто часть мышц атрофировались, будто больной тяжелой формой ДЦП: «Кто…я? Где мой сын… Где…этот…козёл». Оперевшись на шкаф, парень встал и посмотрел в трюмо из зеркала вместо него на парня смотрел женщина средних лет с растрёпанными волосами, фиолетовой полосой от верёвки на шее и с сочащимися кровью глаза. По щеке парня потекли струйки крови из уголков глаз.
Отвернувшись от созерцания жуткого образа зеркале, парень прошёлся в прихожую, его ноги были сухими, но позади него оставалась цепочка мокрых следов. Ели бы в комнате был ещё кто-то, он бы ощутил могильный холод, будто температура понизилась градусов на десять. Шлёпая по полу, парень вышел в прихожую и, подойдя к рюкзаку вытащил распечатки, заголовок на одной из них гласил: «Женщина покончила с собой повесившись в квартире».
Взгляд парня скользнул ниже на текст: «43-летняя жительница догадалась, что супруг ей изменил за несколько недель до Нового года. 49-летний мужчина не стал отпираться и даже извинился, пообещав, что такого больше не повторится. Сначала женщина простила его ради сына, которому уже исполнилось 16 лет. Однако побороть депрессию ей не удалось, женщину нашли повешенной в своей квартире. Полиция допросила супруга погибшей, он признался, что винит себя в её смерти».
Кап-Кап-Кап. Капли крови капали на бумагу, вытекая из глаз парня.
Рука парня непроизвольно дернулась, голова повторила тот же тик, а затем сама повернулась в бок и в сторону под невообразимым углом, молодой человек приложил усилие, чтобы вернуть голову в правильное положение и когда это не удалось, просто взял её руками и повернул так, как и должно быть. Вернувшись в комнату, парень открыл крышку стоящего на столе ноутбука, нажав кнопку «Power», windows загрузился и появилась надпись: введите пароль.
Молодой человек ввёл. «Неправильный пароль. Введите пароль». Парень посмотрел на экран, его голова конвульсивно дернулась, из носа пробежала струйка крови, оставляя капли на футболке. Парень несколько секунд сидел неподвижно, а затем, рывком встав, вышел в прихожую, взяв ключи из комода и открыв дверь вышел в подъезд, а через минуту он уже шагал в сторону больницы, иногда по нему пробегали тики. Дверь в квартиру осталась открытой.
Змеи видят в инфракрасном спектре, улавливая тепло от своих жертв, идущий по улице парень улавливал страх от людей. У кого-то страха вообще не было, в ком-то еле теплился, из кого-то фонтанировал.
«Молодой человек!» - звук донёсся будто из другого мира. – «Молодой человек! Ээээ! Постой!»
Парень остановился, а затем начал разворачивать. Толчками, будто поломанный механизм. Рывок, шаг, шаг, рывок. Перед его взором предстали двое полицейских и если до этого от них не исходил страх, то теперь он чувствовался отчётливо
Полицейские остолбенели, когда увидели развернувшегося к ним молодого человека: всклокоченные волосы, синяя борозда на шее, дёрганные движения, выпученные глаза.
У видавших всяких наркоманов и алкашей полицейских, затряслись поджилки: «Что за?»
- Тебя как зовут? – спросил один из патрульных. Больше ничто в голову не пришло.
- Та… Там… Тамара. Са…ша.
- Куда ты идешь?
-Хррррыыыыы. В. В В боль-ни-цу.
- Вызвать скорую?
Парень развернулся и пошёл прочь.
- Э, постой! - Полицейский в два прыжка настиг парня и схватил его за руку, парень, развернувшись с неестественной быстротой просто прикоснулся к животу полицейского, которого тут же скрутила судорога, от которой патрульный рухнул на асфальт. Свет фонаря, находившегося по близости, вспыхнул неестественно ярко, а затем его будто окутала тьма.
«Тххх-тххх-тххх-тххх» - в голове второго полицейского раздавались странные звуки, он попытался сделать шаг, но оказалось, что не может двигаться вообще. Зрение теряло четкость, предметы размывались… вместо странного парня он уже видел тёмный силуэт женщины с бледным лицом и распущенными волосами, взгляд её сочащихся кровью глаз пронизывал насквозь, будто вынимая сердце. Сердце. Полицейский ощутил жгучую боль за грудиной. «Инфаркт?!» – была его последняя мысль
Парень развернулся и, свернув с улицы пошёл там, где было меньше света.
***
Несколькими часами ранее в приёмное отделение городской больницы прямо с рабочего места была доставлена женщина в состоянии ступора. Она уставилась не отзывалась на своё имя и лишь вздрагивала всем телом от прикосновения. Медицинский персонал решил госпитализировать её в неврологическое отделение, одновременно проводя ряд анализов и сообщив в полицию о странной пациентке. Как её зовут, спросил дежурный невролог, как она назвала себя? Она хоть что-нибудь сказала?
- Марина её зовут. – ответил фельдшер скорой. – Так её коллеги назвали. Она ни слова не сказала.
Не сказала и до вечера, молчала, уставившись в одну точку, когда ей делали компьютерную томографию, молчала, когда за окном загорелись огни.
Марина
Швейная машинка стучала, прошивая строчку за строчкой, ещё строчка и куртка будет готова, можно будет браться за следующую работу. Марина огляделась вокруг – цех ателье оказался пустой. «Курить что-ли пошли или на обед?» - Марина чувствовала себя опустошённой, будто что-то забирало из неё силы. Окинула взглядом свою работу «Я уснула что-ли? Строчки надо переделывать. Нет… Сил. Но где… все. И сколько времени?» - взглянула на электронная часы, которые показывали «ET:LC». «Ну, что за фигня?» - Марина потрясла их и показания на часах сменились на «ГL:FЕ».
«Барахло» - Марина взглянула на настенные часы, в её голове всё так же крутилось: «Где все?» настенные часы показывали 5:25. Утра!
Мысли у Марины были тягучие как мёд, она ещё обдумывала этот факт, когда услышала звук, который тут был совсем не уместен. Шлепки босых мокрых ног по линолеуму. Лампочки в ателье вспыхнули и как-то странно стали светиться: одна, на пределе яркости, другие почти погасли, а затем будто поменялись местами, те, что горели тускло вспыхнули как солнце, а те, что ярко – потускнели.
В углу ателье потускнели все лампочки, за окном был ясный осенний день, но даже солнечный свет поглощался концентрировавшейся в углу тьмой, Марина увидела, как из тьмы выросла фигура женщины, которая медленно направилась к ней. Весь мир будто перестал существовать, были только Марина и… жуткое нечто, серая тень с бледным лицом, растрёпанными волосами и выпученными глазами, которые разъехались в разные стороны.
«Хххррр Эээххрррээиииэээх» - раздавлюсь со стороны тени, будто она пыталась вдохнуть, но не могла.
Марина не могла оторвать взгляд от существа. Голова тени завалилась в бок, обнажая на бледной шее бордовую полосу от верёвки. Шаг, ещё шаг. «Шлёп, шлёп, шлёп» Марина видела распухший язык, вывалившийся из приоткрытого рта, домашний халат. Существо, призрак или кто это ещё, оказалось прямо перед ней. И Марина почувствовала, что в ней что-то ломается, она не могла двигаться, не могла даже скосить глаза. Могла только смотреть в одну точку
***
Виктор
Кап-кап-кап-кап. Виктор прислушался: «что, нахрен за капель?». Выключив телевизор и встав с дивана, он прошёл в прихожую и босыми ногами наступил в лужу: «Что?» Виктор включил свет и увидел, что вода льётся с потолка уже не отельными каплями, а почти что струями: «Твою ммммаааать! Я ж полгода назад ремонт сделал». Дорожка в прихожей напиталась водой как губка, вода собиралась по углам
- Что там? – подала голос из комнаты его супруга.
- Да заливают нас, твою мать. – матерился Виктор, натягивая штаны и футболку «Кто там надо мной живёт? Студентка, как её звать? Алёна. Вежливая, нормальная, всегда здоровается. Что ж потоп-то такой устроила?»
- Будь дома. – велел Виктор жене, а сам, одев тапочки, не закрывая дверь побежал по лестнице вверх.
От увиденного Виктор остолбенел. Входная дверь в квартиру Алёны была открыта. «Вызвать полицию» - промелькнуло в голове, но эту мысль перекрыла другая «Девушка нормальная, вдруг ей стало плохо, вдруг ей нужна помощь здесь и сейчас?». Сделав шаг в темноту квартиры «Не входи, не входи» - стучало в его голове, Виктор щёлкнул выключателем, включившейся в прихожей светильник выхватил несколько листов-распечаток, заголовок на одной из них гласил: ««Женщина покончила с собой повесившись в квартире». Виктор нервно сглотнул. Ванная была прямо перед ним «Вызови полицию, придурок» но ноги сами шли к ванной. Шаг, шаг, шаг. Виктор протянул руку, взялся за дверную ручку, потянул на себя – заперто. Рванул, приложив силу – шпингалет хрустнул и вылетел вместе с шурупами. Вода. Вода переливалась через край ванной, из лейки душа хлестал напор воды. Включив свет, и войдя в ванную, Виктор остолбенел, в ванной лежала Алёна. Она была не живая, тут и медиком не надо быть – безжизненный взгляд, с застывшей гримасой ужаса, отслаивающиеся ногти, белая пена у рта и носа. Виктор развернулся и галопом кинулся в свою квартиру. Вызывать полицию. Он даже не перекрыл краны».
***
Молодой человек подошёл к ограде городской больницы, дёрнулся всем телом и пошёл вдоль ограды, он искал, искал лаз, что пролезть на территорию. Парень не хотел идти через КПП, оно не хотело.
Бурьяне, камни, палки, парень шёл спотыкался, иногда падал, разбивая ладони, но будто игнорировал это все. Лаз. Где-то должен быть лаз. В одном месте, там, куда совсем не дотягивался свет фонарей, он увидел, что прутья забора расположены чуть шире. Осмотревшись по сторонам, юноша боком полез в лаз, его правая рука непроизвольно дернулась, а через секунду он понял, что застрял. Лаз оказался хорош для детей и подростков, но узковат, для уже взрослого человека. Рывок вперёд – ничего, рывок назад – ничего. Секунду побыв в этом нелепом положение, издав гортанный хрип, парень вцепился скрюченными пальцами в прутья забора и с нечеловеческой силой начал пропихивать себя сквозь него, футболка на груди разорвалась, а следом за ней начала сдираться кожа: на груди, спине. Рывок, ещё рывок, ещё рывок. Забор не отпускал его из железных объятий, но воля нечто, вселившегося в парня, было крепче железа. Ещё рывок, раздирая ладони парень пропихнул себя на территорию больницы.
Немолодой охранник сидел на своём посту, на первом этаже третьего корпуса городской больницы и неспешно потягивая кофе, смотрел на мониторы. Скучная работа. Каждую смену одно и тоже: объяснение времени посещения посетителям, объяснение куда и как пройти, а при ночной смене вот так сидеть, тупо уставившись в монитор. «Эх» - вздохнул охранник: «когда же я на пенсию пойду». Он сделал глоток кофе, отвернувшись от монитора на секунду и, по этой причине, не увидел тёмную фигуру женщины с распущенными волосами, которая прошла от лаза в заборе в сторону его корпуса. Охранник протёр глаза и снова взглянул на монитор, разделённый на шесть квадратов, в каждом из которых транслировалось то, что видит камера в определённом месте. По монитору пробежала рябь помех, первый раз, второй, потом экран с показаниями камеры над входом начал искажаться. В какой-то момент, охранник увидел на мониторе видеонаблюдения парня, идущего шаткой походкой ко входу в корпус, но изображение будто смазалось и, это уже силуэт женщины, а через секунду – опять парень. Уже прямо у входа. «Какого хрена?» охранник вышел на улицу и столкнулся с ним лицом к лицу: худощавый парень, лет 18-20, в разодранной футболке, содранной коже и запёкшейся кровью на груди, грязными руками. Охранник почувствовал, как на его лысине зашевелились последний волосы. Они встретились глазами и взгляд охранника утонул в глазах парня. Они были… неестественные, с потрескавшимися капиллярами, и… охранник не мог понять почему ему так кажется, но ему казалось, что в них плескался океан концентрированной злобы. Охранник не видел, что его монитор весь пошёл помехами, не заметил, как фонарь над входом несколько раз ярко вспыхнул.
Парень чувствовал, как от охранника исходи аура страха, теперь он светился ею.
Ужас поднимался из глубины нутра, замораживая кишки и заставляя сердце пропускать удары, охранник понял, что не может сделать ни шагу, слёзы начали заливать его глаза, искажая видимость, на секунду ему показалось, что он видит женщину. Охранник уже не мог сдержаться, он просто заорал, но изо рта не вырвалось ни звука, ноги подкосились под ним и на него обрушился океан тьмы. Парень прошёл мимо конвульсирующего охранника, и встав у стены больницы позвал: «Мама, мама»
«Мама, мама» - Марина услышала это будто сквозь слой воды или земли. Но ни с чем не могла спутать этот голос, голос её сына Кирилла. «Мама».
Марина почувствовала, что ступор отпускает её, будто скованное стальным обручами тело, снова приобретает способность к движению. «Мама, Мама» - голос младшего сына Кирилла доносился с улицы. «Что он тут ночью делает?» — это первая осознанная мысль, которая пришла в голову Марине, она встала и подошла к окну. Но за окном она увидела не Кирилла, а старшего сына Сашу. Марина не замечала странностей, не замечала шлепков босых ног в палате, не замечала, что палата на шесть пациентов вдруг сделалась пустой, не замечала сгущающуюся тень за своей спиной. Не понимала, почему так отчётливо видит сына с четвёртого этажа. Видит его выпученные скошенные глаза, струйку крови, вытекающую из носа. Сочащуюся кровь из разодранной кожи на груди, ободранные руки, даже грязь под ногтями. «Шлёп, шлёп, шлёп. Крииии» раздалось за её спиной. В этот момент она встретилась взглядом с сыном и почувствовала, что что-то ледяное сдавливает её сердце, оглянувшись, она увидела призрака, ту жуткую женщину, которую видела на работе, распухший язык свисал почти до груди. «Тхххх-Тхххх-Тххх» будто чьё-то дыхание раздавалось в голове женщины. Марина даже не могла кричать, её сердце сжал ледяной обруч, толчком затянулся сильнее и ещё сильнее. И ещё.
Пискнул прибор в отделении интенсивной терапии, оповещая врачей о том, что сердце Марины остановилось. Она не вставала с кровати, не подходила к окну, всё это пронеслось в её сознании, все эти образы, в последний момент её жизни. Нечто ввело её в ступор на работе, а теперь окончательно забрало её жизнь. Парень развернулся и пошёл от окна в сторону забора. Постоял у прутьев, но не полез сквозь них, а перелез через забор, его голова непроизвольно дёрнулась раз, второй, третий, но он остановил тик руками, подержал голову в правильном положении и, пройдя через бурьян и кусты, росшие позади больницы, углубился во мрак ночи.
***
Матвей
Уже было за полночь, когда Матвей проводил свою девушку домой, и теперь возвращался в свою квартиру, где жил с родителями на окраине города. На его смартфон ВКонтакте пришло сообщение «Я дома», это значило, что Вика успешно преодолела расстояние от подъезда до квартиры на восьмом этаже и теперь устроилась в своей постельке. Возможно, в обнимку с плюшевым медвежонком. От этого образа Матвей улыбнулся и прибавил шаг. Идти было недалеко, поэтому парень решил не пользоваться общественным транспортом. В свете фонарей летали ночные мотыльки, последние в этом году. Подходя к дому, Матвей увидел кого-то сидящего на порожках, ведущих ко входу в подъезд. «Только наркоманов не хватало» - подумал Матвей, но через секунду, приглядевшись, узнал однокурсника Сашу, того самого, который звонил ему днём раньше на перемене между парами, проверяя телефон.
- Привет, Са… - начал Матвей и осекся, Саша выглядел странно, и это ещё мягко сказано. Грязные ободранные руки, окровавленная футболка, запекшаяся кровь под носом, кровь на лице. – Саш, тебя что побили?
Матвей сделал шаг к другу, ещё шаг, но внутри всё протестовал «Не подходи! Что-то очень не то! Не подходи!». Саша повернул голову в сторону Матвея и от этого движения Матвею стало ещё страшнее, Саша повернул голову так, будто часть его мышц превратились в тросы и не функционировали. Матвей чувствовал, как покрывается гусиной кожей, как встают волосы дыбом на его руках.
Саша чувствовал страх, Матвей в его глазах будто начал светиться в темноте.
«Аххххрррр» - издав нечеловеческий хрип, Саша с неестественной быстротой атаковал Матвея, пытаясь вцепиться скрюченными пальцами в горло.
Фонарь над входом засветился так, будто его мощность повысилась раза в три, осветив кусты сирени и шиповника в палисаднике, а затем, погас.
Матвей успел схватить Сашу за руки, пытаясь остановить, повалить на землю, но Саша давил с тупой настойчивостью поломанного робота. Матвей ударил Сашу коленом по рёбрам, заставив немного отступить, а затем, врезал локтем в лицо, но Саша, или то, что было в нём, утроил натиск, и Матвей понял: его сил не хватит, ему не победить. Саша никогда не был здоровяком, обычный худощавый парень, но сейчас он давил с нечеловеческой силой, лицо Саши исказила гримаса злобы, челюсть пошла куда-то в сторону неестественно сильно, пальцы Саши сомкнулись на горле Матвея с такой силой, что Матвей увидел все звёзды без телескопа, и увидел ещё кое-что – из глаз Саши потекли струйки крови. Стальная хватка сжалась сильнее, и ещё сильнее и… раздался хруст раздавливаемой трахеи, и пальцы тут же разжались. Матвей упал на землю, корчась в судорогах, хватая ртом воздух, он не мог вдохнуть, возможно, ему бы помогла экстренная трахеостомия, но некому было её сделать…
Саша медленно отошёл от конвульсирующего тела, и углубился в ночной мрак дворов, оставляя за собой цепочку мокрых следов босых ног, хотя был в кроссовках.
***
Неверный муж.
Денис проснулся от невероятно кошмарного сна, ему казалось, что кто-то душил его и при этом дышал в уха, даже сейчас, вернувшись в мир яви, он всё ещё слышал это «Тхххх-Тххххх-Тххх» прямо за совей спиной, мужчина огляделся, рядом спала его супруга. Часы показывали 5 утра. «Ладно, пора собираться на работу решил Денис и встал с постели, что-то ещё ему снилось, но что, он не помнил.
Низкое небо вот-вот грозило разразится дождём, Денис полез в свой грузовик, держа в руках накладную – надо развезти получены на продуктовом складе товар по магазинам. Взглянув на накладную в очередной раз, он увидел корявую, грубую надпись, сделанную авторучкой, которой не было секунду назад, всего одно слово: «Скоро». Денис протёр глаза: «Что за нахрен?». Не было никакой надписи, обычная накладная, мужчина осмотрел её с лицевой стороны, оборотной, положил на соседнее сиденье и поехал по точкам.
Он уже год как был на пенсии, но продолжал работать на своей ГАЗели. «Хоть какое-то занятие, а то сидя на печке совсем одряхлеешь, пока человек двигается – он живёт». Повернув за угол, он боковым зрением увидел бросившуюся под колёса женщину – удар по тормозам, выворачивание руля. Скорость была низкой и это спасло его от столкновения с припаркованной на обочине машиной. Выскочив из кабины, Денис осмотрел грузовик, заглянул и под него – никого, и ничего. Покурив, и швырнув окурок на газон, он залез в кабину и поехал дальше. Цепочка следов от босых мокрых ног на асфальте осталась им не замеченной.
Из приёмника в машине сообщали новости о внезапной смерти двух полицейских вблизи центрального рынка, их тела были обнаружены рано утром и не имели признаков насильственной смерти – Денис повернул ручку выключая приёмник, но из динамика раздались хрипы. «Вроде же до упора повернул?» - подумал Денис. «Хрррааээхррр. Эейэхррррр» - от этих звуков внутри Дениса всё похолодело. «Будто удавился кто» - промелькнуло в его голове. Двигатель заглох. Денис повернул ключ зажигания, раз, второй, третий – бесполезно. Выйдя из машины, он открыл капот, затем вернулся в кабину и из-за сидения вытащил ящик с инструментами: «фонарик надо достать», но открыв ящик, он увидел то, что там не могло быть физически – свёрнутый вчетверо лист формата А4. «Как он сюда попал? Я не клал» - Денис развернул его и почувствовал, что ноги стали ватными – это была распечатка, заголовок гласил: ««Женщина покончила с собой повесившись в квартире». А далее был текст: «43-летняя жительница догадалась, что супруг ей изменил за несколько недель до Нового года. 49-летний мужчина не стал отпираться и даже извинился, пообещав, что такого больше не повторится. Сначала женщина простила его ради сына, которому уже исполнилось 16 лет. Однако побороть депрессию ей не удалось, женщину нашли повешенной в своей квартире. Полиция допросила супруга погибшей, он признался, что винит себя в её смерти». Денис почувствовал, как его ладони покрываются липким потом, как пот стекает по ложбине спины. Эта новость про него, про него. Про то, что случилось семнадцать лет назад. «Это что, кто-то пошутил? Кто-то поиздевался? Как это оказалось в моей машине?» – мысли водили хороводы в его голове. Из динамика приёмника снова раздались хрипы, Денис взглянул на него и увидел, что на табло, показывающем радиочастоты высвечиваются странные символы, они сменяли друг друга как в калейдоскопе: ET:LC, ГL:FЕ, FO:PH, FE:ГJ но затем, моргнув сложились в слово: E:nd.
Издав протяжный стон, Денис вытянул из-под сиденья монтировку и со всей силы долбанул по приёмнику, табло которого разлетелось стеклянными брызгами. Положил монтировку у ног, провел руками по редеющим волосам.
Первая капля упала на землю, вторая, третья…- нависающее низкое небо всё-таки разразилось мелким дождём, Денис ещё минуту постоял возле машины, а затем залез в кабину, попробовал завести двигатель – безрезультатно. А за окно мелкий дождь шумел по ещё зелёным кронам деревьев. «Крииииии. Иииииии» - услышал Денис странный звук, будто гвоздём царапали стекло, а затем, его волосы вообще встали дыбом, на лобовом стекле, сами собой появлялись четыре царапины. Одновременно. Будто кто-то царапал стекло… ногтями. Или когтями. Денис, чувствуя, что сердце пропускает удары, протянул руку и коснулся их и, от того, что он ощутил, его сердце чуть не остановилось. Они были со ВНУТРЕННЕЙ стороны стекла, тот, кто их нанёс, невидимкой сидел с ним в кабине, прямо на пассажирском сидении. Денис, едва нащупав ручку двери, нажал на ней и кубарем, ногами вверх, вывалился из кабины, после чего побежал по улице, под усиливающимся дождём, не сразу заметив, что улица совершенно пуста: ни машин, ни прохожих не было. Свернув за угол, где должен был быть продуктовый магазин, он увидел длинную улицу, по бокам которой росли пирамидальные тополя. «Что за…? Свернул не туда» - решил Денис разворачиваясь и побежав обратно к машине, но очутился перед магазином, к которому направлялся две минуты назад. «Хожу кругами» - пронеслось в его голове: «Блуждаю в трёх соснах». Дождь, тем временем, превратился в сплошную стену воды. Оглянувшись назад и повернувшись снова к магазину, он увидел… Тамару. Свою жену. Которую любил, которой по дурости изменил, и которая, не справившись с ударом от его измены, повесилась семнадцать лет назад. В своей квартире, искупавшись перед смертью. Которая позвонила ему на работу и сказала о своём намерении. Он бежал, бежал домой, звонил соседям. Старался успеть. Он опоздал. Она была такой, какой он её запомнил в последний день
«Тамара, прости» - хотел выдавить Денис, но не смог выдавить из себя ни звука.
С Тамарой, тем временем, происходили жуткие метаморфозы: кожа на её лице приобрела синюшный оттенок, волосы пришли в движение и сами по себе спутались самым невероятным образом, глаза покрылись точками от лопнувших капилляров и разошли в стороны, один смотрел вверх, второй вбок, лицо перекосила гримаса невыносимой муки и злобы одновременно, на шее отчетливо проявилась фиолетовая борозда, на плечо свисал обрывок верёвки. Изо рта, с неестественно вывернутой челюстью вывалился распухший язык. «Бежать, бежать, бежать» - стучало в голове Дениса, но он не мог бежать, его будто приковало к месту. Дёрганной походкой мертвая Тамара направилась к нему. Собрав всю волю в кулак, и издав нечеловеческий хрип, Денис смог развернуться и побежать к гаражам, а в его голове стучало: «Это не ты вырвался. Тамара отпустила. Чтобы дольше мучился». Добежав до гаражей, держась за сердце, Денис оглянулся назад – никого.
Но кошмар и не думал заканчиваться. Из-за гаража вышел молодой парень… который выглядел ненамного лучше призрака Тамары: рваная футболка, разодранная кожа на груди, изодранные руки, грязь под ногтями, мокрые слипшиеся волосы. Денис отступал назад, а парень медленно шёл на него «шлёп, шлёп, шлёп» раздавались шлепки босых ног по линолеуму, хотя парень шёл в кроссовках по грязи.
Парень чувствовал страх, исходящий от Дениса, он извергался из него как лава из вулкана Кракатау.
Оказавшись по разные стороны большой лужи, Денис скосил глаза вниз: в отражении в воде была мёртвая Тамара. Перед ним стоял жуткого вида парень, а отражалась Тамара. Держась за сердце Денис попытался убежать, но ноги разъехались по грязи он шлёпнулся в неё лицом, подняв тучу брызг. Парень схватил Дениса за ногу и поволок за гаражи. Денис весил почти сто килограммов, но это не стало существенным препятствием для напавшего, упираясь и дыша с хрипами, парень тащил его за гаражи. В какой-то момент воздействие прекратилось. Больше никто не тянул. Денис, насколько мог, огляделся. Дождь продолжал лить как из ведра. Денис медленно встал и уперся взглядом в этого жуткого парня. Он стоял прямо пред ним, за спиной парня была витрина магазина, в которой… отражалась мёртвая, жуткая Тамара и Денис. Денис чувствовал, как ЭТО проникает в него, «Тхххх, Тхххх, Тхххх» - раздавалось в его голове напряженное дыхание Тамары, не понимая до конца что делает, Денис вытаскивал брючный ремень, Длинный и узкий. Сделал петлю, привязал конец к перекладине турника, стоящего рядом с гаражом, и просунул в неё голову. «Тххх, Тхххх… Крииииииии» Скрежет резал уши, вызывал боль в животе, которая нарастала с каждой секундой, глаза парня, красные от полопавшихся капилляров с разной формы зрачками были полны злобы… и боли. «Крииииии» - будто вырезают кишки, будто лопнул аппендицит. Ноги Дениса подкосились, петля из ремня сдавила шею, Денис захрипел, перед глазами заплясали разноцветные круги. Парень развернулся и пошёл вглубь дворов.
Налетевший южный ветер разогнал дождевые облака атлантического циклона и, вышедшее из-за облаков солнце осветило двор. Взорам жителей дома, располагающегося напротив гаражей, открылась жуткая картина: удавившийся мужчина, он удавился подогнув ноги, которые сейчас были в грязной дождевой луже, в скошенных в сторону глазах виднелись красные точки полопавшихся капилляров, изо рта вывалился язык.
***
Людмила.
Люда, уже не молодая, предпенсионного возраста женщина, сидела в квартире перебирая старые фото. Фото со своим мужем, который в данный момент был на работе. Фото их первого свидания. Затем были фото с их сыном Максимом. Маленький тут, в садик ходил, шесть лет было. Сидит, обнимая корзинку, в которой какая-то игрушечная птичка, кукушка, наверное, и цветы. Фото с моря, подрос уже Максимка. А вот фото с работы. Коллеги. Взгляд задержался на одном мужчине – Денис. Глупый роман был, мимолётный. Бестолковый. У него жена. Была. У меня – муж. И сейчас есть. Зачем встречались? И эта Тамара, взяла и повесилась… Хотя, как хорошо-то было с Денисом. Люда поднялась и пошла на кухню приготовить себе перекус, открыла холодильник, достала оттуда помидоры и огурцы, листья салата. Быстрыми движениями на доске начала это всё измельчать, она не заметила, что микроволновка показывает что-то странное, вместо времени: «39:НЕ»
Люда почувствовала, что на кухне стало жарковато. «Ну, да, эта осень самая жаркая на моей памяти, да ещё этот дождь духоты добавил». Люда почувствовала стеснение в груди, воздух казался спёртым, отложив нож, она подошла к окну и открыла створку на всю, чтобы впустить побольше свежего воздуха, шум улицы, ворвавшийся в квартиру, заглушили звуки шагов, доносящиеся из прихожей, будто мокрыми босыми ногами по линолеуму. «Воздуха не хватает, побольше воздуха» чувствуя нарастающее удушье, Люда подошла к окну, голова начала кружиться, грудь будто стягивал обруч «Криииииии» раздалось в квартире. «Что? Что? Это». Люда глубоко вдохнула, раз, второй, третий… И в какой-то момент, осознала, что она больше, чем наполовину высунулась из окна. А уже через долю секунду гравитация начала брать верх, Люда судорожно схватилась скрюченными пальцами за штору, но она сорвалась с крючков. Небо и земля несколько раз поменялись местами, а затем резкий удар. Треск. Темнота.
Её тело треснулось об землю в нескольких метрах от стоящего парня в разорванной черной чёрной футболке с мокрыми волосами. Парень посмотрел на неё безжизненным взглядом, из его правого глаза стекла струйка крови. Посмотрев ещё секунду на это месиво из плоти и костей, в какой превратилась упавшая с восемнадцатого этажа женщина, он развернулся и пошёл в сторону многоэтажек вглубь микрорайона, оставляя за собой цепочку мокрых следов. Иногда его передергивала судорога.
***
Антон.
Вечерние сумерки опускались на город и вдоль автомобильных дорог зажглись светильники наружного освещения. Час-пик уже давно миновал и движение через мост с одного берега на другой было не слишком интенсивным, даже, пожалуй, неинтенсивным. Три с половиной километра прямой как стрела дороги, включавшей и улицу, и мост.
Автомобиль «Тойота» свернул с проспекта, который уже вовсю сиял вечерними огнями и поехал по длинной и прямой дороге. Антон рулил, но внутри у него была полная сумятица. Час назад ему позвонили из полиции, сообщив, что его отец покончил с собой, повесившись на турнике. «Зачем? Ведь у него все нормально было» - нет, особой любви у Антона к отцу не было. После того, как он наставил матери рога, а она, не пережив это, повесилась у себя в комнате, он, Антон, отца просто тихонько ненавидел. Ненавидел, но не радовался его смерти. Почему-то, наоборот, ощутил опустошение внутри, смятение. Сразу же после происшествия с мамаой, его забрали бабушка с дедом – они и воспитали.
Машина катилась по прямой и незаметно для Антона набирала скорость, стрелка спидометра показывала 70 км/ч, но судя по мельканию столбов за окном, там было уже все 150 км/ч. Отец пытался что-то объяснять, плакал, раскаивался, на что Антон прокричал: «Просто верни мне маму, тогда прощу!» «Хрр, хрррэээх» - услышал Антон позади себя. «Что за звуки?» - оторвав взгляд от дороги и взглянув мельком в зеркало заднего вида, Антон увидел тёмную тень с распущенными волосами и красными выпученными глазами на заднем сидении. Осознать этот факт мужчина не успел, руль рванулся в его руках сам по себе, Антон вцепился в него, пытаясь вернуться прямое положение, но сила, тянувшая руль в бок, была сильнее. В разы сильнее, Тойота, проломив ограждение моста, рухнула в тёмную мутную воду реки, Антон пытался открыть дверь, разбить стекло, но машина медленно наполнялась водой. Несколько мгновений автомобиль был на плаву, а затем неумолимо ушёл на дно. Воды сомкнулись над ним.
***
Саша.
Саша остановился на дамбе ведущей к реке, его голова была повёрнута влево. Очень сильно повёрнута, Саша взял её руками и повернул в правильное положение. Он видел, как автомобиль «Тойота» проломив ограждение моста, рухну в реку и теперь медленно погружался в мутный воды реки. Саша передёрнулся всем телом, раны на его груди и спине, оставленные ржавыми прутьями забора, через которые он протискивался, начали воспаляться, края приобрели бардовый цвет, ноги в кроссовках были стёрты до кровавых мозолей, но он почти не чувствовал боли. Он вообще ничего не чувствовал, иногда его накрывала злоба, которая прорывалась наружу, иногда наступала звенящая пустота.
Он пошёл по дамбе, чувствую нарастающую слабость. Из его носа потекли струйки крови, оставляя яркие дорожке на каменной дамбе. Шаг, ещё шаг. Саша почувствовал, что всё… Сил больше нет. Мир в его глазах терял четкость, расплывался. Он сел, а затем лёг на дамбе, по его телу несколько раз пробежала судорога, в последний раз сотрясся всё его тело. Вдох с хрипом, вдох, ещё вдох…
Вдохов больше не было. Засветились давно выключившиеся смарт-часы на руке Саши, на экране которых отобразилось «E:nd». От бездыханного тела парня по дамбе вела цепочка следов от мокрых босых ног, которая внезапно обрывалась.
Новость отредактировал Estellan - Сегодня, 21:56
Причина: Стилистика автора сохранена.
Ключевые слова: Дух месть злоба неверный муж проклятие проклятая квартира страх призраки японский фольклор онрё одержимость вода ярость авторская история