Его сын

Субботнее утро 15 октября 1960 года ничем не отличалось от других осенних дней. Яркое солнце и безоблачное небо предвещало жаркий день. Несмотря на выходной день, он проснулся по второму звонку будильника, стрелки которого показывали 8.00 до полудня. Ведь отдых на северном побережье Мауи в эти выходные они с Энн планировали давно, и всё должно было пройти строго по плану.

Включил радио и пошёл к холодильнику. Лёгкая ненавязчивая песенка зазвучала из колонки. Он открыл окно, и поток влажного океанского воздуха хлынул в комнату. Попивая холодный сок, он стоял у окна, глубоко вдыхая ещё не успевший нагреться воздух. Песенка по радио прекратилась и началась передача «Хочу верить». В студию был приглашён командир экипажа ВВС Аргентины Уго Ф. Найотти. В своём рассказе Уго поведал, что 3 июля 1960 года ехал из Яканто в Кордову и в начале пятого в округе Бельграно, в 70 километрах от Кордовы, внезапно увидел необычный объект шарообразной формы, зависший справа от дороги. Найотти схватил камеру и сделал снимок…

На этом передача внезапно прервалась, ибо по пути к тостеру он с улыбкой настроил другую волну. Такого рода передачи и истории в 60-е были, мягко говоря, нередкими, и он уже мог пересказать большинство вышедших и предугадать сюжет любого нового рассказа о «зелёных человечках».

Позавтракав, он вышел в кладовую собирать необходимые для поездки вещи. Палатка, решётка для гриля, два спальных мешка, запасная одежда, топорик, нож, спички, другие мелочи. С прикроватного столика взял наручные часы с гравировкой «Дорогому сыну с двадцатилетием. Любящий отец Хуссейн. 8/04/1956г». Часы были очень дороги для него, снимал он их только на ночь и только у себя дома. Никогда и нигде в других местах он их ещё ни разу не снял, боясь потерять.

Красный 49 Ford Fordor Sedan стоял, загруженный вещами, и ожидал водителя. Он заглянул домой проверить, не забыл ли что-нибудь, закрыл дверь на замок и вышел к машине. Нужно было заехать за Стэнли Энн, затем по дороге в супермаркет – и в путь.

Дорога до северного побережья заняла около сорока минут, примерно ещё столько же времени ушло на поиск удачного места, подходящего одновременно для разбития палатки, разведения костра и купания. И эта поляна стоила потраченного на её поиски времени. Вглубь острова простирался лес, где можно было найти дрова. С другой стороны не очень высокий кустарник, за ним метрах в ста по относительно пологому склону волны Тихого океана издавали расслабляющий и уводящий в сторону от всех тревог и переживаний шелест, поднимаясь по песку в сторону острова и неспешно сползая обратно. На краю поляны перед лесом кто-то из ранее отдыхавших здесь вкопал столб высотой около трёх метров с деревянным щитом для игры в баскетбол. Кольцо отсутствовало, а на столбе ножом вырезано имя «Джейк, 1948». Мяча с собой не брали, поэтому отсутствие кольца ничуть не расстраивало, а столб со щитом для молодых людей был не более чем хорошо заметным ориентиром для быстрого поиска своей палатки при возвращении от океана.

Первым делом они решили искупаться. Вода была отличная, не хотелось выбираться на берег. В отсутствие сильного ветра высота волн была небольшая, но достаточная для того, чтобы, уловив момент и оказавшись на вершине волны, скатываться по ней вниз, как с горки, пока следующая волна не подхватит тебя и не поднимет опять на вершину. Он нырнул и на дне нащупал какую-то раковину. Энн выхватила у него раковину и с интересом вертела её в руках, глядя, как та переливается на солнце. Изучение было завершено внезапно: когда в раковине зашевелился какой-то моллюск, она полетела обратно в пучину, сопровождаемая громким вскриком Энн.

Когда они вернулись на берег, Энн принялась нарезать мясо и булочки для сосисок. Тем временем он пошёл в лес за дровами. Лес был хорошо проходим, часто встречались сухие сучья, но нужно было внимательно поглядывать под ноги, так как во многих местах из-под земли на поверхность выступали корни деревьев, и он дважды чуть не упал, зацепившись за них. Собрав достаточно дров, он разжёг костёр и принялся раскладывать палатку, что было не таким простым делом: ветер приносил от костра вкусные запахи готовящегося мяса и обжаривающихся сосисок, и его так и тянуло бросить всё и присоединиться к Энн с целью дегустации.

Но наконец всё было готово, и они вкусно поели, запивая сочное, ароматное мясо красным вином. Затем ещё раз искупались, прогулялись по берегу. Так незаметно день превратился в вечер, стало смеркаться, лёгкий дневной бриз постепенно изменил своё направление в сторону океана. Подкралась ночь.

Заснули быстро.

Среди ночи он внезапно открыл глаза, как будто чем-то разбуженный. Взглянул на часы, люминесцентные стрелки показывали 2.34 ночи. Энн спала. Он повернулся на бок и хотел уже закрыть глаза, как вдруг луч света мелькнул между створками входа в палатку. Это выглядело так, будто кто-то быстро пробежал мимо них от побережья в сторону леса с ярким фонарём, направленным в сторону палатки. Пару минут спустя любопытство перебороло желание заснуть, и он выглянул из палатки.

Луна зашла около часа назад, а света звёзд было совсем недостаточно, чтобы разглядеть хоть что-нибудь достаточно чётко. Слева доносился шум волн, справа – лес. Стоп! Со стороны леса едва различимо среди деревьев было заметно слегка пульсирующее голубовато-белое свечение. Он отвёл взгляд в сторону океана, посмотрел на звёздное небо, перевёл взгляд на лес – свечение не было плодом воображения. Оно то набирало яркость, то тускнело, создавалось впечатление, что оно медленно плывёт над поверхностью земли за деревьями.

Чувство некой тревоги или даже страха охватило его лишь на несколько мгновений: внезапно возникшее непреодолимое желание пойти туда заставило его аккуратно, чтобы не разбудить Энн, надеть шорты и шлёпанцы, накинуть тенниску и, взяв фонарик, выбраться из палатки.

Не очень мощный фонарь освещал дорогу на пару метров впереди. Водя фонариком влево и вправо и не отрывая взгляда от свечения, он едва не стукнулся в баскетбольный столб, который возник будто из ниоткуда на пути. Обойдя столб, он вошёл в лес и постепенно стал двигаться в сторону света. Зрительно свечение казалось находящимся на расстоянии около пятидесяти-семидесяти метров. Рельеф поверхности постепенно уводил в низину, постепенно деревья стали расти несколько реже. Он прошел примерно половину пути, за уже редкими деревьями стало отчётливо видно, что свечение исходит из какого-то объекта в форме шара. Шар этот, размером с большой мяч для гимнастики, висел неподвижно в двух-трёх метрах над землёй. Свечение исходило ото всей его поверхности, меняясь от слабого голубоватого в верхней части до ослепительно белого, направленного нешироким конусом на землю, в нижней части сферы. Подходя ближе, ему уже приходилось поднимать взгляд вверх. Внезапно фонарь погас, но на расстоянии нескольких метров от шара было и так светло, как днём. Не сводя взгляда с шара, с поднятой вверх головой он сделал ещё шаг. И…

Рядом с корнем, за который он зацепился, остался лежать правый шлёпанец. Рефлекторно выброшенные вперёд руки не ощутили земли там, где она должна была быть. Вслед за нерабочим фонарём он кубарем катился в овраг с почти отвесным склоном глубиной метра три, на дне которого в почти полуденном освещении он успел заметить пень давно спиленного дерева. «Джейк, 1948» - эта надпись всплыла в его сознании за долю секунды перед ударом…


Тьма. Тьма. Тьма. Свет. Мать держит его за руку, они не спеша идут по дороге, ему пять лет… Тьма. Тьма. Отец в военной форме входит в дом, десятилетний сын со слезами и смехом бежит к нему навстречу и бросается на шею. Свет. Два силуэта на фоне ослепительного света склоняются над ним. Страх. Боль. Тьма. Вспышка света. Боль. Тьма. Тьма. Тьма. Школа, выпускной, танец, смех, фотограф со вспышкой. Ослепительное пятно. Третий силуэт. Боль. Тьма. Вспышка света отзывается резкой мгновенной болью в голове. Тьма. Тьма. Тьма. Поступление в Гавайский университет. Стэнли Энн. Энн. Вспышка. Ослепительный свет. Один силуэт удаляется. Тьма. Будильник. Голос из радиоприёмника: «… июля тысяча девятьсот шестидесятого года командир экипажа ВВС Аргентины Уго Ф. Найотти ехал…». Тьма. Тьма. Баскетбольный щит без кольца. Лес, освещённый фонарём. Фонарь гаснет. Ярко освещённый пень несётся в лицо. Тьма. Тьма. Яркий свет. Два силуэта. Холод. Тьма. Вспышка, резкая боль в затылке переходит вниз и охватывает весь позвоночник. Хочется закричать, но не получается. Тьма. Тьма. Вспышка света. Невесомость. Боли нет. Никаких ощущений. Два силуэта удаляются и растворяются в ослепительном свете. Он движется в сторону света или свет надвигается на него. Яркость света становится невыносимой, но глазам не больно или их нет. Свет превращается в подобие водоворота с чёрной точкой по центру. Он вращается в этом водовороте, но голова не закруживается или её нет. Чёрная точка увеличивается до невообразимых размеров и поглощает его целиком. Тьма. Тьма. Тьма. Ночное небо, жаркая пустынная местность. Звук. Над головой с огромной скоростью проносится самолёт. Несколько одно- и двухэтажных домов впереди охватывает пламя. Доносится звук нескольких взрывов. Тьма. Вспышка. День. Из-за разрушенных зданий на странного вида автомобилях выезжают люди с оружием и чёрными флагами. Тьма. Взрыв. Осколки стекла, кирпича, бетона, пластика разлетаются в разные стороны. Крики. Люди убегают от взорванного кафе. Приближаются звуки сирен. Что-то не так… Город… Огни… ТЕЛЕВИЗОРЫ!!! Три тонких (!) и одновременно огромных по высоте и ширине цветных телевизора прикреплены в форме треугольника к вращающемуся столбу у проезжей части. Человек бежит и что-то кричит в плоскую коробочку, прислонённую к уху… Ещё один взрыв. Тьма. Тьма. Вспышка. На горизонте вырастает гриб из пыли, дыма, огня. Небо пересекает белая полоса со сверкающей точкой в начале. Она приближается к земле, в месте их соприкосновения начинает расти новый гриб. Таких белых полос на небе появляются десятки. Тьма. Тьма. Мрак. Ни один луч солнца не пробивается сквозь плотную завесу облаков, пыли и пепла. Ничего не видно. Внезапно сверху пробивается белый свет, который становится всё ярче. Сквозь тучи пыли и пепла спускается голубовато-белый шар размером с огромный мяч. Через мгновение появляется сотня этих мячей. Светло, как в полдень. Но лучше бы этого не видеть. Кругом руины. В некоторых местах огромные воронки. Земля усыпана пеплом и различными обломками. Ни деревьев, ни животных, ни людей. Только обуглившиеся кости и пепел. Шары приближаются к земле. В ярком свете из них появляется один, а затем всё больше и больше силуэтов. Резкий порыв ветра подхватывает и бросает в лицо капли начавшегося дождя с пеплом и пылью. Хочется закричать. Тьма.

- А-а-а-а-а!!!

По палатке барабанил и всё усиливался дождь. Порывы ветра налетали то слева, то справа.

- Что случилось? – проснулась разбуженная его криком Энн.
- Уф… Приснится же такое, - ответил он, вытирая холодный пот со лба.

Резкий порыв ветра разорвал молнию на двери и ворвался в палатку, принеся с собой внутрь потоки дождя и обнажив затянутое тучами утреннее небо. Непогода набирала силу. Собрались очень быстро, не рискнув остаться на берегу океана и дождаться, пока буря наберёт полную силу.

Отдых им понравился. Только одно обстоятельство его тревожило некоторое время – шорты, тенниску, шлёпанцы, фонарь и часы он так и не нашёл. В конце концов он принял доводы Энн о том, что, собираясь второпях, они потеряли там все эти вещи. Более всего он жалел о потере часов и даже предпринял попытку съездить туда ещё раз. Но, обыскав всю поляну и особенно тщательно место, где стояла палатка, так ничего и не нашёл. Со временем он смирился.

2 февраля 1961 года они с Энн сыграли свадьбу, а 4 августа 1961 года у них родился сын. Его решили назвать в честь отца. Правда он через некоторое время решил покинуть семью и своего сына в будущем навестил всего один раз, когда тому исполнилось десять. Тем не менее его сын рос способным и целеустремлённым ребёнком и в итоге добился своей цели…

* * *


20 января 2009 года семейство Гриффинсонов в составе Тода, Лауры и их семилетнего сынишки Люка отправилось отметить десятилетний юбилей совместной жизни на побережье острова Мауи. Авиаперелёт Чикаго - Гонолулу, небольшая яхта напрокат, безлюдный пляж и две недели отдыха в кругу семьи.
На этот пляж и поляну наткнулись случайно, там и решили остановиться. Только лодка успела причалить к берегу, Люк умчал по склону вверх на поляну.

- Люк, стой! Не беги далеко один, - прокричал Тод.
- Да, пап! Хорошо.

Тод помог жене выйти на берег и начал уж выкладывать вещи, как услышал крик:
- Папа, папа! Скорее сюда!

Испуганный отец, бросив рюкзак на землю, побежал к Люку.

- Папа, смотри, - мальчик показывал пальцем на баскетбольный щит на столбе.
- Люк! Ну, нельзя же так пугать! Ты не мог дождаться, пока я приду сам, и показать мне это потом?
- Ну, неужели ты не видишь?! Нет кольца. А на яхте я видел баскетбольный мяч. Пожалуйста, пожалуйста, сплавай за мячом и захвати кусок толстой проволоки для кольца, папа, пожалуйста.
- Идём за мной! Помогай выгружать вещи из лодки, потом будет тебе и кольцо и мяч.

Пока взрослые раскладывали вещи и устанавливали палатки, Люк осваивался в бросках мяча в импровизированную корзину из толстого куска металлического прутка, согнутого в форме круга и обвёрнутого старой майкой вместо сетки.

- Папа!
- Ну, что ещё? – подошёл Тод к сыну.
- Этому щиту уже 61 год, - указал Люк на надпись «Джейк, 1948».
- Хм, действительно. Умели же раньше строить, - с улыбкой произнёс Тод и бросил мяч в кольцо.

Мяч, неудачно скользнув в руке, пролетел ниже щита и покатился мимо деревьев в лес.
- Эх ты, мазила, - проговорил Люк, направляясь за мячом.
- Стой-ка, дружочек, - остановила его Лаура, - а обувь в лес кто надевать за тебя будет?
- Я, - недовольно проговорил Люк, натягивая кроссовки.

Лаура и Тод занимались своими делами и как-то не обратили внимания на то, что их сына нет дольше, чем следовало бы. Лаура наклонилась поднять мешок со спальными принадлежностями и чуть не потеряла дар речи от неожиданности, когда подняла взгляд: перед ней стоял Люк в грязной майке и со ссадиной на колене и локте. В руках он держал ржавый фонарик:

- Там ещё скелет…

* * *


Инаугурация сорок четвёртого президента Соединённых Штатов Америки прошла 20 января 2009 года рядом со зданием Капитолия в Вашингтоне. На церемонию собралось свыше одного миллиона зрителей и было затрачено свыше ста шестидесяти миллионов долларов, что является рекордом за всю историю США. Всё действо прошло в торжественной обстановке под аплодисменты многочисленной публики. Миллионы глаз и сотни камер обратили свой взор на трибуну. Но никто даже не обратил внимания, как в момент клятвенного поднятия правой руки на лице будущего президента мелькнула странная ухмылка и его взгляд скользнул вверх, где высоко в небе за церемонией тоже наблюдали из едва различимого голубовато-белого шара размером с мяч для гимнастики…

* * *


Полицейский вертолёт приземлился на северном побережье острова Мауи. Через некоторое время в него были погружены человеческие останки, ржавый фонарь, часы с памятной гравировкой. Экспертиза показала, что смерть наступила около пятидесяти лет назад от черепно-мозговой травмы в результате падения с высоты и удара о твёрдый предмет височной частью черепа. Весьма странным экспертам показался тот факт, что, предположительно, перед смертью человек получил огромную дозу радиоактивного облучения от источника, находящегося на расстоянии нескольких метров. Не менее странное, даже абсолютно невероятное заключение дала стоматологическая экспертиза – останки принадлежат отцу сорок четвёртого президента Соединённых Штатов Америки…

Новость отредактировал Sunbeam - 15-10-2016, 06:16
15-10-2016, 06:16 by dzianiskaПросмотров: 1 715Комментарии: 2
+6

Ключевые слова: НЛО апокалипсис шар свечение смерть авторская история

Другие, подобные истории:

Комментарии

#1 написал: az.ecmb
15 октября 2016 08:16
0
Группа: Комментаторы
Репутация: (1160|0)
Публикаций: 2
Комментариев: 709
Ну супер! Даже про Гонолулу есть! А вот про ящерок нет((
  
#2 написал: dzianiska
15 октября 2016 10:59
0
Группа: Посетители
Репутация: (0|0)
Публикаций: 3
Комментариев: 12
Про каких ящерок? )))
 
Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.