Марионетка. Часть шестая

Не нужно быть гением, чтобы увидеть обман. Более того – надо мной издевались. Кот, прежде чем убить мышонка, сперва с ним поиграет.

– Что с Вадиком и Сашей? – я надеялся, что мой голос звучал уверенно, но внутри у меня все сжималось от ужаса.

– О, о них не беспокойся, – сказал голос, – они ждут тебя внизу. Не заставляй их ждать.

Послышалось что-то вроде электронного смеха.

– Ты ведь Дима? Или то, что хотело быть на него похожим? – Тишина. – Что вы сделали со Стариком? То есть... э-э-э... Павлом… Николаевичем?

– Тебе не говорили, что трогать чужое неприлично, крысеныш? – слышалось явное раздражение. – Ты думаешь, мы не сможем достать тебя? Может, мой так называемый отец и сделал себе убежище, когда его разум еще был чист, но эта дверь отнюдь не является неприступной. Мы тебя достанем, мы вскроем эту консервную банку и достанем. У тебя еще есть шанс выйти добровольно и тогда сможешь уйти. Друзья останутся здесь, но ты уйдешь невредимым. – После небольшой паузы голос елейно промурчал: – Я обещаю.

– Я тебе не верю. И добровольно не сдамся. Хотите меня достать – ломайте дверь.

Я понятия не имел, получится ли у них пробиться внутрь. Дверь выглядела очень крепкой, но у всего есть предел прочности. Полагаю, это лишь вопрос времени.

– Твой выбор, – спокойно, но с еле уловимым недовольством бросил странный голос. – Начинайте.

И в эту же секунду дверь стали сотрясать мощные удары. Задрожали стены, из шкафа падали книги, осколки стекла позвякивали в такт ударам. Был слышен хруст ломающейся древесины – деревянные твари приносили свои тела в жертву, используя их в качестве живых снарядов.

Я стоял посреди комнаты, в голове хаотично метались мысли. Я не мог бездействовать, но и не знал, что предпринять. В окно не выпрыгнуть – там решетка. Да и куда я пошел бы в темноте? Я могу бороться. Могу ли? Кого я обманываю, мне не выстоять против них. Какие еще есть варианты?

Я схватил подсвечник и заходил по комнате, освещая все, что попадалось на пути в надежде найти что-то. Что-нибудь такое, что зажжет лампочку у меня в голове при взгляде на это, и я скажу «эврика!».

Ничего, кроме кучи бесполезных вещей, на глаза не попадалось. Дверь тем временем продолжала сотрясаться и я, кажется, увидел первые трещины. Раздался хруст, но в этот раз он был на моей стороне – дверь-таки поддалась.

Часто случается, что не можешь найти предмет, находящийся у тебя прямо в руках. То же произошло и со мной, когда я понял, что у меня есть огонь и я могу сжечь деревянных тварей. Только вот дом тоже был из дерева, а я и, предположительно, мои друзья находились внутри него. Но иного выхода я не видел. Нужно сделать хоть что-то.

Мой план был прост: накидать тряпья у двери и попытаться поджечь его. Если это не убьет тварей, то уж точно отпугнет. И когда я подошел к шкафу, чтобы выгрести оттуда всю одежду, очередной удар выбил из двери приличный кусок. Через образовавшуюся брешь я увидел с десяток пар синих точек, пронизывающих темноту коридора.

"Боже, их так много…" – прошептал я.

В горле пересохло и от ужаса мое тело парализовало. Я был загипнотизирован их автоматизмом: одна за одной твари разбегались по коридору, набирая скорость, и всем телом сумбурно атаковали дверь, после чего становились в очередь. И так по кругу. Снова и снова. Я заметил, что не все они сделаны из дерева. Большинство, но не все. У одной твари туловищем служила ржавая бочка, вместо рук были костыли с ножами на концах.

Поодаль стояла небольшая фигура, наблюдая за процессом. Лица в темноте не было видно, но силуэт выглядел вполне нормальным, не было и намека на непропорциональное уродство, как у остальных. Если бы не светящиеся призрачным светом глаза, можно было бы подумать, что это обычный ребенок.

Видимо, это он со мной говорил. Он был самым первым.

Твари продолжали атаковать дверь и в ближайшее время она грозила рухнуть. Я вышел из ступора и стал выбрасывать вещи из шкафа, пробираясь все глубже, будто собака, роющая землю. У дальней стены стоял чемодан, я выбросил и его – и обомлел. На меня уставилось сморщенное лицо с широкой улыбкой. За разбитыми очками искрились каким-то безумием голубые глаза.

"Вперед! В кроличью нору!" – торжественно объявил человек и скрылся в черном квадрате.

От неожиданности я на мгновение потерял способность думать, но быстро сообразил, что передо мной находится тайная дверь, ведущая неизвестно куда. И что это был за человек?

Где-то за моей спиной вовсю хрустела древесина и скрипела выворачиваемая сталь. Что ж, впереди есть хоть какой-то шанс выжить, позади же – мерзкие твари, жаждущие меня убить.

И я нырнул вслед за незнакомцем.

Мне с трудом удалось протиснуться в узкий проем. В какой-то момент я застрял и меня охватила паника, я живо представил, как твари врываются в комнату, повсюду летят щепки разлетевшейся двери, пальцы-гвозди впиваются в мое тело, руки-ножи кромсают его, а я ору от боли… Но, сделав усилие, я ввалился в темное пространство и застрял еще раз – с двух сторон меня сильно ограничивали стены. Повозившись словно червь в грязи, я встал на ноги, квадрат, через который я попал сюда, был на уровне груди. Я сунул в него руку и взял подсвечник, что оставил на полу в шкафу – хоть какой-то источник света. Затем я быстро закрыл дверь, – это мне удалось с трудом, так как весила она никак не меньше пятнадцати килограмм – и сразу же задвинул щеколду. Я почувствовал себя в относительной безопасности. Стальная, массивная дверь (хоть и побитая многолетней коррозией) точно не пропустит сюда этих ужасных монстров.

Я обнаружил себя прижатым по обе стороны стенами, что образовывали очень узкий коридор, уходивший вдаль. Свет от свечи плясал на отсыревших стенах, ноги мягко погружались в гнилую древесину, пахло плесенью и еще чем-то, от чего в носу щекотало. Я прикинул планировку дома и понял, что нахожусь между двумя комнатами, в этаком потайном пространстве. На ум тут же пришли романы о древних замках, наполненных призраками, где потайных ходов и тайных комнат было больше, чем общедоступных.

Эти воспоминания нагнали на меня тоску. Та жизнь казалась теперь такой чужой, такой недоступной. Я, зарывшийся в глубины пледа с книгой и фонариком, теперь был недосягаемо далеко. Остался лишь я, раненый, напуганный, потерявший надежду и друзей, заблудившийся в неизведанных глубинах старого дома. Дома, в котором загадок оказалось гораздо больше, чем кто-либо мог предположить.

Взмахом головы я вытряхнул ненужные мысли и осторожно, хромая, побрел по коридору. Рана в ноге давала о себе знать, но пока боль была терпимой.

Очень скоро пол наклонился и стал спускаться. Стены давили все сильнее, мне приходилось буквально протискиваться между ними. Я слышал приглушенные разговоры и гулкие шаги где-то вдалеке. Пол вновь выпрямился – я оказался на первом этаже, по-прежнему спрятанный в стенах. Тут стало просторнее, попадались ответвления, через которые, я полагал, можно было попасть в другие комнаты. Я шел по следам, оставленным незнакомцем, вдалеке мелькнул его силуэт и от неожиданности я вздрогнул, чуть не выронив свечу.

Основной коридор плутал и вскоре снова стал уходить вниз – по всей видимости, мы шли в подвал.

Честно сказать, я восхищался проделанной работой. Неужели все эти катакомбы внутри дома построил Старик? Если так, то выходит, он подозревал, что из его сделки с типом из сна (другого мира?) могло выйти что-то, что мы имели сейчас. Зачем он вообще пошел на такой риск?

На последний вопрос ответа не требовалось – он хотел вернуть сына, а посему риска в его понимании не существовало в принципе.

Вскоре коридор значительно расширился и передвигаться стало очень удобно. Теперь я шел уже по вполне нормальному коридору, потолок, правда, все еще был низковат, но зато появились двери и комнаты. Однако я все еще находился в катакомбах, на тайном уровне дома.

В самой дальней комнате мерцал слабый свет, я направился туда.

По небольшой комнате в полумраке метался человек, что-то перетаскивая из угла в угол. Первое, что бросилось в глаза, – стены, увешанные шкурами разных зверей. У дальней стены на полу лежал ветхий матрас, чуть поодаль – нечто, отдаленно напоминающее стол, на котором теплилась свеча. В углу – бочка, в которую с потолка капала вода.

– Здравствуйте, – неуверенно начал я. Незнакомец замер, в один прыжок пересек комнату и схватил меня за плечи.

– Ты! Тебя-то я и ждал! Проходи, проходи, присаживайся! – Незнакомец завел меня в комнату и вежливо указал на пол. Он смотрел мне в глаза, широко улыбаясь гнилыми зубами. Волосы патлами спадали на плечи, а в густой бороде копошились жуки.

Однозначно, он был нездоров. Рассудок давно покинул этого человека. И – невероятно! – в чертах его лица я узнал того самого симпатичного юношу, смотревшего на меня с черно-белого снимка. Передо мной стоял Старик. Выходит, Саша соврал насчет его смерти. Но зачем?

– Павел Николаевич? Это вы?

Старик, услышав знакомое имя, вздрогнул и на секунду обомлел.

В моей голове вертелась туча вопросов, на которые мог ответить этот человек. Если, конечно, еще что-то помнил.

– Как это все произошло? Почему вы здесь?

Старик отвернулся и быстро подошел к столу, что-то делая и бубня себе под нос неразборчивую белиберду.

– Мои друзья здесь… Они живы? Вы их видели? – спросил я, подойдя к Старику.

–Здесь, здесь, – Старик улыбался. – Они все здесь. Все всегда здесь. Их двое. Скоро не станет ни одного, – он задорно хохотнул. – Если меня поймают.

– Что? Что вы имеете в виду?

– Два часа и тридцать минут. Это время зла. Это время, когда они приходят… тролль забирает козлят. Скоро им понадобятся новые оболочки, – Старик уставился на меня стеклянным взглядом, от которого внутри все похолодело. – Тогда они придут за мной. Будут меня искать. Но сюда им не попасть. Теперь нас двое и ты мне поможешь.

У меня голова шла кругом от этого бреда. Я ничего не понимал.

– В прошлый раз меня поймали на охоте. Я проверял силки в лесу и тут – р-р-раз! – он ударил кулаком по ладони. – Но теперь на охоту ходить будешь ты, меня они не достанут. Я больше не… больше не… не стану. Нет, нет, нет.

Старик семенил по комнате, будто не замечая меня. Казалось, будто он чем-то очень занят, но все, что он делал, так это перекладывал вещи с места на место.

– Да объясните же вы все нормально! – закричал я в отчаянии.

Я собирался снова задать вопрос, но старик очень быстро и довольно проворно подбежал ко мне и принялся шипеть, при этом ударяя указательным пальцем себе по губам.

– Пожалуйста, не кричи! Они услышат… они не должны знать, где я. Пожалуйста, не кричи. Только не кричи…

– Расскажите мне, что произошло, когда вы вернули Диму? Может, у меня получится спасти своих друзей, если я буду знать, что это за твари. Как их победить? Хоть что-то?

Имя сына вернуло лицу Старика осознанность, взгляд его прояснился и, казалось, теперь передо мной стоял вполне себе обычный пожилой человек.

– Дима… – прошептал он. И начал свою историю.

Странное существо, приходившее во снах. С него все началось. И им закончилось. Оно пообещало унять боль, мучившую Старика, и предупредило, что придется заплатить большую цену. Старик согласился.

Но будучи инженером, он привык просчитывать все наперед, поэтому-то и купил разваливающийся дом вдалеке от людей и отстроил его заново. Немного сузив при этом комнаты, чтобы в образовавшихся пустотах оборудовать катакомбы.

– Я… я просто знал, что так нужно. Странно, да? Но я знал.

Он выкрал Тенебрис, древнюю книгу темной магии, нашел нужную информацию и его уверенность пошатнулась.

«Чтобы мертвый вернулся в мир живых, живой должен уйти в мир мертвых».

Но и тут не все было гладко. Душа хоть и вечна, тело же смертно. Его сын не мог вернуться в свое прежнее тело, так как оно гнило в земле, но также и не мог попасть в чужое тело, потому как оно отвергло бы его.

Выход нашелся сам собой: магазинчик Старика.

Он долго время занимался работой по дереву (стало понятно, откуда взялся тот отличный стол), делал все: от мебели и игрушек, до сувениров и скульптур. Поэтому Старик пришел в так и не открывшийся магазин и нашел на пыльном складе деревянную болванку с пропорциями детского тела. Он планировал сделать из нее Буратино, так как надеялся, что из-за узнаваемости персонажа его можно будет продать подороже.

Долгие дни он кропотливо работал над болванкой, придавая ей все более человеческий вид: лицо, волосы, одежда. И… небольшой отсек в области груди, этакий ящичек.

Пауза затянулась, Старик опустил голову.

– Для чего он нужен? – меня распирало любопытство.

Сквозь слезы Старик прошептал:

– Для сердца. Для чего ж еще?

«В мертвом теле должно биться живое сердце» – говорила книга.

– Мне пришлось убить, – старик сильно замотал головой, рыдая. Слезы струились по его лицу, попадая в морщинки. – Мне очень жаль. Я не имел права, но мне пришлось. Я пробовал кошек, собак… но ничего не выходило. Нужен был ребенок. Я знал это с самого начала, но не хотел верить.

От омерзения меня передернуло.

Положив окровавленное сердце в отсек на груди деревянной копии сына и прочитав заклинание из книги, Старик увидел чудо: безжизненный ранее кусок дерева начал двигаться и говорить.

Но потом что-то пошло не так и Дима стал другим: он был злобен, жесток, требовал сделать ему друзей. Старик решительно отказывал и тогда его сломали…

– Существо из сна… оно что-то сделало с моей головой, понимаешь? Заставило думать, будто это мой сын, мой дух был очень слаб и я не смог бороться с ним.

Сумасшествие прогрессировало и вместе с этим терялся его дар творца, каждая болванка все меньше походила на человека и приобретала безумные черты, отражающие безумие ее создателя. Все кончилось тем, что для их создания использовалось все, что попадалось под руку. Так и появились монстры.

– Сколько их сейчас?

Старик глубоко задумался.

– Пятнадцать или двадцать. Трудно сказать.

По моему телу будто пустили разряд электричества. Двадцать детей было убито в этом доме! Уму непостижимо. Да, не всех убил он и не всегда он делал это осознано, но тем не менее он самый настоящий убийца.

– Это не был мой сын. Теперь я это знаю. Каждый раз приходили какие-то… сущности. Не из мира мертвых, понимаешь? Я думаю, их послало существо, что связывалось со мной во снах. Но потом оно ушло, уже многие годы ему на меня плевать, – на лице Старика появилась нездоровая улыбка. – Эти монстры, они хотят лишь множиться и убивать. Для этого им нужен я. Они приносят козлят – я забираю их жизни и отдаю монстрам, – его лицо просияло. – Но теперь этого не будет! Ведь ты пришел ко мне на помощь. Я научу тебя охоте, а сам буду сидеть тут. Они меня больше не поймают. Ни за что!

– Я не останусь, – запротестовал я. – Я должен спасти друзей.

– Но ты не можешь… Ты… ты…

– Могу. Покажите мне, где их держат.

– Нет, они поймают меня. Ты что, совсем ничего не понимаешь, глупец?! Пока я здесь, твои тупые друзья будут жить, их сердца будут биться в ожидании новой оболочки. Если я выйду, умрет еще много детей! – в глазах Старика горела злоба. Затем он немного успокоился и вернулся к несуществующим делам, переходя из угла в угол.

Во мне закипела ярость. Мне было жалко этого бедного мужчину, но теперь от жалости не осталось и следа. В конце концов, он убийца! Но больше всего меня раздражали его трусость и малодушие.

– Ладно, сидите здесь, в этой яме! А я пойду и попытаюсь сделать хоть что-то, пусть и умру, – я не мог поверить, что говорю такое, но мне действительно было плевать на свою жизнь. Я попал сюда по глупости, но именно я затащил сюда Вадика. И я не хотел, как Старик, избегать ответственности за свои поступки, отсиживаясь в стороне.

Старик смотрел на меня, его губы шевелились, но он ничего не говорил. Трясущимися руками он перебирал что-то в воздухе и топтался на месте.

Я развернулся и пошел обратно. Поплутаю немного, но когда-нибудь выход должен найтись, верно?


Новость отредактировал A.Norton - 14-07-2018, 00:58
Причина: Стилистика автора сохранена.
14-07-2018, 00:58 by Mr. DПросмотров: 514Комментарии: 0
+5

Ключевые слова: Дом ночь подросток монстры старик подземелье катакомбы творческая история авторская история

Другие, подобные истории:

Комментарии

Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.