Семь раз в день
# Два зеркалаЖили-были дед да бабка, и однажды с дедушкой случился инсульт, после которого его полностью приковало к постели: он не мог ни встать, ни повернуться, ни поднять руку, а иногда не мог даже самостоятельно открыть рот, и с того дня вся его жизнь превратилась в одну длинную неподвижную ночь.
Кровать стояла в маленькой комнате напротив двух больших зеркал, висевших друг напротив друга по обе стороны от неё, поэтому дедушка, даже когда лежал совершенно неподвижно, целыми днями видел самого себя. Слева было одно отражение, справа — другое, и виден был в них только лишь сам дедушка. Куда бы он не смотрел, он видел лишь себя самого, уходящим в бесконенчную цепочку по ту сторону стекла... И иногда дедушке казалось, что он смотрит не в два зеркала, а в длинный коридор, заполненный десятками таких же кроватей, на каждой из которых лежит он сам.
Поначалу бабка очень старалась за ним ухаживать. Она готовила ему кашу, приносила воду, давала лекарства, поправляла одеяло и постоянно спрашивала, не нужно ли ему чего-нибудь, но после инсульта дедушка почти не мог отвечать. Принесёт она ему, а он лишь смотрит. И бокам от него бесконенчные его копии, смотрящие чуть ли не на бабку. Каждый раз у бабушки ёкало сердце, и каждый день казался Днём Сурка.
У любого от такого стресса в мыслях заведётся что-то неладное, и пустя несколько месяцев у бабки от постоянного напряжения начала сильно ухудшаться память.
Однажды утром она сварила целый котелок каши, принесла её дедушке и долго кормила его с ложки. Дедушка давился, кашлял, пытался отвернуться, но бабка не понимала, что он хочет сказать, и продолжала кормить его, приговаривая:
— Ешь, ешь, тебе силы нужны.
Когда она закончила, поставила котелок на кухне и ушла спать.
Через несколько часов бабка проснулась, вышла из комнаты и остановилась посреди кухни.
Она посмотрела на котелок.
Потом посмотрела на дедушкину комнату.
И вдруг хлопнула себя ладонью по лбу.
— Господи, а я его ведь ещё не кормила!
Дедушка кричал, но губы его не открывались - с пряничным лицом толкала металическую ложку ему в рот. Стоило кусочку выйти, так она заталкивала его назад.
Дедушка после второго завтрака был весь в слезах, а она приговаривала "Да будет тебе, будет." - И уносила котелок на мойку.
Но стоило только ей помыть посуду, как вдруг у неё широко раскрывались глаза - "Я же деда ещё не кормила!"
И дед уже кричал, хныкал, стонал, но она всё говорила "Ты же голодный! 11 часов дня, пора обедать..." - И мягкую картошку она запихивала ему прямо в рот, пробивала сквозь кодык, а он мог лишь отводить взгляд и смотреть на бесконечную череду зеркал.
На следующий день произошло то же самое.
Потом ещё раз.
И ещё.
Он смотрел в зеркало. Он видел, как открывается дверь. Он кричал, но крика его никто не слышал.
Дни постепенно превратились в недели, недели — в месяцы, а месяцы — в годы.
Бабка могла покормить дедушку утром, забыть об этом через час, снова приготовить ему обед, а после прогулки вернуться домой и решить, что вообще ничего ему сегодня не давала.
Иногда к вечеру дедушка ел уже десяток раз подряд, хотя его организм почти не справлялся с пищей.
Он плакал.
Он давился.
Он тяжело дышал.
Он смотрел на бабку и пытался объяснить ей, что больше не может.
Но бабка каждый раз видела перед собой только старика, которого нужно накормить.
— Ну чего ты капризничаешь? — говорила она. — Ну, кушай.
И снова подносила ложку к его рту.
А дедушка смотрел в зеркало.
Сначала он ненавидел своё отражение.
Потом начал бояться его.
Потому что однажды ему показалось, что отражение посмотрело на него не одновременно, а на несколько секунд позже.
Дедушка лежал неподвижно.
Смотрел на себя.
И вдруг увидел, как отражение медленно улыбнулось.
Он зажмурился.
---
Прошло четыре года.
И однажды утром бабка вошла в комнату, как обычно поставила рядом с кроватью миску и сказала:
— Ну, дед, пора кушать.
Она продавливала ложку за ложкой - дед совсем не сопротивлялся... Но в какой-то момент вдруг она выбила ему зуб.
Такое и раньше случалось - Крыыык! - И жёлтый зуб выдавливался ложкой в пасть.
Но сегодня даже каша почему-то не проваливалась вовнутрь.
Бабка подошла ближе.
Потрогала его за плечо.
Он был холодным.
Дедушка умер.
В ту ночь бабка впервые спала одна.
Посреди ночи она проснулась от ощущения, что кто-то стоит рядом с кроватью...
Она заснула, и вдруг оказалась на большом, залитом солнцем поле. Никаких проблем, ни старости, ни боли. Она была совершенно одна и наслаждалась погодой...
"Я бы выдавил тебе колени, переломал тебе таз, разодрал бы пупок и вырвал бы кишки, потянул за желудок и разорвал всю грудь, выпотрошил бы горло..."
Бабушка была в шоке и изумлении.
Перед ней стоял дедушка.
Такой же, каким он был перед смертью.
Худой, бледный, с неподвижными руками.
Но он кричал на неё так, как никогда за жизнь.
Он кричал и ругался так, как этого не делали жертвы пыток. Вся агрессия, каждое слово, всё было с такой ненавистью, что у неё вот-вот лопнули бы перепонки.
Она мгновенно проснулась, вся в холодном поту. Она схватилась за голову и просила, чтобы это был просто сон... Но через пару секунд она расслабилась.
Она забыла, о чём был сон. Помнила, что какой-то кошмар, но она выдохнула и вернулась ко сну.
И с тех пор по ночам она начала слышать звуки. После этого каждую ночь она слышала шаги.
Сначала один человек ходил по коридору.
Шаг.
Пауза.
Шаг.
Пауза.
Потом шаги стали приближаться к комнате.
Иногда они останавливались прямо возле её двери.
Иногда начинали ходить вокруг кровати.
Каждую ночь она снова начала видеть дедушку во сне, но каждое утро забывала, что именно он говорил.
Оставался только страх.
Потом она стала замечать, что одно из зеркал иногда поворачивается само.
Она ставила его обратно.
Утром оно снова смотрело на кровать.
Так прошло несколько недель.
А однажды ночью, выходя из подъезда, бабка услышала шаги прямо за своей спиной.
Она резко обернулась, но так никого не было. Почему-то она вся была в холодном поту...
"Старость не в радость..." - Были последними её словами.
Через секунду горшок с её подаконника упал и размазжил её голову как сочный арбуз.
---
После её смерти квартира несколько дней стояла пустой.
А потом соседи начали жаловаться на странный шум.
По ночам из квартиры доносились шаги.
Сначала все решили, что кто-то забрался внутрь.
Но однажды сосед сверху остановился посреди лестницы и прислушался.
Теперь в квартире ходили двое.
С тех пор каждую ночь в доме слышны четыре ноги вместо двух.
Новость отредактировал Летяга - Сегодня, 19:32
Причина: Стилистика автора сохранена
Ключевые слова: пенсионеры ужасы ужасы и кошмары рассказ авторская история