Милосердие

Сколько же всего пережил Иван Петрович… И подумать страшно. Он был сед, и морщин на его лице было больше, чем волос на голове. Однако, Иван Петрович был хорош собой и легко сходился с дамами.

Почти каждый день Иван Петрович ёжился, спрятавшись в облезлую шубу. Ему постоянно было холодно. На голове его распласталась потрёпанная шляпа с дырявой вуалью, и создавалось впечатление, будто у Ивана Петровича четыре глаза. Щедро намалёванные красные губки его поминутно вздрагивали, и он тут же взмахивал тонкими ручонками в замшевых перчаточках:

- Ах, ох! Да возможно ли, сударь!..

С каким сударем Иван Петрович вёл беседы, неизвестно.

Перчаточки и прочее он добывал очень озорно, с неистребимым азартом, но убивал Иван Петрович исключительно по вторникам и лишь обладательниц ухоженных, нежных ручек. Неряшества Иван Петрович не признавал, даже в делах кровавых. Впрочем, слова «кровь» он тоже не любил, заменяя его на слово «сок». И женщин Иван Петрович любил резать «сочных».

Он вспоминает.

Приоткрытая дверь светлой, просторной квартиры. Тюль раздуваем лёгким дыханием ветра.

На пожелтевшем паркетном полу - бездыханное тело женщины средних лет, совершенно голой. Вокруг был разбросан окровавленными клочками пух белых волос; один из них покоился на круглом белом животе, чуть повыше чёрного лобка. Тихо. В окно глупо и настойчиво билась жирная муха, имитируя безмятежный пульс. У старого трельяжа, ехидно виляя задом, Иван Петрович одевался в орехового цвета платье. Под платьем Иван Петрович прячет бюстгальтер, невероятно тяжелый: с комьями ваты и по кило манки в каждой чашке.

Накрахмаленный воротничок был чуть измазан ещё теплой кровью. Иван Петрович что-то ищет глазами, как женщина, собирающаяся на променад. В углу, на потемневшем крючке в форме ундины, безжизненно повис золотистый шарфик, пахнущий арабскими духами и немного форелью. Иван Петрович намедни видел рекламу таких в доме быта: продолговатый прозрачный флакончик. Рядом торгуют рыбой и спрутовидными осьминогами с толстыми пальцами щупалец, будто светящихся изнутри тайным золотистым жиром…

Сердце Ивана Петровича орёт внутри его плоской груди, как воздушный мотор, и он, самозабвенно подняв юбку, мочится на парик с каштанового цвета волосами.

Ветер с Фонтанки ласково треплет золотистый шарфик, белеющий в лучах холодного петербуржского заката, и чуть дрожит вуаль на голове Ивана Петровича – дрожит в такт чёрным каблучкам, цокающим в сквере.

К концу мая Иваном Петровичем были убиты три брюнетки в возрасте восемнадцати, тридцати четырех и пятидесяти лет.

Последняя жертва, четвёртая, оказалась белокурой. Это сломало Ивану Петровичу всю жизнь, всю рафинированную её схему, идеальную, как кончик только что купленной помады…

Это было будто бы во сне.

Иван Петрович плавно достает из сумочки уголок ржаного хлеба, который тут же принимается крошить себе в холеную мягкую ладонь, и вот уже летит к нему крошечный воробей… Ласково гладя его по маленькой круглой головушке, вульгарно накрашенный Иван Петрович со спёртым дыханием говорит ему:

- Кушай, птенчик, кушай, маленький…

Новость отредактировал Qusto - 15-11-2015, 15:47
Причина: Изменён раздел.
15-11-2015, 07:52 by Ян ГомориПросмотров: 3 912Комментарии: 5
+5

Ключевые слова: Маньяк убийство труп трансвестизм авторская история

Другие, подобные истории:

Комментарии

#1 написал: Летяга
15 ноября 2015 08:35
0
Группа: Модераторы
Репутация: Выкл.
Публикаций: 639
Комментариев: 7 871
У Булгакова подобный сюжет помню, где-то в рассказах о гражданской.
Но количество сюжетов (как и жизненных проявлений) ограничено в принципе.
Плюс!
                        
#2 написал: Mandragora
15 ноября 2015 09:51
0
Группа: Посетители
Репутация: (206|0)
Публикаций: 0
Комментариев: 998
Прямо старик Козлодоев какой-то. Особого шок контента вроде нету, так что в следующий раз надо про убийство еще не рожденных младенцев, как нам великий Мамлеев завещал, хех.
P.S. Эх, чувствую полетят щас в меня тапки, но ладно, я стерплю. Держите плюс.
  
#3 написал: Энма
15 ноября 2015 16:38
0
Группа: Посетители
Репутация: (918|0)
Публикаций: 22
Комментариев: 5 094
Шока нет никакого, поскольку давно знаем данного автора, как утончённого эстета. Даже суперэстета.
Хотя я подхожу под все категории, кому читать подобное не рекомендовалось.
Суперплюс.
             
#4 написал: Я_Беда
15 ноября 2015 17:57
0
Группа: Нарушители
Репутация: (0|0)
Публикаций: 2
Комментариев: 30
А мне говорили, что мистика это главное. Тут нет мистики и всё нормик. Видно мистика зависит не от мистики...
#5 написал: Ян Гомори
16 ноября 2015 15:28
0
Группа: Посетители
Репутация: (25|0)
Публикаций: 106
Комментариев: 536
Летяга, да? А я чего-то запамятовала, видать... Или, может, как-то обошла стороной одно из произведений Михаила Афанасьевича. Если не трудно, напишите в личку - очень любопытно) Спасибо!

Mandragora, тапки никому кидать не позволим) С чего б? Согласна - для меня лично тут тож шок-контента не было, НО: когда я опубликовала эту вещь на прозе.ру... Ууу, знали бы Вы, что там началось и какими словами меня обдавали некоторые моралисты) Поэтому, чтобы такого больше не было, сочла долгом предупредить, что чьи-то чувства это произведение может оскорбить. Вот как-то так. =) Большое спасибо за плюсик, очень рада снова Вас видеть, и весьма приятно, что Вы отмечаете мои прогрессы в литературном творчестве. =) Юрий Витальевич, кстати, один из моих любимых авторов, Царство ему Небесное. А про младенцев - сия мысль уже давно посещает. Уже на подходе, работаем. Заходите еще на огонёк. =)

Энма, спасибо огромнейшее!) Просто и мы Вас знаем как человека вдумчивого, не склонного к скоропалительным реакциям, которые на меня, как сказано выше, свалились на "прозе" после этой публикации. =)

Я_Беда, ну, у меня с этим сайтом своеобразные отношения, меня тут знают давно и даже некоторые любят. =) Значит, сочли возможным выставить. Ябедничать будете?))
     
Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.