Подземелье

На третьем курсе в институте, когда я активно увлекался туризмом, познакомился я с парнишкой Павлом, который заинтересовал меня тем, что в перерывах изучал какие-то от руки начерченные крюки, выполненные шариковой ручкой. Рисунки напоминали то ли кроссворды, то ли какие-то схемы внутренностей динозавра.

Заметив мое любопытство, парнишка протянул руку и представился:
- Павел, - и прибавил вопросительно: - Тоже лазишь?
- Куда? - недоуменно вопрошал я.
- А, я думал, что ты в теме. Извини, - улыбнулся он.
- Заинтригованный, - я поспешно сказал, что я в теме. - Тоже турист и лажу черт те куда.
- Ну, я понял, - сказал Павел. - Турист. Только я турист подземный.
- А, спелеолог, - понимающе сказал я.
- Ну, не совсем, спелестолог скорее, - и, увидев на моем лице непонимание, добавил: - Природных пещер поблизости от Москвы нет, а вот каменоломен достаточно!
В течение нескольких минут он обрисовал мне существующее сообщество увлеченных подземными путешествиями и дал ссылку на их сайт.

Целых три часа в выходные я провел за изучением сайта, увлекшись темой подземелья.

Достаточно закрытое сообщество диггеров стремилось обнаружить и изучить всевозможные рукотворные подземные сооружения. В связи с конфликтом с законом (поскольку большинство объектов находились под охраной разной степени строгости) адреса объектов не афишировались, но, судя по диалогам на форуме, становились доступными благодаря информации, распространяемой приватно. Новый мир предстал перед моими глазами, похожий на тайное сообщество, закрытый от чужих любопытных взоров. Любой новенький, пытавшийся войти на форум, встречал стену отчуждения, пока не получал рекомендации от известных личностей и старожилов. Я рассматривал фотографии, и тема подземных путешествий все больше захватывала меня.

Встретившись на очередной лекции с Павлом я напрямую спросил, могу ли я рассчитывать на возможность посещения какого-либо подземелья совместно с ним и с облегчением услышал радушное согласие, видимо, я тоже чем-то ему приглянулся.

После лекции, сидя в Макдональдсе, Пашка прочитал вводную лекцию по спелестологии (изучение рукотворных подземных объектов). В советское время эта тема жестко пресекалась по двум причинам: во-первых, жестко секретный режим всех подземных сооружений, начиная с канализационных коллекторов, заканчивая каменоломнями; во-вторых, собираться вместе в уединенных местах молодежи позволялось только под контролем высокоидейных представителей комсомола, партии и КГБ. Самостоятельные сходки рассматривались как собрания заговорщиков, и зачинщики могли жестко поплатиться за организованные проникновения под землю.

Промышленные и военные подземелья тщательно охранялись, а каменоломни, во избежание проникновения, просто замуровывались бетоном, закапывались бульдозерами и тому подобное.

После перестройки группой энтузиастов вновь были вскрыты многие каменоломни, кстати, существовавшие не одну сотню лет, поскольку разработка и добыча камня велась в них со времен 15-го столетия и до середины 20-го. За это время была создана протяженная система подземелий, которая в течение столетий претерпевала эволюцию в результате завалов и рытья новых штреков. Одна из таких каменоломен была в Подмосковье и являлась Меккой энтузиастов-диггеров. Круглогодично многочисленные разношерстные компании устремлялись в неприметную дыру на берегу реки и проводили там сутками выходные и будни, благо микроклимат подземелий не зависит от времени года и постоянен зимой и летом.

Предложение Павла посетить каменоломню в ближайшее воскресенье я встретил с энтузиазмом. Вкратце он обрисовал мне, что должен иметь с собой любой диггер, спускающийся под землю. Грязную смену одежды, в которую он переодевается, путешествуя внутри, желательно, комбез, но подойдет и куртка со штанами. Комбез удобен тем, что ничего не цепляется и не заголится спина, не сползут штаны, когда ты протискиваешься сквозь узкие лазы. Чистую одежду и перекус с водой лучше упаковать в герметичную сумку-баул, которую протискивают перед собой в узких ходах, в ней также должен быть комплект теплой одежды, шерстяные носки, спальник и коврик, но это уже опции. Должно быть два фонаря, один из них налобный и комплект батареек к ним.

Вначале договорились на стрелку с утра, но Пашка поменял планы, сообщив, что приехал дядька с Севера - неудобно не посидеть с ним и отцом за столом. В результате встретились мы на вокзале у электрички в обед, а по дороге, коротая время, Пашка потчевал меня диггерскими байками. Начал с реальных, по его словам, историй про раздолбаев, пренебрегших основными законами подземелья: не ходить в одиночку в незнакомые места и не бухать. Особенно меня впечатлил случай с пацаном, насосавшимся пива на посиделках у костра у входа в каменоломню и решившим прогуляться в одиночестве: живым его больше не видели, более того - найти не могли около месяца, хотя поисковые группы из профессионалов и доброхотов пару недель прочесывали подземелье, в первое время якобы даже почуяли пивной перегар в каком-то месте, но поиски тогда успехом не увенчались. Внезапно на тело наткнулись через месяц - в том месте, которое было ходовым и пройдено не раз. Предположили, что, пытаясь выбраться, он полез в вертикальный шурф, где по-пьяни заснул, умер от переохлаждения, трупное окоченение заклинило тело, а впоследствии оно вывалилось сверху.

Ещё один рассказ из запомнившихся был про парня, застрявшего в лазе вследствие какой-то подвижки грунта, в результате чего тело его было зажато, и даже вызванные спасатели не смогли ничего предпринять для его высвобождения. В результате он погиб то ли от переохлаждения, то ли от синдрома длительного сдавливания, когда из-за нарушения циркуляции крови скапливаются продукты метаболизма, и человек умирает от интоксикации ими (что часто происходит при освобождении людей из-под завалов).

После электрички мы пересели на автобус и через полчаса вышли, оказавшись среди разношерстных зданий то ли коттеджного поселка, то ли СНТ. Внизу блестела гладь реки, к которой мы спустились с невысокого обрывистого берега и очутились на свалке, состоявшей из огромной кучи мусора, рядом с которой нелепо стоял павильон автобусной остановки. Увидев моё недоумение, Павел пояснил, что павильон закрывает от осадков вход в каменоломни, а свалка образовалась от отсутствия культуры у многих посетителей этого объекта, которые свято соблюдают чистоту в подземелье, зато не удосуживаются придерживаться этого правила на поверхности.

У павильона возникли вдруг две фигуры: вылезшие диггеры, завидев нас, помахали полупустой бутылкой, и один из них произнес:
- Пацаны, водочку под тушкан с нами будете?
Мы вежливо отказались от предложения, а Пашка спросил про наличие людей в подземелье.
- Да мы вроде последние, остальные уже все раньше повылазили, вчера вся тусовка была, повеселились будь здоров!
Под павильоном я увидел бетонные кольца колодца, уходившие вниз метра на четыре, и металлические скобы ступенек.
- Переодеваемся, - сказал Пашка и, встав на коврик из пенки, который вынул из баула, стащил с себя штаны и куртку, оставшись в футболке и трениках.
Достав из баула какой-то камуфлированный комбез, он натянул его, потом, вдев в шлёвки офицерский широкий ремень, прицепил сбоку охотничий нож в кожаных толстых ножнах.
Проследив за моим взглядом, он пояснил:
- Нож дядька подарил, - и, отстегнув фиксирующий его ремешок, достал из ножен и продемонстрировал мне.
- Класс, - похвалил я. - А зачем?
- Ну, нож лишним не бывает, - туманно ответил на вопрос Пашка.
Из чего я понял, что ему просто понравился подарок, и он не прочь был похвастаться им.

Переодевшись в "рабочее", мы по очереди спустились вниз и, встав на корточки, проползли по короткому горизонтальному лазу, после чего оказались в большом по объему помещении с высокими сводами и хаотично усыпанными каменными глыбами дном. Прямо у входа Павел вытащил откуда-то толстую общую тетрадь, разбухшую от влаги и наполовину исписанную разномастными чернилами. Я понял, что это журнал, в который необходимо вписать при входе в каменоломни всех посетителей на случай непредвиденных обстоятельств. Напротив фамилий стояла дата и часы входа, затем в другой графе - дата и часы выхода, в случае чего можно было отследить потерявшегося диггера, поскольку были случаи, когда человека считали пропавшим в подземелье, а он просто забухал на даче с друзьями.

Вписав нас в журнал, Пашка пролистал назад пару страниц и подтвердил, что мы в каменоломне одни. Это известие немного разочаровало меня, но любопытство взяло верх, и, подсвечивая головным фонарем, я стал оглядывать окружающее пространство. Неровные стены в некоторых местах поблескивали от влаги, недвижный воздух сохранял у наших лиц клубы выдыхаемого воздуха, но температура была комфортной - градусов 10-11 тепла. Стены были испещрены надписями: имена, клички, стрелки, нарисованные белой и красной краской, хаотично покрывали поверхность камня. Какие-то остряки понатащили всякой всячины: дорожные знаки и таблички к месту и не к месту попадались по пути следования вглубь каменоломни.
Мы перемещались, периодически ныряя в проходы, расположенные на уровне пола, иногда приходилось влезать на камни, но пока что это не составляло затруднений, и все препятствия преодолевались довольно легко. Калейдоскоп проходов менялся ежеминутно, и я уже давно потерялся в своих ощущениях и не смог бы даже приблизительно указать, откуда мы пришли, навигаторы тогда уже появились, но здесь они не имели смысла: толстые своды не пропускали никакие сигналы, направление можно было понять только по компасу, но, учитывая то, что мы ежеминутно меняли направление движения, то и он бы не помог мне найти обратный путь.

Пашка иногда показывал мне какие-то местные достопримечательности: то стенку, возведенную диггерами и созданное таким образом импровизированное помещение с занавеской на входе и надписью с именем владельца "жилплощади", то остатки разработок камня со следами от буров. Иногда попадались надписи и стрелки с указанием мест типа: "Филейка", "Курятник" и тому подобное.

Вдруг Пашка остановился и, повернувшись ко мне, широко улыбнулся:
- Щучка! Щучий ход! - пояснил он, указывая за спину, а затем развернулся и подсветил какую-то нору, совсем не выглядевшую подходящей для габаритов человека, а скорее, напоминавшую лисью.
Воронкообразная нора на входе была сантиметров 50-60 в диаметре, но дальше было видно сужение до таких размеров, что разум отказывался верить в возможность, что человеческое тело может протиснуться сквозь эту дырку.
- Все диггеры должны пройти крещение, пронырнув через щучку, - сказал Пашка, широко улыбаясь.
- Ты смеёшься, тут ребенок-то не пролезет, - воскликнул я, с ужасом подсвечивая ход, который оказался глубиной чуть меньше метра.
- Не бойся, и не такие проходят, - парировал Пашка, подсвечивая отполированные боками стенки дыры. - На, подержи, - протянул он мне свой баул и, вытянув руки, нырнул в нору.
Пряжка его ремня процарапала по камням, и вот уже и ноги исчезли. Спустя некоторое время с той стороны появился сноп света, затем Пашкины кисти ухватились за края, и он, словно джин из кувшина, вылупился из дыры в стене.
- Ты посубтильнее меня будешь, ныряй руками вперед, скользи, помогая телом - как червяк, потом разводишь руки и вылазишь. До земли с полметра, так что не ударишься, - он призывно мотнул головой по направлению к норе. - Если почудится, что застреваешь, то просто выдохни, - напутственно улыбнулся Пашка.

Облажаться перед ним в первые дни знакомства не входило в мои планы, и, сжав всю волю в кулак, я нырнул в щучку и сразу почувствовал, как каменные тиски сдавили моё тело. Извиваясь червяком, я протискивался вперед и, вдруг ощутив, что застрял, в панике выдохнул и сразу почувствовал некоторую свободу. Развел руки и, оттолкнувшись ими от камня, стремительно вывалился вперед, словно пробка сквозь бутылочное горло. Приземлился вначале на руки, а затем на колени, повернулся и подсветил в дыре ухмыляющуюся физиономию Пашки.
- С крещением. Как впечатления?
- Нормально, - пытаясь унять сердцебиение, сказал я.
- Тогда лови, - он просунул один за другим свой баул и мою герму с барахлом.
- Некоторые очкуют и отказываются, - прокомментировал он, нырнув в дырку на мою сторону.
Но что-то вдруг пошло не так: из отверстия показалась голова, Пашка развел руки, как-то судорожно задергался, потом еще и еще, вопросительно уставился на меня, а я на него.
- Нож ручкой зацепился и развернулся поперек, толкни меня назад, что ли,- но в голосе послышалась неуверенность, от которой у меня почему-то сжалось внутри.
Он вытянул вперед руки, а я попытался пропихнуть его, упираясь в плечи, но тело, проминаясь под моими усилиями, не двигалось ни на сантиметр.
- Давай за руки, - севшим вдруг голосом попросил он.
Я попытался тянуть за руки, пока он вдруг не вскрикнул от боли: все было безуспешно.
Мы молчали, вдруг осознав всю серьезность ситуации.
- Думаю, если б за ноги, то получилось бы, - медленно произнес Пашка.
- Объясни, как обойти, я проберусь и дерну, - колеблясь, предложил я, не видя другого выхода.
Пашка приподнял голову и посмотрел мне в глаза:
- Там тупик, - произнес он тихо.
Я молча осел на пол рядом с ним, и так мы пробыли в молчании некоторое время.
- Подложи под голову баул, шея затекла, - попросил он и, устроив голову на бауле, начал вслух комментировать ситуацию. -
Сегодня воскресенье, вечер, вряд ли кто-то до вечера пятницы сюда спустится. Вероятность того, что кто-то забредет в этот тупик ради "щучки", тоже сомнительна, а звать кого-то бесполезно: дыру я плотно заткнул, - криво усмехнулся он.
У меня волосы на голове зашевелились. Я с ужасом осознавал гротескность ситуации: Пашка заткнул собой выход, и когда придет помощь (и придет ли вообще) - можно только предполагать. До пятницы пять суток, которые придется провести здесь, имея пару литров воды и четыре бутерброда. Теоретически возможно прожить и на этих припасах вдвоем, если бы не одна закавыка: один из нас зажат в положении, совсем не характерном для тела, кровообращение в некоторых его частях нарушено. Через пару часов начнутся проблемы: вначале боли, потом головокружение, через несколько часов потеря сознания, а что будет через сутки - об этом даже страшно подумать. И мы оба это прекрасно понимали, поскольку учились в медицинском институте на 4-м курсе, когда проходят клинические дисциплины. Понятно, что истерить тоже смысла не было, и мы, как могли, старались вести диалог в таком тоне, как будто просто необходимо задержаться здесь и не более того.

- А может, все-таки кто-то еще находится в подземелье? - с надеждой рассуждал я. - Тогда стоит позвать на помощь, возможно, есть какие-то отверстия типа этого, по которому звук донесется в штольни.
- Разве что черный диггер услышит, - криво усмехнулся Пашка, предпринимая очередную бесплодную попытку пошевелиться в "щучке".
- Это кличка - Черный Диггер?
- Персонаж подземного фольклора, - грустно продолжил Пашка. - Иногда выручает диггеров, указывая дорогу наверх, опять же - в легендах и преданиях.
- Ты как хочешь, а я позову на помощь, вдруг кто-то услышит, - и я заорал во весь голос. - Э-э-э-эй, на помощь! Э-э-э-эй!

Поорав так пару минут, я прислушался, но в ответ не донеслось ни звука, только участившиеся попытки Пашки разбавляли давящую тишину.
- Хреновато что-то, попить дай, - сказал он. - Давай попробуем заснуть, может, время быстрей пойдет.
Выключив фонари, мы затихли. Прислонясь к стене, я попытался представить, как было бы хорошо, если б мы не полезли в эту дыру, а просто прогулялись и выбрались наверх. Сейчас бы сидели в пустой электричке и предвкушали возвращение домой.

Видимо, я все же задремал, потому что вдруг резко очнулся от каких-то звуков рядом. С Пашкой что-то происходило, он мычал и стонал. Обеспокоенный я включил фонарь, увидел, как он машет руками и вдруг исчезает, будто провалившись во тьму "щучки".
- Паш, - позвал я в дыру. - Паш.
И вдруг внезапно понял, что путь свободен. Эта мысль сверкнула молнией в моём мозгу, я схватил баул и герму, протолкнув их в нору, затем с разбегу нырнул, сам на лету выдохнув, птицей пролетел и, как мне показалось, даже не коснулся стен "щучки". Приземлился я на Пашку, одурело сидевшем на земле и тупо осматривающемся вокруг.
- Как сам? - спросил я его.
- Кроссовку не могу найти, - слабым голосом сказал Пашка.

Подсветив фонариком, я в полуметре от себя обнаружил кроссовку и протянул ему, он так же без эмоций надел её и, встав, покачнулся.
- Ты как? - повторил я.
- Пошли, - сказал Пашка, и мы двинулись назад.
Пашка шел очень быстро, гораздо быстрее, чем обычно, пролезая в дырки лазов, он лучом фонаря шарил по сторонам, то ли сверяясь с ориентирами, то ли ища чего-то.

Минут через 30 мы подошли к выходу, и, прежде чем лезть в него, Пашка раскрыл тетрадь и во второй графе пометил время напротив наших фамилий. Затем он зачем-то внимательно прочитал последние 3-4 страницы, дойдя до прошлого воскресенья. Потом решительно мотнул мне головой, и мы полезли наверх. За все это время мы не перекинулись ни словом, Пашка передвигался так быстро, что я еле успевал за ним, а теперь, переодеваясь в чистую одежду, я увидел, как он рассматривает свой нож - причину, которая едва не стоила нам жизней. От его усилий освободиться нож пропорол ножны, и обломался кончик его довольно толстого лезвия.

- Просто повезло, что тебе удалось так крутануться в этой чертовой дыре, - сказал я, просовывая ногу в штанину джинсов.
- У меня даже сил не было там пошевелиться, не то что крутануться и сломать нож, - равнодушно ответил Пашка.
- Я чего-то не пойму, - замер я, недоуменно глядя на него.
- А чего понимать-то, я почти потерял сознание, когда почувствовал сильные рывки, - сказал он, глядя мне в лицо. - Меня выдернули из той дыры, дернули так, что кроссовка слетела.
- Кто? - замер я, стоя в одной штанине.
Пашка посмотрел на меня:
- А кого ты звал на помощь?
Источник.

Новость отредактировал Lynx - 29-12-2017, 13:51
29-12-2017, 13:51 by Сидоджи ОбыкновенныйПросмотров: 814Комментарии: 2
+15

Ключевые слова: Подземелье нора диггеры лаз призрак помощь

Другие, подобные истории:

Комментарии

#1 написал: Сделано_в_СССР
1 января 2018 10:02
+1
Группа: Журналисты
Репутация: (2373|0)
Публикаций: 1 176
Комментариев: 8 477
Нормально+++++++++++++++ 41
                           
#2 написал: Vojd
15 января 2018 17:59
0
Группа: Посетители
Репутация: (1|0)
Публикаций: 0
Комментариев: 25
Чёрный дилер их спас?

Диггер в смысле))
Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.