Генеральша

Эту историю мне рассказал мой дедушка, а ему, в свою очередь, его дядя, ныне покойный, Лука Егорович Харламов.

Когда я не могу заснуть, я вижу себя в подводной лодке, лежу я, Лука, там на кровати, а лодка на грунте, 300 метров воды над головой и ещё шторм. Прежде, глядючи на эту картину, я быстро засыпал, а теперь стало не до сна... теперь мне кажется, что из меня вынули душу и скормили её собакам. А всё из-за неё, из-за Фаины Марковны.
Началось это в конце 30-х годов, аккурат перед войной. Жили мы тогда с женой в одном городке на Волге. 40 тыс. населения, четыре трамвайные линии, магазинчики, конторы, вывески, рынки, сады, церкви, пристань, новый кинотеатр.
Жили хорошо, в большом бревенчатом доме над кручей. Сидишь летом в саду, пьёшь чай с мёдом и вниз смотришь, как буксиры по Волге баржи тянут, и так красиво. А какие закаты!.. А заволжские дали - леса в сиреневой дымке, а яблоки в саду падают - душистые.
До 38-го я работал счетоводом в конторе, знаешь, сатиновые нарукавники, очки, счёты, папки, а в 38, как вышел на пенсию, да так дома и застрял в помощниках у Капиталины Авдеевны, жены, значит. Шила она у меня, да как шила - дар от Бога, все окрестные модницы к ней в очередь записывались. С утра до вечера шли, кому примерить, кого обмерить, а кто просто за советом. И вот я, старый дурак, стал за ними подглядывать. Вот он грех-то, с него всё и началось. Вышло однажды случайно, а потом уже и в охотку вошло. Как начнут они переодеваться, я тут как тут, за ширмочкой и притаюсь филином, глазами в щелку хлопаю. Молодые мне не нравились, худые они, мосластые, шеи тонкие - смотреть там не на что. Дородных любил, осанистых, чтобы икры плечи, грудь, всё было при них. Ты кустодиевскую Венеру видел? Вот-вот, такие.
Нравилась мне одна, ох как же она мне нравилась, генеральша, вдова, Фаина Марковна. Когда она приходила - а кажется и не шла, а плыла, - я становился сам не свой. А строгая была, жене не применёт сказать: "Капа, ткань английская, смотри не испорть... Ты меня знаешь". И жена её боялась.
Жила недалеко, через две улицы, двухэтажный особняк над Волгой, с большим садом, и даже кирпичный гараж есть для машины. И не было у меня заботушки, да приспела тут эта мука, хоть с обрыва в Волгу кидайся, всё время о ней думаю. Жена ночью начнёт меня обнимать, ластится, а я: "Уйди, Капа, не могу, здоровья не стало".
И стыдно мне перед ней, что вру, сам в то лето до середины Волги доплывал.
Я ведь у неё второй. Первый муж озорник был, дождётся, как ей уснуть, и волосы в подмышках и подпалит Капе, а сам хохочет. Упокоился, слава богу, утонул...
Ну так вот, о генеральше: я о Фаине Марковне всё время думаю, все родинки уже у неё на теле сосчитал, когда подсматривал, и кажется мне, как звезда она на небе - красивая, а не дотянешься. Княжна.
Ходил я и в церковь (не все их тогда ещё порушили), всех святых просил избавить меня от наваждения, конечно, грех роптать на Бога, да только ещё пуще стало.
Кто-то надо мной посмеётся, кто-то осудит, но я отвечу так: если ты сам без греха - первым бросай в меня камень.
Втемяшилась мне в башку такая блажь : дознаться, есть ли такой мужчина, который Фаине нравится? Ведь не может его не быть... Эта блажь, а точнее, ревность, всё время меня терзала и не давала покоя. Я её встречал на базаре, на улице, у кинотеатра - и всегда она была одна. Только сумочка в руках да шляпка на голове. Пройдёт мимо, а я ей: "Здравствуйте, Фаина Марковна", и картуз сниму, а она в ответ кивнёт так, свысока, и пошла дальше. А я думаю, вот придёт домой сейчас... а ОН обнимет её и давай грудь целовать. Вот ничего так не сводило меня с ума, как эта сцена. Ходил, и не раз, я возле её дома, высматривал всё, разведывал, да только толку от этого не было никакого. Не выдержал и однажды, когда день клонился к вечеру, перелез через забор сада и прокрался к её дому со стороны чёрного входа. Думаю: "Пусть что будет, хуже смерти ничего не случится, а так хоть доподлинно всё узнаю".
Дверь была приоткрыта, и я осторожно ступил внутрь. Вошёл на цыпочках, озираюсь, заглядываю в комнаты, но слава богу, кроме кошки никого не встретил. Дом меня поразил: везде ковры, голубая полированная мебель с гнутыми ножками, картины, шкафы с книгами, и книги всё больше про колдовство, да про нечистую силу и прочую хулу, люстры и даже бильярдный стол есть, наверное, от мужа покойника остался. Да ещё эти, оскаленные львиные головы, в углах комнат вместо икон. Я шёл и трепетал от каждого шороха, ибо боялся, что вернётся генеральша, но за мной наблюдала с любопытством только кошка. Хоть голос мне и твердил: "Лука, беги отсюда, покуда цел", но всё же любопытство, любовь, ревность и старческое сумасбродство были сильнее его. И вот, в тот момент, когда я рассматривал на стене фотографию строгого генерала в форме НКВД, вдруг вижу в окно, по дорожке к дому сама матушка, Фаина Марковна, идёт, а потом уже и дамские туфельки её услыхал так: цок-цок-цок... и всё ближе. Я заметался, бросился под стол, но, увидев большой шкаф с несколькими дверцами, впрыгнул туда. С вешалок на меня посыпались шубы, платки пуховые, манто... замер там. Дверца шкафа до конца не закрылась, что-то мешало, и мне в щель видно часть гостиной и спальню Фаины Марковны. Последнюю я так и не успел толком оглядеть, смотрю - только кровать там у неё под голубым стёганым одеялом, на которой и восьмерым не тесно да камин с часами.
Сижу я на шубах, жарко, в висках стучит, от нафталина голова кружится, гляжу ходит моя Фая туда-сюда по спальне, то какие-то свёртки разворачивает, то цветы в вазу поставит, то свечки в подсвечнике зажжёт, и вроде как нервничает, ну, думаю, ждёт кого-то, а не иначе как ЕГО. Потом легла на кровать в халате, ноги раскинула и журнал листает. А я разумею, сколько мне тут куковать, как выбираться буду и всё такое, а то ведь можно и насмерть нафталином отравиться. А у самого голова уже кружится, и что-то вроде забытья находит. Может, поэтому я и просмотрел самое главное, а когда очнулся, спектакль был в самом разгаре...
Откуда он взялся в её спальне, как пришёл, молодой смуглый красавец с тонкими усиками?..
Расфуфырился: бабочка и полосатый пиджак на голое тело, на нём нет даже исподнего, но и Фаина Марковна хороша, одета под стать, стоит перед ним на коленях и целует красавцу руки. Я слышу, как она называет его Рудольфом, и разговор у них тоже непонятный.
- Звала меня?
- Прости, любимый, я не могу, я не выдержала, это выше моих сил, ты же знаешь, кроме тебя никто не нужен... так люблю.
- Забыла, что у тебя только три осталось, я давно предупреждал.
- Рудольф, убей меня лучше сейчас, сразу... зачем ждать ещё три дня? Для меня это будет самая сладкая смерть, такая смерть от тебя, слаще жизни.
- Не торопись, Фая, ты можешь жить долго, прожить столько, сколько тебе отпущено, но только видеться мы больше не будем.
- Не для меня это, ты знаешь, мне нужен ты...ты... ты, слышишь?
Она упала на ковёр и стала яростно колотить по нему кулаками, потом разрыдалась. Красавец не стал её утешать, напротив, усмехнулся и сказал властно: "Вставай и сдавай карты".
Генеральша покорно, как побитая собака, поднялась и, размазывая слёзы по лицу, полезла в шкафчик, откуда вынула нераспечатанную колоду карт.
Я никак не мог взять в толк, чтобы это всё значило, и продолжал смотреть. После непродолжительной игры, она встала на четвереньки и Рудольф, ухмыляясь и с прибаутками, называя её ползуньей босой, объехал на ней верхом вокруг кровати, понукая генеральшу пятками по толстому животу. Сиськи у бедной Фаины Марковны при этом болтались и свесились почти до пола. После этого настало медовое времечко для любовников: парочка предалась страстным объятиям, поцелуям и не менее страстному совокуплению, но даже не это потрясло меня...
Покуда вконец обессиленная генеральша лежала на кровати, молодой красавец бодро соскочил с ложа, разгладил слегка помятый пиджак, который он так и не снимал, поправил перед зеркалом бабочку и, не обращая больше внимания на измождённую генеральшу, молча вошёл в стену, словно она была не твёрдая, а сделана из воздуха. Фаина Марковна только слабо подняла руку, то ли в напутствии, то ли чтобы остановить любимого... но рука так и упала безжизненно на кровать.
Генеральша больше не шевелилась.
"Так вот, значит, кто к ней ходит, нет, не по-божески это, тут дело нечисто, - в возбуждении думал я, ворочаясь в шкафу и вытирая пот со лба. - Продала душу дьяволу, это вот бабье любопытство всё, удумают так удумают эти бабы, а как умирать потом, не страшно тебе будет, Фаина Марковна?! Ты же теперь ведьма, получается... Ох, православные, рассказать кому не поверят".
Генеральша спала мёртвым сном, ночник светился уютным зелёным светом, в круге которого были разбросаны игральные карты, стояла полупустая бутылка и две рюмки с рубиновым вином, а на камине чадил подсвечник с тремя оплывшими свечами.
Надо идти прочь, намаялся я тут в шкафу, упрел.
Я открыл дверцу шкафа, переждал сердцебиение и дрожащей ногой ступил на пол. Ноги затекли и не слушались, всё тело ломило от ноющей боли. Эх, кабы молодой был.
На цыпочках, прежним курсом, через несколько комнат к чёрному ходу. Тихо иду, опираясь рукой о стены. Дошёл, только вот дверь-то оказалась на ключ заперта. Я заметался в маленьком коридоре и тут в темноте сбоку замечаю узкое окошечко, нашарил шпингалет, повернул и начал потихоньку пролезать в него, но на беду пустой бидон задел ногой, стоял он похоже там у стены. Покатился он по ступенькам, да такой грохот поднял, хоть святых выноси. Что тут началось!..
"Стой! Кто?!"- кричат из темноты... собаки залаяли... Я уже было совсем вылез, а он, детина, бежит на меня, лицо перекошено, сам дюжий, в военной форме, а фуражка на затылке и замахивается то ли багром, то ли дубиной какой, а может, и прикладом от ружья, хрипит: "Ах,ты гадюка"...
Хотел мне по голове ударить, да промахнулся и попал по стеклу. Посыпались осколки, звон на всю округу. Я оттолкнул его и побежал в сад, напрямики к забору. А сад у генеральши огромный, дремучий, бывший монастырский, там даже дубы росли. Бегу, а сзади топот, эти наседают. Чую, пробежать весь сад не получится, залез в кусты и сижу там, а они дальше побежали в другом конце сада меня ищут, перекликаются, фонарики включили.
Прошло время, и по голосам слышу - возвращаются, кто-то кричит: "Остапчук, спускай Азора!"
Ну, думаю, это конец. Как только они мимо меня прошли, я из кустов выскочил и к стене. Добежал, а перелезть не могу, силы кончились, а забор кирпичный высокий, зараза. Бахнул выстрел - и пуля рядом в кирпич "квяк", меня кирпичной крошкой всего обсыпало. Я снова тужусь-тужусь, тянусь на руках, ногти ломаю, да чую, и собака близко, дыхание уже её слышу, радостное такое повизгивание, что вот, мол, сейчас я человеческую плоть зубами рвать стану. Уж как я перелез и кулём свалился с другой стороны, только Богу известно. Немного отдышался и пополз на четвереньках к волжскому обрыву. А когда к реке скатился, тут уж спасён!
Воду речную пил, как козлёнок, хоть и лягушки, и тиной воняет, а мне всё одно, кажется, вкуснее ничего не пил никогда - шутка ли, пять часов в шкафу просидел.

И вот вышел я на другой день в свой сад, наутро, смотрю сверху на Волгу, какая она красивая... как это у Некрасова: "О Волга!.. колыбель моя! Любил ли кто тебя, как я?"
...А в тумане пароходы кричат, как раненные звери, да я и сам теперь как раненный зверь... такая пустота в душе, словно тысячу лет я прожил и больше, не хочу, да и не удивишь меня больше ничем.
Как-то дня через три-четыре, когда я уже раздумывал, а не пойти ли опять к Фаине Марковне "в гости", пусть собаками меня рвут, пусть застрелят, всё равно один конец, - подошла ко мне Капа, жена моя, обняла и молвит: "А генеральша-то твоя вчера преставилась".
- Как преставилась?.. Что ты несёшь...
- А вот так, нашли её, говорят, голую на кровати, на теле ни царапины, а только вокруг карты игральные разбросаны...
- Кто такое говорит?
- На базаре сегодня люди болтают... а у меня отрез её остался, как раз кроить собиралась.
Посмотрел я на Волгу, на дали её туманные и подумал: "А ведь это святая правда, ведь так оно и есть. Не может дьявол человеку счастья дать, и здоровье не даст, и жизнь не продлит, а только горе одно принесёт... и смерть".

Новость отредактировал LjoljaBastet - 13-09-2016, 08:13
Причина: Изменён раздел. Стилистика автора сохранена.
13-09-2016, 08:13 by Юрий ТихонскойПросмотров: 2 617Комментарии: 16
+19

Ключевые слова: Дама дом шкаф некто карты смерть авторская история

Другие, подобные истории:

Комментарии

#1 написал: Fantom2015
13 сентября 2016 09:48
+1
Группа: Посетители
Репутация: (14|0)
Публикаций: 15
Комментариев: 289
Интересная история, прочитала с удовольствием, +
#2 написал: Баба Клава
13 сентября 2016 11:26
+3
Группа: Авторы
Репутация: (2128|-2)
Публикаций: 35
Комментариев: 1 583
А я тоже плюсанула. Ничего так рассказец.
     
#3 написал: Миссис Пэн
13 сентября 2016 11:32
+3
Группа: Друзья Сайта
Репутация: (811|-1)
Публикаций: 147
Комментариев: 4 796
Жаль, что кончился рассказ. За такими книгами одно удовольствие вечера коротать. Автору, спасибо. Плюс.
                   
#4 написал: Galadriell80
13 сентября 2016 12:11
+1
Группа: Посетители
Репутация: (56|0)
Публикаций: 0
Комментариев: 252
Автор, браво.+++ Рассказ яркий, жаль, что быстро закончился.
#5 написал: Hakim Al-Malik
13 сентября 2016 13:54
+3
Группа: Посетители
Репутация: (11|0)
Публикаций: 11
Комментариев: 125
Хороший рассказ. +
С "портретом генерала в форме НКВД" ошибка. Генеральского звания в те годы не существовало, ему соответствовало звания комиссара. Царский же генерал, перейдя на службу Советскому правительству, мог служить в армии, но едва ли в НКВД.
#6 написал: Юрий Тихонской
13 сентября 2016 15:54
+1
Группа: Посетители
Репутация: (8|0)
Публикаций: 10
Комментариев: 24
спасибо всем и за замечания и за плюсы. Критику учту, а продолжение возможно и напишу.
#7 написал: Kreisleiter13
13 сентября 2016 20:00
0
Группа: Посетители
Репутация: Выкл.
Публикаций: 0
Комментариев: 910
Мужичок-то на старости лет подглядывать решил. +
  
#8 написал: pupsik
13 сентября 2016 20:24
+1
Группа: Посетители
Репутация: (1156|-2)
Публикаций: 20
Комментариев: 648
Язык рассказа впечатляющий. И чувства и чаяния престарелого Казановы переданы очень убедительно. Мне очень понравилось. Пойду читать другие рассказы автора.+
   
#9 написал: Энма
13 сентября 2016 21:48
+1
Группа: Посетители
Репутация: (548|0)
Публикаций: 22
Комментариев: 5 033
Отличный рассказ. Очень ярко и атмосферно.
Ну, ошибки, конечно. Типа "Капиталина". Хотя, имя Капитолина - женская форма имени Капитон.
Ну, что ж поделать. А история - чудо!!! Плюс.
             
#10 написал: Юрий Тихонской
13 сентября 2016 22:13
+1
Группа: Посетители
Репутация: (8|0)
Публикаций: 10
Комментариев: 24
Цитата: Энма
Ну, ошибки, конечно. Типа "Капиталина". Хотя, имя Капитолина - женская форма имени Капитон.


Спасибо, это важный момент
#11 написал: nerenga
17 сентября 2016 22:08
+1
Группа: Посетители
Репутация: Выкл.
Публикаций: 0
Комментариев: 663
Как интересная история, спасибо Вам.
Мне нравится в таком стиле написанное, и сюжет необычный.
  
#12 написал: Юрий Тихонской
18 сентября 2016 09:20
+1
Группа: Посетители
Репутация: (8|0)
Публикаций: 10
Комментариев: 24
у этой истории есть продолжение
#13 написал: Энма
18 сентября 2016 11:25
+1
Группа: Посетители
Репутация: (548|0)
Публикаций: 22
Комментариев: 5 033
О-о-о!!! Давайте, пожалуйста. Очень хочется почитать.
             
#14 написал: Юрий Тихонской
20 сентября 2016 18:26
+2
Группа: Посетители
Репутация: (8|0)
Публикаций: 10
Комментариев: 24
Цитата: Энма
О-о-о!!! Давайте, пожалуйста. Очень хочется почитать.

Т.к. модератор отклонил моё продолжение ГЕНЕРАЛЬШИ, то я добавлю её сюда.Читайте.

Но судьба, однако, удивила меня да ещё как. В солнечный полдень я, Лука Егорович Харламов, шёл по тенистой стороне улицы вдоль забора под нависшими большими липами, шёл как все последние дни, в состоянии душевной горечи, отупения и безразличия. Можно сказать, не я управлял своими ногами, а они сами несли меня куда хотели. А то что ноги обычно несли меня к дому Фаины Марковны, это уже напасть, это и так понятно. Но в этот раз они свернули в небольшой переулок к двухэтажному, деревянному особняку в тени старого дуба. Я едва успел прочесть вывеску на фасаде "РАЙПОТРЕБКООПЕРАЦИЯ", как уже через пять секунд ноги поднимали меня по расшатанной деревянной лестнице на второй этаж. Повторюсь, всё это происходило в состоянии оцепенения и отсутствия даже пустопорожних мыслей. Я не ведал почему я сюда пришёл да и ведать не хотел. Повернув по коридору налево, я уже было взялся за дверную ручку обшарпанной коричневой двери, но в этот момент она распахнулась сама и молодой белобрысый в линялом синем халате и с карандашом за ухом, улыбаясь осведомился у меня: не тот ли я человек, который заказал 300 кусков. мыла?. Я ответил утвердительно, и парень повёл меня по этому же полутёмному коридору только теперь уже направо. Вскоре мы остановились на пересечении двух коридоров у стола заваленного кусками серого хозяйственного мыла. От окна на эти мятые липкие и вонючие кубики падал солнечный свет, и казалось, что всё это полчище шевелится и ползёт по столу. Неожиданно для самого себя, я изрёк: "Беру три тыщи кусков".
А вот это правильно, обрадовался белобрысый, потирая руки.
- А транспорт на вывоз есть?
- Как не быть.
- Тогда сейчас подойдёт кладовщик и оформит накладные.
Парень откланялся и ушёл, и уже через минуту передо мной стоял кладовщик, а точнее, тот самый смуглый красавец из спальни Фаины Марковны. На нём был такой же как на белобрысым линялый халат с оторванными пуговицами, а в руках он держал потрёпанную амбарную книгу. Я, побледнев, опустился на стул, достал дрожащими руками носовой платок и стал промокать им лицо и шею, боясь поднять глаза.
- В шкафу сидел, подглядывал?
- Да-а
- Всё видел?
- Видел
- Кому скажешь, Егорыч, уши отрежу. Сначала одно, а потом второе. А теперь пошёл прочь.
Очнулся я уже на улице, под тусклым солнцем, под пыльными листьями старых лип. На обочине копошилась воробьиная стая, а я стоял сгорбленный и несчастный, и ноги понесли меня дальше, в сторону особняка обольстительной генеральши. Едва я поравнялся с домом, как из калитки вышел солдатик и крепко взял меня за локоть.
- Пошли старик
- Куда?
-На Кудыкину гору
Я уже перестал чему-либо удивляться и покорился судьбе. Меня привели в маленькое помещение, пристройку к дому, где за столом сидел верзила в военной форме без фуражки. Перед ним на столе стоял стакан чая в подстаканнике и тарелка спелых слив, а за его спиной на стене висел портрет Берии. Солдат доложил ему:
- Товарищ сержант, вот этот, который всё время тут вертится. Разрешите идти?
-Иди и скажи Чавадзе пусть там в караульном всё в порядок приведёт. Я проверю..Ну что старый хрен, доигрался? Ты похоже матёрый шпион, зачем сюда каждый день ходишь?..
Здоровяк с отвращением посмотрел на меня, уминаю сливу за сливой..Ты знаешь что со шпионами делают?..Вот-вот, поедешь на Соловки медведей кормить, это я тебе обещаю. И откуда ты такая старая псина взялась, давай свои документы.
Я стоял, помертвев и не двигаясь, ибо документов у меня с собой никаких не было, потом смиренно начал: "Почтенный, не сердитесь, я туточки, на соседней улице живу, не ведаю ничего, просто гуляю..на пенсии я, заняться-то особо и нечем, вот для здоровья и хожу везде, глупый.
В это время зазвонил телефон, стоящий на подоконнике, здоровяк недовольно крякнул, встал и, поправив гимнастёрку, снял трубку.
- Куницын у телефона..Так точно товарищ капитан, здесь, поймали. Есть отпустить. Слушаюсь.
Так, в секунду, решил мою судьбу неведомый капитан. На улицу меня вывел всё тот же солдатик и на прощанье сказал: "Ты папаша, здесь больше не ходи, место тут худое, для здоровья не полезное, это я тебе как есть по дружбе говорю. Ещё раз попадёшься на раз-два, уши отрежут."
Вот оно что,- подумал я,- и этот про уши, значит они тут все заодно. В шайку сбились, паутину сплели, душегубы..Владычица небесная и не боятся ничего, грех-то какой.."
#15 написал: pupsik
21 сентября 2016 22:29
0
Группа: Посетители
Репутация: (1156|-2)
Публикаций: 20
Комментариев: 648
Цитата: Юрий Тихонской
Читайте


Спасибо за продолжение! -Остроумное.
   
#16 написал: Кода
14 декабря 2016 01:49
+1
Группа: Посетители
Репутация: (76|0)
Публикаций: 7
Комментариев: 523
Очень "вкусный" стиль!
Как по мне, - отлично "сплетена" история! И смысл - знания преумножают скорби))
Тот редкий случай, когда - от души спасибо! Не убавить, не прибавить. Так держать.
 
Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.