Несбывшаяся мечта

В девять лет Ленька впервые увидел Ангела.

Три года назад, старенькая соседка, Зинаида Ильнична, рассказала ему о Боге. О далеком и красивом месте, где можно прыгать по облакам, похожим на белую сахарную вату. Там никогда не бывает холодно и можно есть сколько захочешь конфет, мороженного и сладких мандаринов. А еще никто не ругается и не бьет больно по затылку или щекам. Ленька внимательно слушал добрую женщину, перекатывая во рту мятный леденец. Зинаида Ильнична часто угощала его конфетами и пирожками. Своих детей у нее не было, а малышей она любила.

Соседка умерла, и угощать Леньку конфетами стало некому. И рассказывать про Бога тоже. Сначала мальчик, на самом деле, верил, что где-то далеко есть рай и однажды к нему придет ангел, чтобы за руку отвести туда, где облака похожи на сахарную вату. Потом из дома ушел папа, чтобы уже не вернуться никогда. На вопросы Леньки, когда папа придет снова, мама отвечала сухо и неохотно. А один раз отвесила сыну подзатыльник:
- Не смей больше спрашивать глупости! Отец нас бросил, теперь ты должен мне во всем помогать, понял?

Ленька понял только то, что маму лучше ни о чем пока не спрашивать. Рука у нее была тяжелая и сильная - в ушах до сих пор звенело.

Потом было много разных мужчин в их доме. Одни совали мальчику сладости и копеечные игрушки, другие отвешивали затрещины больнее маминых, чтобы Ленька "не путался под ногами". Он уходил к себе в комнату и возился с конструктором. Конструктор был старый, половины деталей не хватало. Иногда мальчик забирался с ногами на подоконник и смотрел через грязное стекло на прохожих. Люди спешили куда-то, не глядя по сторонам. Серая, одноликая масса тянулась мимо Ленькиного окна днями напролет. Иногда хотелось открыть пошире окно и громко крикнуть людям, чтобы они не были такими унылыми. Ведь где-то высоко над ними есть облака из сахарной ваты и Бог, который всегда угощает конфетами и мандаринами.

Время шло...

Ленька возвращался домой из школы, зябко кутаясь в старую куртку. Он шел и думал, как сказать маме о том, что его собираются отстранить от уроков за неподобающий внешний вид и отсутствие обязательной сейчас школьной формы. Вряд ли мама бросится покупать ему одежду - не на что, да и ее новый муж будет против. Еще и побить может за то, что Ленька пристает с глупостями.

В животе заурчало - утром не пришлось даже выпить пустого чаю. Мама была не в духе, как всегда, когда нечем было "залить трубы". Отчим тоже ходил злой, поэтому мальчик поспешил улизнуть из дома, чтобы не попасть под горячую руку. Скудной мелочи в кармане не хватило даже на несвежий столовский пирожок. В школьной столовой питались только те, кого считали неблагополучным слоем. Мальчики и девочки из малоимущих, многодетных семей, либо те, у кого родители давно выбрали между семьей и бутылкой в пользу последней. Как Ленькины мама и отчим.

Проходя мимо булочной, откуда тянуло аппетитным запахом свежей выпечки, мальчик сглотнул слюну и ускорил шаг. Как назло, под ногу подвернулась пустая бутылка. Ленька взмахнул руками и шлепнулся в холодную грязную лужу.

- Мальчик, ты как - не ушибся? - над ним склонилась красивая молодая женщина в белом пальто. За ее руку цеплялась девчушка лет пяти.
- Не ушибся, - зло буркнул мальчик, с трудом поднимаясь на ноги. Штаны и куртку теперь покрывали отвратительные пятна - вот только этого ему и не хватало для полного счастья. Надо же было ему так опозориться, да еще при посторонней женщине! И чего она не уходит, встала тут и пялится в наглую!
- Дать тебе платок обтереться? - сердобольно предложила назойливая свидетельница Ленькиной неудачи и полезла в сумочку. Вот на кой докопалась со своей дурацкой помощью?!
- Не нужно мне ничего, - грубо ответил Ленька и, подобрав с асфальта рюкзак, торопливо отошел подальше. Сев на лавочку, он попытался отряхнуть штаны, но только сильнее размазал грязь. А чтоб ее... все равно, дома придется стирать!

Он покосился в сторону женщины в белом пальто. Вопреки ожиданию, она не ушла - вместо этого склонилась над дочкой и что-то говорила ей, показывая на пакет с продуктами. Девчушка кивала, при этом помпон на розовой шапочке смешно подпрыгивал. Ленька отвернулся. Небось, спрашивает свою дочурку, сколько ей шоколадок купить или еще чего. Богатенькие, сразу видно - одежда явно недешевая! И сумочка - Ленька видел в магазине, сколько такая стоит, можно месяц на эту сумму продукты покупать.

Стало совсем тошно. Он отвернулся, но тут его осторожно тронули за рукав. Перед ним стояла та самая девчонка в розовой шапочке. И протягивала большую булку с маком. От выпечки пахло просто волшебно.

- Мама сказала, это тебе, мальчик, - пролепетала девчушка, подсовывая Леньке булку. - Вкусная, плавда!

Она смешно картавила и улыбалась во весь рот. Одного зуба не хватало, но это нисколько не портило улыбку. Против воли, Ленька улыбнулся в ответ. Злость и обида в душе потихоньку таяли. Он протянул руку и взял угощение:
- Спасибо! Суперская у тебя мамка! - перехватив взгляд женщины в белом пальто, он отсалютовал ей булкой. Женщина кивнула и помахала в ответ.

Девчушка подбежала к маме и схватила ее за руку. Обе неторопливо побрели дальше в сторону большого продуктового магазина. Глядя, как подпрыгивает пушистый помпон на шапочке, Ленька хмыкнул - бывают же такие чудики на свете!

Он успел дважды откусить от удивительно вкусной выпечки, когда раздался взрыв.

Ленька не помнил, как оказался возле магазина. Точнее, того, что от него осталось. Одну стену почти полностью вынесло взрывом, кругом валялись обломки камней и какой-то мусор. Рядом истошно выли сигнализации сразу нескольких машин, где-то заливался плачем ребенок.

Она лежала на замусоренном асфальте. Еще недавно белое пальто было теперь буро-черным от грязи и крови. Ленька огляделся по сторонам, ища девочку, но ее нигде не было видно. Потом он приметил под одним из обломков розовую шапочку...

Вокруг уже собиралась взволнованно гудящая толпа. Кто-то рыдал, кто-то снимал происходящее на мобильный. Леньку толкали и пихали со всех сторон. Он присел на корточки возле женщины в пальто. Рядом опустился крепкий немолодой мужчина в военной форме. Он протянул руку и попытался нащупать пульс. Потом чуть заметно качнул головой:
- Не помочь ей уже. Вот же сволочи... знакомая твоя?

Ленька кивнул, глотая слезы. В происходящее до сих пор не верилось.

Толпа продолжала напирать. Мужчина поднялся и помог встать Леньке:
- Шел бы лучше домой, парень! Ты как - сам доберешься?

Ленька снова машинально качнул головой, краем глаза наблюдая, как накрывают какой-то тряпкой тельце девочки, недавно угощавшей его булкой. Рядом лежало еще несколько накрытых с головой тел. Кому-то из жертв повезло больше, и их на носилках грузили в кареты "скорой помощи".

Мальчик успел подумать о том, скольких из них успеют довезти до больницы живыми, прежде, чем прогремел второй взрыв.

Больно... почему ему так больно?

Ленька попытался открыть глаза, но веки словно залило теплым клеем. Было трудно дышать, изо рта и носа текло. От металлического вкуса тошнило, в голове стоял противный гул. Где-то отчаянно кричала женщина.

- Вадик, Вадюшенька... Вадяяя!!! Врача сюда, быстрее...
- Мамаша, успокойтесь, вот, хлебните...
- Уберите ее отсюда кто-нибудь... пацан не дышит. Все, похоже... и этот тоже уже! Гребанные п...сы, нашли где взрывать! Мрази, скоты, чтобы им всем...

Хор голосов сливался в один сплошной шум. В угасающем сознании Леньки одна за другой мелькали картины: розовый помпон на шапочке девчонки, теплая булка в руке, Зинаида Ильична, гладящая его по голове:
- Бог, он всех любит, Ленечка - и тебя, и меня! Все мы дети ему...

Сахарно-белые, пушистые облака, пахнущие мандаринами, падающие с неба конфеты, крылатые люди с добрыми улыбками. Невыносимая боль, разрывающая ребра и грудь. Где же вы, Бог, ангелы? Кто-нибудь, слышите нас? Где ваша любовь сейчас, когда она так нужна?

Перед глазами встала щербатая улыбка девочки с булкой. Ее-то за что?

Ленька попытался вдохнуть глубже, не смог и понял, что умирает. Тогда он увидел его в первый раз.

Ангел парил над мертвыми телами, над криками и плачем живых, мелькающими машинами "скорых". Ничего общего с картинками крылатых людей из книг. Сияющее, воздушно-эфемерное нечто, облако из невесомых перьев и шелковых лент. Нежно-голубые, персиковые, розово-золотые, жемчужные, серебристые. Потрясающие неземной красотой оттенки радужного сияния. Ленька чувствовал благоухание свежей травы, спелых ягод, душистого меда, и еще чего-то незнакомого, пьяняще-сладостного, сказочно-волшебного. Волна небывалой, горячей нежности и любви коснулась сердца, наполнила душу, переливаясь через край.

"Люблю тебя... люблю вас всех... люблю..."

Теплые слезы счастья лились по щекам. Ребра больше не отзывались дикой болью. Ленька дышал полной грудью и плакал от светлой, грустной нежности. Теперь он знал - его любят по-настоящему. Любят так, как умеют любить лишь ангелы.

Он сидел на скамейке, держа в руке булку. Девочка бежала к маме; пушистый помпон смешно подпрыгивал. Ленька посмотрел по сторонам - люди спешили по своим делам. Будто и не было ничего. А может, и правда, не было?

Но он откуда-то знал - случившееся не галлюцинация и не бред. Произошло страшное - взрывы, гибель женщины в белом пальто и ее дочки. И других людей тоже. А потом с небес сошел ангел и своей бескрайней любовью заслонил десятки живых душ от смерти. Просто отмотав назад незримую нить судьбы.

Никаких терактов в этот день уже не случится, Ленька был уверен. Но почему люди все забыли, а он нет?

То, что случилось после, Леньке тоже не суждено было забыть до конца своих дней.

Разноцветное, сияющее облако медленно опустилось на траву, недалеко от скамейки. Его радужное сияние гасло буквально на глазах. Не успел мальчик осознать, что никто, кроме него, не видит происходящего, как вокруг потемнело. Стало невыносимо холодно и тоскливо. Нечто вышло из сгущающегося мрака. Высокая тощая фигура в черной куртке и потрепанных джинсах. На голове красовалась темная кепка с повернутым назад козырьком, массивные кроссовки на шипастой подошве мерно шаркали по сухой траве. Глазами Ленька видел обычного парня лет пятнадцати. Но чем больше он пытался убедить себя, что перед ним просто человек, тем сильнее внутри все сжималось в ледяной студенистый комок. Никогда еще ему не было так страшно. Хотелось упасть на землю и завыть от необъяснимого ужаса. Но тело не подчинялось. Оставалось смотреть, как незнакомец неспешной шаркающей походкой приближается к ослабевшему ангелу.

"Почему ты не улетаешь?! Уходи от него, спасайся!" - мысленно закричал Ленька, уже понимая, что слишком поздно. Нечто, кем бы оно ни было, подошло совсем близко. Минуту оно стояло, покачиваясь, будто раздумывало, что теперь делать. Потом не спеша протянуло руки, словно желая обнять трепещущее нежное облако воздушных перьев. Конечности удлинялись, росли, утрачивая сходство с человеческими. Колышущиеся студенистые отростки обхватили ангела; в тот же миг сознание Леньки взорвал ни на что не похожий, исполненный жесточайшей муки и ужаса крик. Легкие перья разлетались в разные стороны, на траву брызнула кровь. Запахло чем-то сладким, похожим на ваниль, но от этого стало еще страшнее. Лицо незнакомца быстро утрачивало сходство с человеческим. Кожа стала мертвенно-белой, нос исчез, зато рот растянулся в жуткой ухмылке, точно разрезанный до ушей, обнажая ряд острых зубов. На месте глаз зияли кровоточащие провалы. Прорывая одежду, за спиной чудовища с треском раскрылись костяные подобия крыльев.

Ангел бился и кричал, погибая в объятиях незнакомца. Тот жадно впитывал радужное сияние, продолжая бессмысленно-широко ухмыляться зубастым ртом. Ленька беззвучно стонал, чувствуя, что медленно сходит с ума. Он сто, тысячу, миллион раз жалел, что не умер под обломками. Что, умирая, позвал ангела. Что обрек его этим на страшную смерть.

Сколько продолжался кошмар, он не мог сказать. Двадцать минут, час, день? В конце концов, крики ангела начали стихать. Сияние постепенно тускнело, на траву падали легкие перья, тут же превращаясь в разноцветную пыль.

Еще секунда - и его не стало.

Ленька по-прежнему сидел на скамье. Все так же сияло солнце и суетились люди. Внутри было пусто и холодно, теплая булка, сжатая в руке, вызывала лишь тошноту. По щекам струились слезы, капая на грязные штаны. Ангел мертв - в ушах до сих пор стоял его крик. Ленька уже знал, эти крики он всегда будет слышать в кошмарах.

Кто-то опустился рядом на скамью. Поворачивать голову не хотелось - кто бы это ни был, пусть проваливает к черту!

Послышался сухой смешок. По спине пробежали мурашки. Теперь Ленька понял, кто сидит рядом, но убегать было поздно. Накликал...

- Тому не нужно далеко ходить, у кого черт за плечами, - процитировал известную фразу незнакомец и хрипловато засмеялся. От этого смеха стало еще страшнее.

"Не буду на него смотреть, ни за что... не хочу...", - но против воли Ленька медленно повернул голову.

Никаких чудовищ. На него с доброжелательным любопытством смотрел паренек в кепке козырьком назад. Зеленые глаза искрились от сдерживаемого смеха, в руке парень сжимал обычный рожок с мороженным.

- Что - страшно? Или уже нет? - он не больно щелкнул Леньку по носу. - Жуй уже свою булку, а то остынет. В этой кулинарии выпечка вкусная только пока горячая, потом ее в рот не возьмешь!

Мальчик поднес булку ко рту и откусил. Никакого вкуса не почувствовал, но покорно задвигал челюстями. Потом сглотнул. Еда провалилась комом в желудок. Ленька снова откусил, прожевал и сглотнул. Потом еще раз. Желудок сжимался, отказываясь принимать пищу, челюсти сводило, но остановиться не получалось.

- Ладно, хватит с тебя, - сжалился незнакомец. Ленька разжал руку, и остатки булки упали в траву. Он едва успел наклониться, и его тут же вырвало.

Парень в кепке неторопливо сорвал бумагу с рожка мороженного, не обращая внимания на Леньку. Дрожащими пальцами мальчик расстегнул рюкзак, вырвал из первой попавшейся тетради лист и торопливо вытер лицо. Покосился на парня. Тот с видимым удовольствием лакомился мороженным и разглядывал бредущих мимо прохожих.

- Почему? - Ленька не узнал свой голос. - Почему ты его убил, за что?

Перед глазами встала недавняя сцена жестокой расправы. Разве такое возможно, чтобы умирали ангелы?

Незнакомец выкинул бумажку в урну, стоявшую рядом со скамейкой, и повернул голову. Больше он не напоминал подростка - с белого, как бумага, лица, смотрели два провала, сочащихся вязкой черной слизью. Костяные крылья шуршали, расправляясь за спиной демона.

- Мое имя Коо` Самадо Ра, - прозвучало в голове у Леньки болезненной пульсацией. - По-другому это значит - Убийца Ангелов. Я прихожу к тем, от кого отворачивается Бог.

Ленька вспомнил, как бессильно трепетал на земле ангел, не в силах взлететь. Неужели это потому, что Бог от него отказался? Но почему?

- Потому, что никто не смеет идти против его Воли, не будучи Им проклятым, - от голоса в голове было нестерпимо больно, из ноздрей потекли струйки крови. - Тебе назначено было умереть сегодня. И твоей маленькой подружке, и ее мамочке. Кстати, она собиралась через полгодика порадовать мир еще одним чудесным ребенком. Но у Бога имелись другие планы на этот счет. Ваш спаситель был слишком глуп - он пожалел вас всех, а вот его пожалеть было некому. Бог не любит тех, кто решает за него. Запомни это, если однажды решишь искать дорогу в рай...

Пушистые облака из сахарной ваты, запах мандаринов и конфет, ангелы с добрыми лицами... Ленька бежал по залитой солнцем дороге вперед, в детскую мечту. Дорога была множеством живых лиц. Лица корчились в муках, широко разевая рты. Там было вечно хмурое лицо мамы, небритое папино, почти забытое - дяди Коли, маминого старшего брата, умершего от рака легких. Два сросшихся девичьих личика - сестры-близняшки из соседнего подъезда. Однажды, в припадке белой горячки, их отец задушил обеих девочек и выбросился из окна.

Ленька бежал вперед, по живой дороге, а рай по-прежнему был где-то впереди, недосягаемый и прекрасный...

***

Мать, скорчившись, сидела на полу среди осколков посуды. Левый глаз заплыл почти полностью, разбитая губа кровоточила. Ленька брезгливо поморщился:
- Опять? Мам, сколько можно, а? Как самой не противно...

Мать жалко всхлипнула, размазывая кровь и сопли по лицу. Ленька молча подошел к ней и, схватив за локоть, рывком поднял на ноги. Мельком взглянул на выпирающий живот - скоро уже в роддом, о чем только думает, бестолочь...

- Опять этот твой мудозвон постарался? - хмуро спросил он, помогая матери сесть на продавленный диван. - Сколько раз говорил - гони его отсюда в шею. Хочешь, чтобы угробил тебя вместе с ребенком?

Мать снова беззвучно заплакала. В голос она давно не рыдала - муж успел выбить из нее эту привычку.

- Прописан он здесь... - выдавила она сквозь слезы. - Куда теперь денется...
- Куда-куда - на кудыкину гору, - огрызнулся Ленька, наливая в кружку воду. - Пей давай. И слушай внимательно: сегодня собираешь вещи и идешь ночевать к своей Катьке, поняла? А завтра я везу тебя в больницу. Еще не хватало, чтобы ты рожать прямо тут начала. На себя плевать, о ребенке подумай!

Он помог матери собраться и проводил ее до соседнего дома. Катька тоже была любительницей горячительного, но сейчас она находилась во временной завязке и клятвенно пообещала присмотреть за подругой.

Вернувшись домой, Ленька медленно вошел в комнату, откуда раздавался зычный храп. От ядреного выхлопа перегара, смешанного с вонью, защипало в глазах. Отчим спал, раскинувшись на диване. Бледное волосатое брюхо колыхалось, точно бурдюк. Перешагнув через валяющуюся на полу газету с огрызками селедки и засохшего сыра, Ленька подошел к окну и распахнул его на всю ширь. С наслаждением вдохнул морозный зимний воздух.

Снег блестел под светом фонарей, точно глазурь на праздничном торте. В воздухе медленно кружились редкие белые снежинки. Стояла бархатная тишина - в городе такая бывает только самой глубокой ночью. На черном шелке неба, вышитом звездными жемчужинками, тускло сиял тонкий лунный серп. Этот мир мог быть почти раем... почти. Если бы нашелся тот, кто вычистит из него все лишнее дерьмо. Не Бог, нет. Бог даже мараться не станет.

Ленька приблизился к дивану и минуту молча разглядывал храпящую тушу отчима с отвислым брюхом и стекающей по толстому подбородку ниточкой слюны. От него разило перегаром, мочой и потом. А ведь когда-то, лет десять назад, Ленька боялся его до смерти! Маленький был, глупый.

Он ухватил дряблый локоть и рывком сдернул отчима на пол. Тот грохнулся на заплеванный ковер и взвыл от боли. Он еще не пришел толком в себя, когда его потащили куда-то.

- Э-э-э, ты че делаешь? Ты... - он не договорил. Ленька без особых усилий поднял его на ноги, поставил лицом к окну и пихнул в жирную спину. Когда крик стих, он поднял с пола одну из валявшихся всюду пустых бутылок и поставил на подоконник. Перебрал человек лишнего, с кем не бывает, решил подышать морозным воздухом. И совсем немножко не подрассчитал.

"Запомни это, если однажды решишь искать дорогу в рай"...

Ленька помнил и не искал уже давно. Братишке, который родится через несколько недель, не придется жить божьей милостью. Ленька заберет его у матери и вырастит, как своего сына. Купит ему все: игрушки, новый конструктор, смешную шапочку с помпоном. А потом, когда настанет время, за ним придет тот, кто всегда забирает отвергнутых Богом. Таков был их неписанный уговор.

Но пока он еще живой, и у него есть время. Много времени. И еще силы на то, чтобы, пока жив, чистить мир от дерьма.

Ленька вышел на улицу и подставил лицо холодному ветру. Он думал о том, как назовет маленького брата.

Автор - Эфа.
Источник.

Новость отредактировал YuliaS - 24-01-2019, 09:33
24-01-2019, 09:33 by Сделано_в_СССРПросмотров: 357Комментарии: 0
+4

Ключевые слова: Ангел соседка мальчик девочка булка с маком взрыв нечто мрак убийца брат

Другие, подобные истории:

Комментарии

Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.