Проклятие побирушки
Я тогда в школе учился. Жил с бабкой своей, Агафьей.Она баба была бойкая, всех в округе знала.
Как-то вечером ковырялся я во дворе с дедовским мопедом. Темнело уже, холодало крепко. И тут слышу от калитки голос тонкий, дребезжащий:
— Что ж ты в потемках сидишь, милок?
Оборачиваюсь — стоит старуха. Я ее сроду не видел. Сгорбленная, в старом драном платке, смотрит на меня черными, как пуговицы, глазками и ухмыляется.
— А бабка твоя где? — спрашивает.
— Дома, — говорю. — Позвать?
— Не надо. Ты ей передай, что Глаша заходила. И скажи... пусть должок готовит. Я в четверг приду забирать.
Развернулась и пошаркала по снегу в сторону озера. Я еще постоял, посмотрел ей вслед. Показалось странным, что она следов на снегу почти не оставляет.
Зашел в дом, поел и рассказал бабке про гостью. Она как имя услышала — ложку выронила. Побледнела, как мел, схватилась за голову и завыла. Реально завыла, раскачиваясь на табуретке. Я испугался, начал трясти ее: «Да кто это такая?!»
А она смотрит сквозь меня пустыми глазами и шепчет стишок. Жуткий, монотонный, из старых книжек:
"Вечерело, в небе звезды,
На дворе мороз крепчал.
Шел по улице малютка,
Посинел и весь дрожал..."
— Она пришла, Вадимка, — сказала бабка, и губы у нее затряслись. — Она ту зиму вспомнила.
Позже я узнал правду. Эта Глаша была деревенской нищенкой еще после войны. В одну лютую зиму она пришла к дому Агафьи просить кусок хлеба для своего голодного внука-сироты. А бабка моя тогда жила справно, но была жадной. Она Глашу на мороз выгнала, а пацана этого, который от голода ледяные сосульки грыз, еще и матерным стишком передразнила. Вот этим самым: «Шел по улице малютка...»
Глаша с внуком той же ночью замерзли насмерть в старом сарае на краю деревни. А перед смертью Глаша прокляла этот дом.
Всю следующую неделю Агафья сходила с ума. Она драила дом, стирала занавески, как будто к похоронам готовилась. И всё время, как заведенная, шептала этот проклятый стих про замерзающего малютку.
В среду вечером она надела чистое платье, легла на кровать и сказала мне: «Уходи из дома, Вадимка. Уходи к соседям ночевать. Иначе и тебя заберет».
Я, дурак малолетний, не послушал. Думал, у бабки крыша поехала от старости. Уснул в соседней комнате.
Ужас начался в три часа ночи.
Сначала резко упала температура. Печка была натоплена, но в комнате стало так холодно, что изо рта пошел густой пар. Окна покрылись толстым слоем морозного узора изнутри.
А потом я услышал хрип в бабкиной комнате.
Я вскочил, подбежал к двери и заглянул в щель. Бабка Агафья лежала на кровати. Она выгибалась дугой, ее лицо стало синим, губы потрескались и кровоточили, как от жесточайшего обморожения. Она хватала ртом воздух, но ее горло было перекрыто ледяным спазмом.
А в изножье ее кровати стояла та самая старуха Глаша. Рядом с ней стоял маленький, полупрозрачный мальчик в лохмотьях. Глаша смотрела на мою бабку, ухмылялась и медленно, с садистским наслаждением, читала тот самый стих:
«Вечерело... В небе звезды...»
Бабка хрипела, рвала на себе ночную рубашку. Ее кожа буквально чернела от стремительного некроза тканей, вызванного абсолютным, нечеловеческим холодом. Врачи потом сказали, что у нее полопались все внутренние органы от резкого перепада температур. Она умерла в диких, немыслимых муках. Она замерзла заживо в натопленном доме.
Когда бабка испустила последний булькающий вздох, Глаша медленно повернула голову к двери. Прямо на меня. Ее черные глаза сверкнули во тьме.
Она сделала шаг в мою сторону и начала:
«На дворе мороз крепчал...»
Я не помню, как выбил окно. Я выскочил на мороз в одних трусах и бежал по снегу до соседского дома, обдирая в кровь ноги.
Меня спасли соседи. Я отделался тяжелой пневмонией и отмороженными пальцами на ногах. Я выжил.
Но каждый год, когда наступают зимние холода, я не могу спать. Как только начинает трещать мороз на улице, я слышу, как где-то за окном скрипит снег. Шаркающие старческие шаги. И тонкий, дребезжащий детский голос тихо напевает:
«Шел по улице малютка...»
Она ждет, пока я доживу до возраста моей бабки. И она обязательно придет закончить свой стих.
Новость отредактировал Летяга - Сегодня, 16:48
Причина: Стилистика автора сохранена
Ключевые слова: Мороз бабка снег авторская история