Несуществующий человек (1-3)

1.

На экране компьютера появилось ещё одно сообщение от Грейс. Рэдман мельком прочитал его и довольно улыбнулся. Она уже ждала его у себя дома. За окном на город опускались сумерки. Рэдман любил наблюдать за улицей в это время суток, за шевелением внизу, с высоты двадцать пятого этажа. У него был свой собственный офис и все самое необходимое для работы журналиста: личный и рабочий телефоны, компьютер. И менее необходимое, но самое приятное: небольшой бар с алкогольными напитками и холодильником. Здесь же находился и шкафчик со сладостями, запас которых регулярно обновлялся и пополнялся, чтобы Рэдман мог угощать своих гостей. Особенно ту часть, которая знала толк в бокале хорошего шампанского и бельгийского шоколада.

Он встал из-за стола и походил немного туда-сюда, разминая ноги. Посмотрел на своё отражение в стекле. Слегка одёрнул пиджак и озабоченно осмотрел свою русую шевелюру. Может, стоило зайти в салон и немного поправить слегка потрепанный видок? Последние месяцы скучной рутины и откровенного безделья на работе его утомляли, а перед Грейс хотелось выглядеть лучше. Рэдман любил производить хорошее впечатление на женщин, достойных, по его мнению, внимания богатенького сынка. К слову, сынку было уже тридцать пять, а он так до сих пор и не обзавёлся собственной семьей. У него было все, чего он хотел, и, как казалось самому Рэдману, он уже достиг своего «потолка», упершись в который последние годы испытывал скуку и уныние. Он всегда хотел стать журналистом. Сперва это казалось ему романтичным и забавным, ведь можно прикинуться кем угодно и попасть в самые интересные места в городе, в штате, в стране. Узнать и засунуть свой нос во множество историй, которые другие хотели бы скрыть. Вытряхнуть на показ чужое грязное белье, а затем наблюдать, как жертва сулит баснословные суммы за то, чтобы информация не оказалась в общественном доступе. Его отцу не раз приходилось замалчивать такие вещи, разгребая заваренную сыном кашу. Когда Рэдман наигрался, и былая романтика сменилась штатной скукой, он переключился на выпивку и женщин, начиная одну интрижку за другой. Но мир девушек не мог предложить ему того, что мужчина привык получать. Это был не тот азарт, который стоил своего приза в конечном счете. И когда ему достался очередной лакомый кусочек, вдруг снова становилось скучно. Никаких запретов и тайн. Женщины хотели его и сами открывались перед ним, не содержа в себе абсолютно никакой загадки. Правда Рэдману и не хотелось особо разгадывать тайны женского характера. В мире происходило куда более интересных вещей, чем женские капризы.

В прочем, на дворе уже стоял 2085-й. Пьедестал на великой торговой арене заняли ведущие в космической отрасли корпорации, непрерывно и порой ожесточенно конкурирующие между собой. Когда началось активное освоение дальнего космоса, Рэдман еще под стол пешком ходил. Отец тогда основал самый крупный на сегодняшний день новостной портал, который за все эти годы вырос и подмял под себя другие более мелкие издания. Таким образом «Бёрнинг фрайдэй» обосновалась на пяти последних этажах в одном из Чикагских небоскребов. Не трудно было догадаться, что колонка, которую вёл Рэдман, была на первых двух полосах газеты. Он был самым читаемым журналистом, и мог бы стать главным редактором и завести себе секретаршу. Но мужчине это было не нужно. Это ведь дополнительная ответственность и контроль, а свобода ему была очень дорога и по сей день. Публикуемые им материалы и так пользовалась особой популярностью, а имя уже почти стало нарицательным. Не сказать, конечно, что всю славу самой информативной газеты «Бёрнинг фрайдэй» приобрела благодаря только ему одному, помимо Рэдмана там работало и много других талантливых журналистов и писателей. Но одна только фамилия «Рэдман» сразу говорила читателю о том, что сегодня он один из первых узнает что-то новенькое и редкое из самых обсуждаемых событий в стране, которые старательно пытаются замалчивать различные теневые правительственные организации.

Мужчина знал, что часто ходит по краю лезвия, но каждый раз возвращаясь с очередной вылазки или интервью, на его лице играла ехидная ухмылка, а сердце волнительно трепетало от сладостного предвкушения раскрытия очередного секрета. Ему нравилось работать по классике прошлого. В самом начале карьеры Рэдман самостоятельно ездил на интервью, ему нравилось встречаться с людьми и следить за ними, осторожно подкарауливать, читать их эмоции, в то время как другие подобные ему журналюги давно начали использовать дронов. Рэдман не доверял всем этим новомодным штукам, тем более, сейчас практически каждый обыватель мог прямо из своего дома спокойно вырубить такого дрона-шпиона электромагнитной пушкой, и до свидания весь добытый материал. Чего уж говорить о зажиточных богатеях. Если он чувствовал, что дело особенное, то хорошенько подготовившись, мог запастись терпением и несколько недель подряд осторожно вытягивать информацию из живых и не живых носителей. В остальном же, все происходило куда быстрее. Несколько раз Рэдман заводил себе подручных, которые делали за него всю грязную работу. Но никто из них не был настолько осторожен и предусмотрителен, как он сам. Каждый раз, когда темы на текущие события были исчерпаны, Рэдман обращался к прошлому, выискивая там покрытые пылью, старые и забытые всеми происшествия, которые почти сразу перестали освящаться в прессе, и не имели какого-либо внятного объяснения. Таких историй было много. Целая тьма. Но за жемчужиной всегда приходится нырять глубже, чем обычно. И Рэдман иногда нырял.

Одними из его самых любимых историй было несколько крайне странных случаев, произошедших, когда Рэдман был еще ребенком. Тогда в память хорошо врезалась история, рассказанная еще отцом. В то время он сам начинал корреспондентом в одной местной областной газете, и однажды вечером придя с работы, маленький Скотт услышал рассказ отца о происшествии, случившемся на космическом корабле далеко в космосе в пределах Солнечной системы. Часть команды погибла при невыясненных обстоятельствах, а вернувшиеся астронавты не смогли толком ничего рассказать, и были помещены на какое-то время в клинику под наблюдения психиатров. Некоторые специалисты делились мнением, что это было массовое помешательство, вызванное долгим перелётом. Второй случай был не менее интересным, случившийся еще задолго до рождения Рэдмана, но имевший необъяснимое для него самого продолжение уже в будущем. Шестьдесят восемь лет назад в 2017 году в штате Пенсильвания при загадочных обстоятельствах пропал один известный ученый. Он отсутствовал двадцать два года и считался без вести пропавшим. Этот статус и дальше бы оставался при нём, но в 2039-ом он смог вернутся обратно практически не постаревшим. Рэдман не раз возвращался к истории с учёным. Но найти сейчас какие-либо ниточки, ведущие к делам тех лет, было все равно, что поднять Титаник со дна Атлантического океана. Чем сильнее все эти истории погружались во тьму прошлых лет, тем интереснее и желаннее они становились для него самого.

Рэдман последний раз глянул на экран компьютера и уже собрался было его выключить перед своим уходом, как увидел новое сообщение от главного редактора с просьбой зайти к нему. Сперва он хотел проигнорировать эту просьбу, как это делал не раз. Мало ли что там она хочет. Если сильно надо будет, сама зайдет к нему в офис. Но уже у самого лифта Рэдман вдруг тормознул. Всё равно сейчас не было ничего интересного в текущей работе, можно и выслушать лишний раз возлияния главреда по поводу нового правительственного манифеста, ограничивающего дозволенные рамки действий СМИ в мировой политике. О том, что его ждала девушка, Рэдман уже успел благополучно забыть. Он толкнул дверь в офис главного редактора и вошёл внутрь. Миссис Майерс сидела за своим столом и осторожно поглядывала на него поверх своих очков. Рэдман сразу узнал этот взгляд и приготовился быстро её выслушать, собираясь тут же слинять.

– Скотт, у меня есть для тебя одна просьба, – осторожно начала она, чтобы не спугнуть капризного журналиста, – В этом году ровно тридцать лет со дня первой экспедиции к Юпитеру, это значительная дата в космонавтике. Не мог бы ты взять юбилейное интервью у Сьюзан Спейсек?

Рэдман тут же досадно скривил лицо и ответил:

– Ты же знаешь, я уже не занимаюсь простыми интервью! Почему бы не поручить это какому-нибудь штатному корреспонденту?

– Скотт, пожалуйста, – все равно продолжала главред. – Потому что так попросил твой отец.

– Почему я должен ездить по всяким мелким интервью? – причитал Рэдман, – Ах, хорошо, я позвоню этой Спейсек по видеосвязи. Только отстаньте от меня с этой всей фигней!

– Нет, видеосвязь не пойдет. Скотт, ты должен съездить к ней, это ведь юбилейное интервью. Это простое уважение, в конце концов! Важная дата не только для неё, но и для общественности!

– Твою ж мать... Это что, и правда НАСТОЛЬКО необходимо?!

– Да, – Майерс на удивление была очень настойчива сегодня.

Рэдман согласился. В конце концов, скорее от безделья. Обычно на такое ему было глубоко плевать. Поэтому в тот вечер он просто приехал к себе домой и почти сразу же завалился спать, так и не удосужившись поискать заранее хоть немного информации о той, у кого собирался брать завтра интервью.





2.

Он проснулся от звонка телефона где-то около полудня. С громкими проклятиями поднял трубку и обругал звонившую Майерс на чем свет стоит. Да что с этим интервью не так?! Сама главред звонит ему в такую рань, чтобы сообщить координаты встречи. Злой Рэдман поплёлся в свою роскошную ванную и провёл там ещё порядка двух часов, прежде чем выйти к завтраку на кухню. На столе уже лежали хрустящие тосты с джемом и итальянский омлет, а в спальне готовая новая рубашка с галстуком и выглаженные брюки с пиджаком. Пока он успокаивался лежа в теплой ванной, домработница уже успела все сделать и тихонько уйти. За завтраком Рэдман просмотрел свой маршрут и отправил координаты на бортовой компьютер своего автомобиля. Что ж, по крайней мере, хотя бы ехать недалеко. Он ехал на встречу с одной единственной мыслью: поскорее закончить и вернуться в офис, а может, и вовсе забить сегодня на работу и поехать развлечься к Грейс.

По адресу, указанному Майерс, находился жилой район Чикаго не самого бедного типа. Разноцветные одноэтажные домики аккуратно стояли один к одному. Тот, что нужен был Рэдману, находился в самом конце улицы. Он припарковал машину у дома и уже открыл дверцу чтобы выйти, как вдруг на заднем сидении заметил аккуратно лежащую тонкую папку с бумагами. Взяв её в руки, он выбрался наружу. Надо же! Вот спасибо! Майерс предоставила ему немного информации о предмете интервью. И даже наверняка сама заботливо положила ему в машину. Ладно. По старинке, так по старинке. Рэдман наскоро пролистал бумаги из папки, пробежался глазами по листам и медленно подошёл к крыльцу. Он нажал на панель связи и стал ждать ответа. Вместо этого дверь сразу открыли, и на пороге показалась пожилая женщина маленького роста. Она приветливо улыбнулась и посмотрела на него.

– Вы должно быть репортёр с телевидения? Или из газеты?

– Да, – ответил он, осматривая её слегка отрешенный вид, надеясь, что брать интервью придётся не у неё, – Меня зовут Скотт Рэдман, «Бёрнинг фрайдэй».

– Рэдман? – переспросила зачем-то она, и мужчина сразу подумал, что дама должно быть уже немного глуховата. – Проходите же скорей. Хотите чего-нибудь? У меня есть горячий кофе и свежие только что из духовки профитроли.

– Э... Нет, спасибо, – сказал Рэдман. Чаепитие с бабулей точно не входило в его планы. Он рассчитывал задать с десяток стандартных вопросов и счастливо отчалить восвояси. Но женщина всё же поставила перед ними на журнальный столик пару белоснежных чаек и разлила по обеим темную ароматную жидкость.

– Сколько вам лет?

– Не прилично такое спрашивать у дам, – улыбнулась она. – Но я отвечу. Мне шестьдесят. Да, я выгляжу немного старше своего возраста. Все мои силы и молодость были отданы космосу.

Сьюзан вернулась на кухню, и взяв что-то из ящика стола поднесла к внутренней стороне своего запястья.

– О, это всего лишь стимулятор памяти. – сказала она, заметив, как Рэдман наблюдает за ней из гостиной, – Для интервью понадобится вспомнить многое.

«О, нет, только не это», – подумал мужчина, который терпеть не мог многочасовые рассказы одиноких стариков. Но Сьюзан Спейсек, всё же, была не простой какой-то там бабулькой. Рэдман снова заглянул в свои распечатки. В прошлом она была астронавтом. У нее был большой, современный дом, содержащийся в чистоте и порядке, который ей наверняка выделило правительство.

– Вы, наверное, думаете, что у меня уже плоховато со слухом, когда я переспросила вашу фамилию, мистер Рэдман?

– Оу...

– Нет, просто человек с такой же фамилией уже однажды брал у меня интервью. Он был тогда одним из первых, услышавшим эту историю. Я запомнила, лишь потому, что тот период для меня был самым тяжелым в жизни, и вопреки психике я не хотела забывать ни одной детали. Это наверняка был ваш отец? Я так и знала. Вы, его знаменитый сын, Скотт Рэдман, я попросила именно вас из «Бёрнинг фрайдей», потому что знала, что именно вы, профессиональный журналист и исследователь сможете мне помочь докопаться до самой сути, как это у вас всегда блестяще выходит…

– Хорошо-хорошо, но сперва мы начнем вот с чего… - активно закивал головой Рэдман, и когда Сьюзан вернулась в гостиную и села напротив него, они сразу же приступили.

Рэдман задал первые несколько вопросов, и миссис Спейсек рассказала о своей нынешней жизни. Затем он произнес небольшую поздравительную речь в честь праздничной даты, плавно переходя к основной теме разговора.

– В 2055 году состоялся первый пилотируемый полёт к Юпитеру. Это был первый шаг человечества на пути к освоению дальнего космоса. Дальше Марса ещё никто тогда не летал. Расскажите немного о самой миссии.

– Мы должны были достигнуть конечной точки маршрута — Юпитера, ещё только через пять месяцев после того, как приблизились к основному поясу астероидов. В основном команда занималась сбором данных и отправкой их на Землю. Это был уникальный опыт получить всё самое необходимое непосредственно самим. Увидеть воочию множество огромных небесных тел. Когда наш корабль вошёл в пояс, мы приступили к следующему этапу миссии. Насколько вы знаете, мистер Рэдман, эта экспедиция не была до конца успешной. Ведь Юпитера мы так и не достигли, – сказала Сьюзан.

– С тех пор и до сегодняшнего времени все последующие миссии успешно преодолевали пояс. Все-таки, те данные, что вам удалось собрать, внесли огромный вклад в развитие науки. Как бы это прискорбно не было, но такие аварии и раньше случались. Гибли люди. Однако, сейчас полёты в космос стали куда более безопасными, чем наземные авиа перелёты.

– Авария, это лишь официальная версия. Да, на борту кое-что случилось, из-за чего нам пришлось срочно прекратить дальнейший полет и повернуть назад к Земле. К сожалению, назад вернулось только семеро из девяти.

– Девяти? – переспросил Рэдман. – Официально заявлено было только восемь членов экипажа.

– Нет. С нами был ещё девятый.

– Но эта информация документально подтверждена всеми официальными источниками, предоставлявших информ-агентствам информацию о полёте. Вы ничего не путаете, миссис Спейсек?

Женщина только отрицательно помотала головой.

– Вот как. Последние десять лет ко мне не часто приходят журналисты. Ещё тридцать лет назад информация обо всех ДЕВЯТИ членах экипажа хранилась в отчетах. Значит, сейчас они уже изменили её… Скотт, вы должны знать о девятом. Потому что, похоже, что я последняя кто помнит, что он вообще был.

Рэдман непонимающе сдвинул брови, закинул ногу на ногу и поудобнее поёрзал в своём кресле.

– Так и быть. Продолжайте, – скептически хмыкнув, сказал он.

– Джессика Эванс, Коннор Браун, – принялась перечислять Сьюзан, загибая пальцы, – Джек Харрис, Генри Миллер, Райан Мёрсер, Декстер Андерсон, Стэнли Данфорд, Сьюзан Спейсек. Эти имена написаны в вашей бумаге?

– Да, – пожал плечами он.

– Девятым был Ройс Керри. И дальше мой рассказ будет именно о нём.

– Но…

– Скотт, не спешите записывать меня к сумасшедшим. Просто послушайте. Это не займет много времени. Ройс Керри был официальным членом экспедиции, и он действительно был с нами. Я видела его так же, как сейчас вижу вас. С этим человеком связано много странных историй, и почти все из них были трагичные. Наверняка сейчас вы не найдете ни одной в архивах космического агентства, потому что всю информацию о нём просто напросто вычистили. Ройс пришёл к нам задолго до того, когда мы начали готовиться к полёту. Он всегда был очень веселым парнем, любил над всеми подшучивать, был очень улыбчивым, и много смеялся. Иногда, конечно, его шутки могли далеко зайти, потому что большую часть времени он вёл себя так, будто знал, что ему всё сойдёт с рук. Очень долгое время так оно и было, до того самого полёта. Мистер Рэдман, вы знаете, что люди, находящиеся рядом с ним, всегда вели себя немного странно? Иногда бывало даже, что кому-то становилось плохо. Я заметила это лишь в конце, когда случилось то происшествие на корабле. Я поняла, что его влияние на остальных было действительно пагубным. Только никто этого не осознавал в полной мере. Возможно, что даже сам Керри не знал этого.

Мы летели уже целый год вместе бок о бок. Ройс большую часть времени проводил за расчетами в своей каюте. Но стоило ему выйти к нам, как остальные ребята начинали неестественно себя вести. У кого-то начинала кружиться голова, вплоть до наступления дезориентации. Так однажды Декстер перепутал выходы и вместо рубки попал на камбуз. Вы можете представить себе человека, который как антенна испускает вокруг себя негативное поле, находясь в котором, у тебя путаются мысли, подскакивает давление, и ты видишь то, чего нет, искаженную реальность? Именно таким был Ройс Керри. Ему одному всегда было весело и хорошо, когда остальные вокруг вдруг начинали терять рассудок. Именно это и случилось в тот день, когда произошла «авария». Мы находились в кают-компании, все, кроме Керри. Генри и Райан разошлись по свои каютам. Ройс вошёл к нам, когда Джессика и Коннор о чём-то спорили. По обыкновению, он вклинился в их спор, а я в этот момент почувствовала тошноту и головокружение. Остальное, что я помню, прежде чем потерять сознание, это то, что Декстер и Стэн вдруг повскакивали со своих мест и в приступе паники бросились в сторону шлюза.

Они начали беспомощно молотить руками в дверь, а Джек и Коннор пытались их оттащить. Скотт, понимаете, они думали, что это была дверь одной из их кают, они не понимали, что эта была не ТА дверь. Джессика схватилась за голову и начала отползать в коридор. Из её ушей текла кровь. Джек догадался проверить показатели жизнеобеспечения и бросился к панели с датчиками. В этот момент Стэн нажал на ручное открытие шлюза... и их с Дэкстером в считанные секунды выбросило в открытый космос. Это было настоящее безумие… Кажется, именно Ройс смог отреагировать быстрее всех. Он был ближе к ним, и смог моментально нажать рычаг закрытия шлюза. Мы потеряли весь воздух в этом отсеке и двоих астронавтов, по совершенно неясной и безумной причине. В тот момент Керри был единственным, кто сохранял спокойствие, он был подавлен и опустошен, в то время как у всех остальных наступила полная дезориентация с различными другими симптомами ухудшения самочувствия. До самого приземления все сторонились его, а после никто никогда больше не слышал о Ройсе Керри.

– Послушайте, может быть, это был просто синдром космической адаптации? Ну, знаете, ведь половина всех астронавтов испытывает это во время привыкания к невесомости. По симптомам очень похоже на морскую болезнь: тошнота, головокружение, снижение аппетита, иногда возможны пространственные иллюзии.

– Нет. Это длится обычно первые несколько суток, – покачала головой Сьюзан, – Спутанность сознания рядом с ним ощущали даже на Земле. Более того, Керри сам мне рассказывал несколько случаев, когда рядом с ним по необъяснимым причинам погибали люди.

– И что было после того как вы вернулись?

– Джессика так и не пришла в себя. Она совсем замкнулась и перестала реагировать на окружающий мир. Психиатры поставили ей диагноз, из-за которого она больше не сможет никогда где-либо работать, и вряд ли теперь когда-нибудь покинет клинику. Генри уволился, а Райан перевелся в другой корпус. Коннору и Джеку досталось больше всех. Мы все тогда были под следствием, но Джека обвинили в халатности и нарушении техники безопасности, а Коннора сочли виновником всего происшествия.

– Подождите. Но как же Ройс Керри?! – непонимающе помотал головой Рэдман. – Он же был там!

– В том-то и дело, что был. В его поступках и поведении не было ничего такого, что могло бы заставить парней выкинуть самих себя в шлюз, но он, так же, как и все остальные, был участником всего этого сумасшествия. Когда это дело передали в ФБР, там уже никто не упомянул его имя, на суде его не было, и все вели себя так, будто Ройс Керри никогда не существовал. О нём просто перестали говорить и упоминать где-либо. Черт возьми, да они даже убрали его шкафчик из раздевалки в тренировочном корпусе! Там было пустое место! Все, к кому я подходила из следователей смотрели на меня как на дуру, когда я спрашивала у них о Ройсе! Тогда я поехала к нему домой и встретила там только табличку «продаётся», воткнутую в газон. Его семья тоже исчезла. Больше я не смогла что-либо разузнать о его пропаже. Скотт, согласитесь, так не бывает, чтобы человека, из-за которого, по идее, все произошло, все вдруг начинают игнорировать и делать вид, что его нет.

– Да, миссис Спейсек, это очень… очень странная история. Но ведь Ройс действительно не делал ничего, что могло бы свести с ума Джессику и заставить ваших товарищей сделать это? Он не говорил им слов, толкающих на это?

– Нет, конечно! Многие месяцы мы постоянно были на виду друг у друга, и я не заметила ничего предосудительного со стороны Керри. Да, он был весельчаком, проказником, и иногда позволял себе некоторые вольности. Но, вместе со всем этим, он так же был ответственен за все то, что делал, серьезен когда нужно и собран.

Весь смешливый скептицизм Рэдмана, с которым он в самом начале слушал миссис Спейсек, начал стремительно улетучиваться. Он выслушал её до конца и поднялся с кресла, поблагодарив за интервью и чай.

– Подождите! – Сьюзан кинулась к своему комоду и, выдвинув оттуда ящик, принялась что-то очень быстро искать. – Это единственная его фотография. Я хранила её очень долго. Возможно, это последнее, что может напоминать о нём. Скотт, пожалуйста, найдите его. Я уверена, что только он может пролить свет на это происшествие спустя столько лет!

Рэдман взял в руки фотокарточку и увидел на ней смеющегося молодого мужчину. Темные глаза, короткие русые волосы, ямочки на щеках. Что ж, с виду обыкновенный мужик, каких много. Но эта улыбка и странновато-задорный взгляд как-то по-своему задели его, и Рэдман покидал её дом в смешанных чувствах. Ясность мыслей была затуманена пылью смятения, поднятой со дна памяти. Да, старушка навела шороху в его голове этой историей. По пути домой, когда Скотт уже смог разогнать всю эту муть, он увидел то, что она покрывала под собой. Это была та самая история, рассказанная ему отцом в детстве, и сейчас он услышал её непосредственно от самой участницы. По телу мужчины пробежали мурашки. Могла ли Сьюзан Спейсек так же как и Джессика Эванс сойти с ума? Насколько оправданы её обвинения? Или это все бредни пожилой женщины? Неужели вот так вот просто целая команда тренированных астронавтов смогла в одночасье обезуметь, пойти на самоубийство и подвергнуть весь остальной экипаж смертельной опасности?



3.

Рэдман сладко потянулся и зевнул, убирая с себя руку Грейс.

– М-м... ты куда? – сонно пробормотала та.

– Извини, детка, но мне надо домой.

– Но, а как же наши планы? Мы же договорились вчера! – девушка обиженно нахмурилась.

– Ничего не могу поделать. Работа, так же, как и ты, хочет меня, – пожал плечами мужчина.

Он остановился, держа в руках рубашку и наблюдая за её реакцией. Обычно девушки не прощали ему такого. Уже через минуту лицо Грейс снова посветлело, и она сказала:

– Хорошо, тогда я приготовлю ужин сегодня, на случай если ты всё-таки сможешь освободиться и приехать.

Скотт улыбнулся. Ему нравился её мягкий характер. Возможно, Грейс могла бы стать хорошей женой. От её наблюдательности так же не ускользнуло и то, что вчера весь вечер её возлюбленный был довольно отстранённым, витавшим где-то в своих мыслях. Поэтому она особо не донимала его разговорами.

Сейчас Рэдман уже и сам начал понимать, что вся эта история как-то слишком быстро заняла все его мысли. Ну, по крайней мере, не было ничего сложного в том, чтобы проверить информацию, полученную от Сьюзан самими простыми методами. И первое, что сделал Рэдман, попав в свой офис, это выгрузил все вчерашнее интервью со своего планшета на компьютер и ещё раз внимательно перечитал преобразованный из речи текст. Затем он полез в интернет, и, как выяснилось, ни одна поисковая система не знала Ройса Керри астронавта, зато знала кучу других с таким же именем и фамилией. Тогда он сделал цифровую копию фотографии и задал поиск по изображению.

«Нет совпадений»

Рэдман принялся искать его в соцсетях, делая пометку для себя, что ищет уже пожилого мужчину примерно от 60 до 70 лет. Но, как и следовало ожидать, ни в одной из них такого не было. Проведя за этим делом всю первую половину дня, Рэдман отодвинул клавиатуру, и, встав из-за стола, прошелся несколько раз по своему кабинету. То, чем он сейчас занимался, может сделать любой ребенок. Что ж, тогда пора пустить в ход свои профессиональные методы. Мужчина сделал пару звонков и написал официальный запрос в жилищное ведомство. Ответ из последней инстанции пришёл уже через час. Естественно, по данному адресу уже никто с такой фамилией и именем не проживал. Оставалось только надеяться, что его друг, работавший в государственной организации, сможет узнать, имелись ли у Ройса Керри хоть какие-нибудь документы подтверждающие личность.

– Рэдман, я тебе ещё раз говорю, ни водительского, ни социального номера страхования, ни паспорта, ни даже свидетельства о рождении у этого чувака нет. Как будто ему их просто не выдавали. По-моему ты ищешь какого-то вымышленного человека, либо у тебя неверные исходные данные.

– Да нет же, Чейз, все правильно. Ты уверен? Точно ничего?

– Да. Абсолютно.

Рэдман отупело уставился прямо перед собой и молча нажал отбой. Если такой человек как Ройс Керри был астронавтом и летал в космос в составе целой экспедиции, у него ОБЯЗАНЫ были быть документы. Посему выходило, что проверить личность этого человека не представлялось возможным, и Рэдман глубоко задумался. Он снова взял трубку и набрал номер того космического агентства в котором работали Сьюзан Спейсек и все остальные участники.

– Алло? Здравствуйте, это Скотт Редман. Я представляю еженедельник «Бёрнинг фрайдэй», и в честь тридцатилетия со дня... – он произнес привычную фразу, попросив назвать имена всех участников экспедиции, чтобы указать их в своей статье.

Девушка на другом конце провода помолчала несколько секунд и перечислила ему восемь ожидаемых имен.

– Это официальный список всех участников экспедиции, – сказала она.

– Большое спасибо. Всё-таки можно вас попросить ещё раз проверить список? У меня была информация о девятом члене команды. Его имя Ройс Керри.

– М-м, нет. Такого имени в списке точно нет.

– Но, может быть, такой числился, например, в команде предполётной проверки или, скажем, в бригаде медиков снимавших показания?

– Извините, боюсь, что не могу предоставить вам столь подробную информацию по телефону без официального запроса со стороны вашего издания.

Рэдман положил трубку.

– Хорошо. Тогда снова по старинке.

Он составил официальную просьбу и отравил её в то агентство, и заодно просмотрел маршрут до Маунт Вернона, скидывая его на бортовой компьютер автомобиля. Дорога предстояла не близкая: четыре часа на юг от Чикаго. И выехать лучше прямо сейчас, чтобы успеть попасть туда до самой ночи и успеть заселиться хоть в какой-нибудь мотель, чтобы переночевать. Рэдман купил себе в дорогу сандвичей с лососем и несколько банок с пивом. По дороге он размышлял о том, что если там, в городе, где жил когда-то Ройс Керри, ему не удастся найти хоть какие-то упоминания о нём, тогда он признает, что Сьюзан Спейсек всё-таки придумала эту историю после возвращения на Землю. За все эти годы её вера в существование девятого члена команды только ещё сильнее укрепилась, превратившись в правду для неё самой.

В Маунт Вернон он въехал вместе с сумерками. Успев снять номер в мотеле, Рэдман сразу заселился, и пока усталость окончательно не навалилась на него, мужчина составил на завтра список встреч. Где-то внутри все приятно затрепетало от предстоящего расследования. Он уже давно не занимался этим, не собирал информацию таким образом, не искал кого-то так глубоко запрятанного. Давно не выходил в поле самостоятельно. Вся предстоящая работа казалась ему приятно волнительной, и даже если это все окажется лишь выдумкой, Рэдман чувствовал, что затраченные силы будут не напрасны. Он выполнил просьбу отца. Которая наверняка была не случайна. Желание продолжать уже было его собственной инициативой, потому что теперь появился шанс вернуться в то состояние, с каким он слушал тогда отца: ощущение близости с тайной, с чем-то прекрасным и одновременно пугающим. Выпитое в дороге пиво дало о себе знать и после непродолжительной подготовки ко сну, Рэдман наконец расслабился в постели.

На следующее утро, в районе десяти он стоял, прислонившись к своей машине, напротив скромного одноэтажного домика, где, по словам Сьюзан, раньше жил Ройс Керри. Рэдман поднялся на крыльцо и постучал в дверь. После короткого ожидания внутри дома послышались приглушённые шаркающие шаги. На цепочке приоткрылась дверь, и в маленьком проёме показалось подозрительно сощуренное лицо пожилой женщины. Рэдман решил не ходить вокруг да около, не выдумывать другие поводы и сказал всё как есть.

– С каких это пор журналюги сами разъезжают по домам? – спросила та, хмуро разглядывая его удостоверение.

– Это особенное задание, – улыбнулся Рэдман, пуская в ход всё своё обаяние. – Вы окажете для меня большую честь, если сможете поделиться кое-какой информацией за щедрое вознаграждение.

– Заходите, – сразу сказала женщина.

Нынешняя владелица дома, естественно, уже не помнила предыдущих хозяев дома. Хоть и жила здесь с тех самых пор, как те переехали и продали им этот дом. Не солоно хлебавши, Рэдману пришлось ни с чем покинуть это место. И тогда он оправился дальше по списку, решительно настроенный побывать здесь везде в округе, где когда-то мог засветиться Керри, в том числе и средней школе, где, как предполагал Рэдман, тот учился.

Большая часть дня прошла впустую. Скотт показывал фотографию каждому, у кого спрашивал про него. Но, как и следовало ожидать, никто не помнил Ройса Керри. Он обошёл всю школу и даже поговорил с директором. Надежды на молодую директрису у него сразу отпали, в первую очередь из-за её возраста, и потом, она торопилась на свой ланч, ответив, что школа не хранит в своих архивах информацию об учениках более чем тридцать лет, спустя с момента их выпуска. Лишь уже позже, сидя в машине, Рэдману пришла мысль. Надо было спрашивать не столько про одного-единственного человека, сколько про какие-либо несчастные случаи, случившиеся в тот период. Он вспомнил слова Сьюзан, что Керри всегда окружали беды, происходившие с окружающими. Однако его и без того небольшой список подошёл к концу, и Рэдман начинал понемногу соглашаться с тем, что история Ройса Керри была просто придумана от скуки. Он скучающе подпер подбородок ладонью и обратил свой взгляд на улицу. В этот момент мимо его автомобиля не спеша проехал автобус с надписью «Бассейн Маунт Вернон». Рэдман проводил его глазами, и уже через мгновение его осенило. Он вбил название бассейна в бортовой компьютер и посмотрел адрес. Вот куда он еще не сходил.

На посту дежурного Рэдман встретил администратора и медсестру, которые и сказали ему, что почти все сотрудники бассейна уже закончили свою работу и разошлись по домам. Сами они очевидно тоже уже собирались домой, так как обе не особо были настроены на разговор.

– Дэннис Хоппер, – сказала вдруг администратор. – Это наш сторож. Если хотите, он сейчас у себя в каморке, что самая последняя вперёд по этому коридору.

– Сторож? – удивлённо вскинул брови Рэдман.

– Да. Руководство оставило его. Так что сейчас он просто присматривает за камерами и сигнализацией.

Когда Скотт прошёл в каморку и увидел там дряхлого старика, он сразу понял, что, возможно, это его последний шанс.

– Сейчас я покажу вам фотографию одного парня, который, возможно, часто захаживал сюда лет сорок назад. Просто скажите мне, помните ли вы его или нет.

– Сорок лет назад? Это шутка? Я часто забываю, что было в этот день неделю назад, – старик невесело хмыкнул.

Но он все-таки внимательно всмотрелся в фото и почти сразу же отрицательно помотал головой.

– Вы знаете, сколько таких я повидал за всё это время? Конечно, я не могу сказать, помню ли его, что за глупый вопрос.

– Хорошо. Но, может быть, вы помните какие-нибудь несчастные случаи, произошедшие в бассейне? Примерно в то же время? 2045 год или около того.

Старик задумался и отвел взгляд.

– Конечно, случались. Это же бассейн! Глупые дети и по сей день не соблюдают технику безопасности!

– И всё же меня интересует именно то время.

– Кхм… за все время моей работы, здесь было только два смертельных случая. Первый был, кажется, зимой 2044-го, а второй спустя почти двадцать лет.

Рэдман сглотнул. Неужели первая зацепка?

– В 2044-ом утонул мальчик, – продолжал сторож. – Это была странная смерть, потому что он отлично плавал.

– Что же случилось?

– Ну, собственно, ничего особенного. Он просто утонул. А тренера потом шептались меж собой, будто его заставили это сделать. Тот самый тренер, что был тогда с учениками, пришедшими на занятие по плаванию, только спустя полгода смог что-то рассказать. Он говорил, будто мальчик ни с того, ни с сего просто взял и утопился. Потом мы смотрели по камерам и увидели, что перед этим пацан начал странно себя вести. Он вдруг перестал реагировать на происходящее, а потом просто нырнул до самого дна и намеренно не всплывал. У меня создалось странное ощущение, будто он перепутал дно с поверхностью.

– То есть, увидел то, чего на самом деле не было?

– Не знаю, может быть. Кто ж теперь разберет? Кажется, у него был друг, на которого потом хотели повесить вину, так как считали, что тот специально довел его своими шутками. Все бегал такой веселый и смеялся. Тренер вечно маялся с ним, пытаясь успокоить.

Рэдман смотрел перед собой и понимал, что это было то, что он искал. Самое малое упоминание, что осталось от несуществующего человека.

– … тогда все списали на массовое отравление. Потому что все школьники, находившиеся в то время в бассейне около воды, плохо себя чувствовали.

– Большое спасибо. Это все, что я хотел услышать.

Этим же вечером Рэдман принял решение возвращаться обратно в Чикаго. Перед тем как тронуться с места, он хорошенько обдумывал слова сторожа. Все письменные упоминания, а так же документы удостоверяющие личность Ройса Керри были действительно изъяты из архивов. Если верить Сьюзан, то были убраны даже вещи, которые раньше принадлежали этому человеку. Как будто кто-то другой старательно пытался сделать вид, что Керри никогда не существовал. Однако случай в бассейне, по крайней мере для самого Рэдмана, ясно говорил об обратном. Как ни странно, старик смог вспомнить достаточно нужных ему деталей, которые бы свидетельствовали о существовании странного человека. Единственного, который, вероятно, мог бы объяснить хоть что-то из того, что происходило вокруг него. Скотт завел мотор и нажал на газ.


Новость отредактировал Estellan - 16-04-2020, 19:13
Причина: Стилистика автора сохранена.
16-04-2020, 19:13 by Ju-LiaПросмотров: 1 025Комментарии: 1
+6

Ключевые слова: Человек влияние космос авторская история

Другие, подобные истории:

Комментарии

#1 написал: Exeler
17 апреля 2020 06:14
+1
Группа: Посетители
Репутация: (13|0)
Публикаций: 11
Комментариев: 72
Просто.Вау. Жду дальше, +.
Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.