Станция «Холодная»
Это было в 2010 году. Я тогда учился в 11 классе, жил в маленьком провинциальном городке, и у меня была одна странность — я любил кататься на электричках. Не потому, что мне не хватало денег на автобус, а потому, что в электричках есть особая атмосфера. Там пахнет железом, мазутом и старыми газетами. Там едут люди, которые не хотят, чтобы их видели. Там можно быть один на один с собой.В ту ночь я возвращался с дачи. Последняя электричка, 23:40, от станции «Комсомольская» до «Холодной». Вагон был почти пустой: пара бомжей в тамбуре, женщина с ребёнком в середине, и я — у окна. За окном — чернота. Ни фонарей, ни домов. Только изредка мелькали столбы и провода.
Я надел наушники, включил музыку. Что-то из старого рока. И не заметил, как уснул.
Проснулся от того, что поезд стоял. Не двигался. Я посмотрел в окно — платформа. Табличка: «ХОЛОДНАЯ». Но что-то было не так. На платформе не было света. Ни одного фонаря. Только тусклая лампочка в будке смотрителя, и та мигала, как будто её кто-то дёргал за провод.
Я вышел. Вагон за мной закрыл двери и уехал. Я остался один на платформе. На часах — 00:13. Следующая электричка должна была быть только в 5:20. Я сел на скамейку и стал ждать.
Через десять минут я понял, что что-то не так. Во-первых, не было слышно ни звука. Ни ветра, ни птиц, ни собак. Во-вторых, я не мог вспомнить, как выглядит эта станция днём. Я ездил тут много раз, но в памяти был провал. Как будто «Холодная» существовала только ночью.
Я пошёл к будке смотрителя. Постучал. Тишина. Толкнул дверь — открыто. Внутри — стол, стул, чашка с чаем. Чай был горячий. Как будто кто-то только что встал и вышел. Я обернулся. На стене висела фотография. Чёрно-белая. На ней — платформа «Холодная». И на скамейке сидел я. В той же одежде. С наушниками.
Я вышел из будки. На платформе стоял человек. Спиной. В старом пальто. Я хотел окликнуть, но голос пропал. Он медленно повернулся. Лица не было. Вместо него — гладкая кожа, как будто кто-то снял маску и не закончил. Он поднял руку и поманил меня.
Я побежал. Куда — не знал. Просто в темноту. Рельсы уходили в лес. Я бежал по шпалам, спотыкался, падал, вставал. Сзади — тишина. Но я знал, что он идёт. Не бежит. Просто идёт. И не отстаёт.
Я выбежал на какую-то дорогу. Асфальт, старые фонари. Вдалеке — машина. Я замахал руками. Она остановилась. За рулём — мужик лет 50. Я попросил довезти до города. Он молча кивнул.
Ехали долго. Я смотрел в окно. Деревья, поля, снова деревья. Потом я понял — мы едем по кругу. Одни и те же повороты, одни и те же знаки. Я посмотрел на мужика. Он улыбался. И у него не было лица.
Я выпрыгнул из машины на ходу. Упал в грязь. Встал. Машина уехала. Я остался один на дороге. Вокруг — лес. Я шёл всю ночь. К утру вышел к какой-то станции. Не «Холодная». Другая. Я сел на первую электричку и доехал до дома.
Когда я зашёл в квартиру, мать спросила:
— Ты где был? Я звонила тебе всю ночь.
— Я был на даче, — сказал я.
— На какой даче? Ты никуда не уезжал. Ты спал в своей комнате. Я заходила к тебе в 12 ночи — ты спал.
Я посмотрел на часы. 6:40 утра. Я был в той же одежде, что и вчера. Но на ней не было грязи. И наушники лежали на столе. Включённые. С музыкой. Которая играла уже 7 часов.
С тех пор я не езжу на электричках. И не выхожу на станции, которых нет на карте. Но иногда, когда я засыпаю, я слышу стук колёс. И голос, который говорит: «Следующая станция — Холодная. Конечная. Поезд дальше не идёт».
Я просыпаюсь в холодном поту. И каждый раз проверяю — не сижу ли я в том вагоне. Потому что я знаю: однажды я усну и не проснусь. И поеду до конца.
А конец — это «Холодная». Где нет света. Где нет лиц. Где есть только я. И он.
Новость отредактировал Летяга - Сегодня, 16:47
Причина: Стилистика автора сохранена
Ключевые слова: Электричка станция платформа голос авторская история